— Боже мой! Да, я их чувствую! — воскликнул Уэбстер. — Но я бы не хотел…

— Вы слышите разговор? — спросила леди Мэри.

— Нет. — Джон руками отыскал ступеньки, вырубленные прямо в стене. — Я поднимусь наверх и тогда…

— О, нет! — Кэт встала у него на пути. — Прошу вас, не поднимайтесь! Если вы упадете…

— Не бойтесь. У меня большой опыт скалолазания.

И он полез вверх, на ощупь отыскивая каждую ступеньку.

— Что вы будете делать, когда доберетесь до верха? — простонала она, ломая себе руки. — Как вы узнаете, что…

— Единственный способ узнать — это подняться туда. Уведите леди Мэри наверх. Делайте что я вам говорю, Кэт. Уэбстер, проводите их. Я доберусь до верха и открою вам дверь изнутри.

Они подчинились, а он продолжил подъем, решительно отбросив страх и все мысли. Светлый квадрат, замеченный снизу, был несомненно люком. Тишина давила: ни звука, ни голоса.

Что делал в эту минуту сэр Ричард?

Джон продолжал свое нескончаемое движение вверх, стараясь обойтись без малейшего шума. На одной ступеньке он поскользнулся и чуть было не загремел вниз, однако счастье было на его стороне: он сумел удержаться. Шаг за шагом, рука за рукой он на четвереньках медленно продвигался вперед. Наконец голова его уперлась в люк, он поднял его и очутился в комнате, освещаемой электрической лампой, стоящей на массивном дубовом столе. Он хотел было закрыть люк, но ржавые петли отказывались повиноваться. За столом сидело странное существо, задрапированное в темно-красный бархатный плащ, с золотой короной на голове (нет, скорее из позолоченного металла!). Это был сэр Ричард! Невозможно поверить! И тем не менее это было так. Склонившись над огромной старинной книгой, старик бормотал непонятные фразы и что-то держал в правой руке. Скипетр? Да! И это была не подделка. Настоящее золото, инкрустированное драгоценными камнями! Сокровище все-таки существовало! Сэр Ричард нашел его или, по крайней мере, его часть! Но зачем это скрывать? К чему все эти секреты? Джон стоял неподвижно, наполовину высунувшись из люка. Должен ли он говорить? Да, это было необходимо.

— Сэр Ричард, — тихонько позвал он.

Старик поднял голову, но тут же опустил ее, словно ничего не услышал. В это мгновение Джон увидел у двери неподвижное тело Уэллса. Рядом валялся меч с острым лезвием, весь в крови.

Потрясенный представившейся ему ужасной картиной, Джон не знал, что предпринять. Сэр Ричард не двигался, но продолжал бормотать. Дверь! Надо открыть дверь, пока старик не видит. Но на ней три задвижки! Добраться до двери и бесшумно открыть все три задвижки! А по дороге захватить и меч для верности!

Сдерживая дыхание и не отрывая взгляда от сэра Ричарда, Джон согнувшись добрался до двери, по дороге переступив через труп. Бедный Уэллс! Джон отвел взгляд от перекошенного судорогой лица, на котором застыло выражение отчаянного ужаса. Первая задвижка поддалась без всякого шума, вторая легонько скрипнула. Бормотание затихло. Джон обернулся. Сэр Ричард сидел не шелохнувшись. Голова его по-прежнему склонялась над книгой, казалось, он ничего не видит: может, он задремал? Надо было этим воспользоваться и открыть дверь. Но третья задвижка была очень тугая и не поддавалась его стараниям. Он уже наполовину отодвинул ее, когда почувствовал прикосновение к спине стального острия. Он скосил глаза вправо: меча на полу не было. Догадавшись, в чьих руках он находится, Джон с ледяным спокойствием сказал:

— Сэр Ричард, я здесь, чтобы помочь вам.

При этих словах сталь еще больше вонзилась ему в спину, так что он почувствовал острие меча на коже.

— Я ждал этой встречи, — процедил сквозь зубы сэр Ричард. — Я искал ее. Наконец-то, после стольких лет пришел мой черед… вы преследовали меня… теперь настало мое время свести счеты…

— Сэр Ричард, одумайтесь, — пытался вразумить его Джон.

Под угрозой меча он вынужден был отступить от двери и очутился почти у открытого люка.

— Это вы виноваты в том, что я вынужден был прятать своего сына. Но, несмотря на все, он погиб! Да, да, умер от взрыва вашей бомбы!

Сын? Какой сын? У сэра Ричарда не было детей! Это плод его больного воображения!

Внезапная боль в спине и несколько теплых капель на теле заставили Джона закричать:

— Сэр Ричард, я ваш друг! Нельзя же ненавидеть друга.

— Еще не хватало ненавидеть вас! — с высокомерием сказал старик. — И прошу вас называть меня, как подобает моему титулу. Поступая так, я выполняю свой королевский долг. Я мог бы приказать отравить вас за моим столом, но тогда другие понесли бы ответственность. Нет, я сам обязан выполнить его. На колени! На колени!

Джон ловко вывернулся, и теперь они стояли друг против друга. Великий боже! Как гротескна была эта ситуация! Он был во власти старого, выжившего из ума англичанина! Люк с одной стороны, острие меча — с другой. Когда-то он был чемпионом по фехтованию в Гарварде, и ему была известна опасность манипулирования мечом.

— На колени, говорю вам! — вопил старик. — Я научу вас, как подобает вести себя с королем!

— Но, послушайте… — Джон пытался рассмеяться, но пересохшее горло отказывалось подчиняться. Прямо перед собой он видел дьявольский блеск пристальных глаз…

— На колени! — скрипел зубами сэр Ричард.

Джон повиновался, пытаясь выиграть время.

— Сэр Ричард, послушайте меня! Ах, извините, Ваше Величество, если вам так угодно. Леди Мэри была права. Сокровище есть, вот оно, на вашем столе. Этот скипетр — настоящее королевское сокровище! Оно позволит вам сохранить замок. Положите меч, он вам больше не нужен, уверяю вас. Сейчас я позову леди Мэри и скажу ей, что вы ждете ее с сокровищем… с огромным состоянием… подумайте об этом!

Сэр Ричард продолжал пристально смотреть на него, но ярость в его взгляде сменилась растерянностью. Его правая рука безжизненно повисла вдоль тела, выронив меч, затем схватила скипетр.

Джон поднялся с колен и незаметно приблизился к столу и мечу, продолжая говорить:

— Уэбстер знает, что нужно сделать со скипетром. Он стоит целое состояние.

Схватив меч, Джон возликовал. Слава богу! Теперь он одержал верх! Он сможет открыть дверь и позвать на помощь. Но едва меч оказался в его руках, сэр Ричард начал размахивать скипетром, пытаясь достать его.

Он отпрыгнул назад и встал в позицию. Ловкости ему было не занимать. Он отскакивал в разные стороны, парируя удары разбушевавшегося демона. Но расстояние между ними было небольшое и малейшая секунда невнимания могла оказаться фатальной. В какое-то мгновение он удачно отбил удар тяжелой массы, и она с грохотом обрушилась на угол дубового стола, разломив его надвое.

Во время этой чудовищной дуэли, когда Джон Блэйн пытался защитить себя, не причинив одновременно вреда сэру Ричарду, последний с пеной у рта продолжал извергать непрерывный поток бессмысленных слов:

— Его тело в пепле… сын мой… сын мой… Уэллс знал… где Уэллс? Уэллс! Уэллс!

Пронзительно вскрикнув и подняв скипетр над головой, старик бросился вперед. Джон отпрыгнул в сторону, в очередной раз уйдя от удара. Это была гонка из угла в угол, не на жизнь, а на смерть. Сэр Ричард носился по комнате наугад, и иногда его удары достигали цели: один раз скипетр царапнул Джона по коже, в другой попал по левой руке, сильно задев плечо. Но, к счастью, ловкость не изменяла ему и он крепко держал в руке меч. Сэр Ричард превосходил его силой, а Джон ловкостью. Он хранил молчание, стараясь не ранить своего противника. Последний не прекращал сквозь зубы изрыгать угрозы.

Внезапно скипетр и меч встретились и оба противника очутились лицом к лицу.

— Ты хочешь завладеть моим скипетром! — взревел старик. — Знаю я тебя и тебе подобных! Язык льстеца, а сердце предателя. Все вы предатели! Я разможжу тебе голову! Это мой меч… меч моего отца… Брось его… Тебя ждет та же судьба, что и лорда Данстена. Я доверился ему… так долго… простолюдин, возвышенный мною… единственный, кому я верил… Я поручил ему своего сына… единственного сына… а он выдал мою тайну. Иначе разве у него была бы такая жена? Он плохо заботился о ней… и она умерла при родах… Да, он убил ее. А потом он позволил им убить моего сына. Осталась только дочь… нет наследника… дочь…