Я качаю головой.

— Он играет в группе под названием Изоляция. Их песню крутили по радио в течение всего лета. Это была местная радиостанция, но все же. Во всяком случае, все идут, когда они играют.

— Звучит интересно, — Я повернулась назад и поймала взгляд Лукаса на себе. Он что—то говорит, когда девушка со стрижкой эльфа, которая, как правило, сидит рядом с ним появляется между нами.

— Лукас, — жалуется она,— ты не занял мне место.

Его челюсти сжались.

— Я никогда не занимал тебе место.

Заходит учитель, и девушка раздраженно фыркает, прежде чем садится за столом в задней части. Как только начинается урок, когда ты так близко к нему, чувствуешь, будто это тест на выносливость. Но я не обращаю внимание и все время строчу в блокноте, все время я болезненно осознаю, что Лукас рядом со мной.

Я не поддаваться искушению быстро уйти из класса, когда прозвенел звонок. Просто потому, что я по—дурацки реагирую на него, я не должна злится сама на себя, только из—за него. Если он может быть милым, могу и я. Я медлено собираю свои вещи, если он действительно захочет меня подождать, но у девушки—эльфа свой план.

Она появляется перед ним, пока он не замечает ее, прежде чем она спрашивает:

 — Есть ли у тебя тренировка после школы сегодня? Потому что я подумала, что ты сможешь отвезти меня сегодня домой, после встречи ежегодника.

— Если ты будешь готовой в половине пятого, я смогу отвести тебя, — отвечает он.

— Отлично. Спасибо, — Она широко улыбается ему.

Было бы неловко продолжить стоять там, я взяла сумку и направилась к двери.

— Вы ребята, собираетесь сделать государственный плей—офф в этом году? — Я слышала, как она спрашивает его у меня за спиной.

— Сомневаюсь. Увидимся позже.

Я чувствую, что Лукас находится рядом, когда я выхожу в коридор. Когда он двигается ближе, он спрашивает:

— Ты собираешься пойти в Атлас, в эти выходные?

— Гм, — я колеблюсь. Это не входило в мои планы. Интересно, он хочет спросить, пойду ли я вместе с ним. Бабочки взлетают в животе, и я начинаю взвесить за и против такой возможности.

— Ты всегда можешь пойти с нами. Так же можешь взять Гвен, если это заставит тебя почувствовать себя комфортнее.

К моему удивлению, я не смеюсь вслух от своих нелепых мыслей. Он, очевидно, не спрашивает меня.

— Кто это "мы"? — Спрашиваю я.

— Майлз не поговорил с тобой? — я замечаю капельку раздражения, если бы я ответила «нет».

— Кажется, он начал что—то про это рассказать мне, но мы так и не закончил разговор.

 В основном, потому что Эйприл, душила его благодарностями за подарок.

— Я за рулем, Майлз, Эйприл и Джейк,— объясняет он, — а также ты и Гвен, если захочешь.

Я смотрю на него. Самосохранение говорит мне, что я должна избежать толпы, пока я не уверена, что целебный инстинкт у меня под контролем. Но часть меня, которая любит вечеринки, как любой нормальный подросток, хочет согласиться. Глаза Лукаса смотрят только вперед, когда мы маневрируем по переполненным коридорам.

 — Спасибо. Я подумаю, — я отвечаю, не определившись, еще не определившись.

Он вдруг останавливается. Ученики, идущие позади нас, начинают его проклинать, когда они почти не врезаются в него. Я поворачиваюсь, чтобы увидеть, что он стоит там с руками на бедрах, раздражение мелькает в его глазах.

— Ты об этом подумаешь?

Я моргаю с любопытством, не понимая его реакцию.

 — Да. Что—то не так? — Спрашиваю я.

Он натянуто улыбается.

— Не—а. Все просто идеально, — говорит он, его голос выдает его, что означает это далеко не так. Затем он идет в класс.

После этого, он снова садится рядом со мной, но он позволяет Келли присвоить его. Он идет вместе со мной на наш следующий урок, но он не начинает разговор, и я тоже не собираюсь. Мы пали в напряженную тишину. Интересно, это из—за того что я не сразу согласилась идти с ними в Атлас. Может быть, я должна была быть более милой, когда он сам предлагал мне прокатиться с ним.

Я вытряхиваю эти мысли из головы, я очень много думаю. Направляюсь прямиком к моему шкафчику, когда звонок звенит.

Я говорю привет ребятам за столом Майлза, когда я прохожу мимо него, чтобы присесть с Гвен и ее друзьями. Когда я сажусь, они изучают подозрительного вида мяса в гамбургере из их контейнера.

— Кажется, все пойдут в Атлас на этот уик—энд. Заинтересованы? — спрашиваю я, все еще думаю о раздражении Лукаса, но откровенно игнорируя мое лучшее суждение.

Лиза хмурится в ответ, и Тайлер качает головой.

— Думаю, это не для вас двоих, — поворачиваюсь к Гвен.

— Ты хочешь пойти? — Спрашивает она, положив недоеденное яблоко на поднос.

Я пожимаю плечами.

— Лукас сказал, что он может отвезти нас. Там также будет Майлз, Джейк и Эйприл, — Я не говорю ей, что он повел себя непонятно, после того как пригласил. Может, приглашение было расторгнуто.

— Мы и друзья Лукаса? — Спрашивает она с недоверием, будто она только что выиграл в лотерею. Я понимаю, что в основном виновата мысль о том, что там будет и Джейк.

Через стол, я замечаю, что Тайлер закатывает глаза.

— Вы должны пойти, говорит Лиза, — мы можем перенести встречу клуба Декстера на вечер пятницы.

Гвен тяжело опускается на стуле.

— Что я думаю? Мои родители не позволят мне ехать в машине, которую ведет незнакомый им мальчик.

— Реально?— Спрашиваю я.

Она кивает с несчастным видом.

— Они очень строги, когда дело доходит до таких вещей. Что насчет твоего брата, он тебе отпустит

Я пожимаю плечами.

 — Мне еще не пришлось об этом спрашивать.

— Как насчет того, чтобы мы пошли сами, а там уже и встретимся с ними? — предлагает она, выглядя немного самоуверенно.

— Хм, конечно,— отвечаю я, чувствуя одновременно облегчение и разочарование от нового плана, — тогда мы сможем уйти, когда захотим.

 Добавляю я, понимая, что если я потеряю контроль снова, она сможет в любое время отвезти меня домой.

Гвен стучит пальцами о столе.

— Будет так здорово. Ты уже знакома с Чадом Блеекер?

Я качаю головой.

— Нет. Но я слышала о нем.

— Не удивительно, что ты еще не встретила его. Он ходит не на все уроки А.П, если ты понимаешь о чем я. Но если бы ты встретила его, то запомнила. Его голова полностью сбрита и в какой—то степени он весь покрыт пирсингом, по крайней мере, все те части, что ты можешь видеть, — Она шевелит глазами и бровями вверх и вниз, чтобы акцентировать свою точку зрения, — и у него татуировки на руках, которые невероятно сложно сделать. Он, должно быть, сделал их, в течение нескольких недель.

— Довольно подробно описано, — комментирую я.

— Ты не можешь не заметить его, когда он рядом, — говорит Тайлер.

— Так в субботу? — Спрашивает Гвен.

Я киваю, чувствую как немного дрожу от волнения.

— Мы будем там.

После школы, Гвен предлагает отвезти меня в магазин мороженого. Она уже беспокоиться о том, что она оденет в субботу.

— Как насчет черного? — предлагаю я.

— Очень смешно.

Я отворачиваюсь от окна, и наблюдаю, как Гвен возится с радио.

 — Что насчет, той желтой рубашке, которую ты носила вчера? — спрашиваю я, — мне она очень понравилась. Ты выглядела в ней хорошо и оптимистично. Это одержало верх.

Она останавливается на знакомой группе Disturbed песня "Ступефай", делая громкость настолько, что разговаривать невозможно. Я дотянулась до кнопки и выключила.

— Ты не хочешь об этом говорить?

Она смотрит на меня.

— Эта была просто желтая рубашка, ничего не значащая.

— Хорошо, — я говорю, используя тон, который говорит, что я ей не верю.

Она грызет губу, пока едит.

— Я ношу то, что соответствует моему настроению, — она неохотно признается, — в последнее время было только черное. Вчера, я почувствовала, что—то больше чем просто черное. Вот и все.

Я улыбнулась ей.

 — Я итак это знала. Просто хотела, услышать это от тебя.