- А почему бы и нет? - заколебался Иван. - Только вот не поднимет ли наш Розенфельд по этому поводу шум? Помнишь, как тогда, выпивали все, а жаловаться он побежал только на меня?

- Да что это, попойка, что ли? - воскликнул Балобин. - Это будет как бы воскресная шутка! К тому же, часть материала мы уже подготовили с Туклерсом. Вот, возьми листок. Здесь есть и про тебя, и про меня…

- Ну, ладно, - кивнул головой Зайцев, - приноси пишущую машинку. Я что-нибудь придумаю!

Перед самым обедом в новый кабинет пришел Потоцкий. - Нам благодарность, товарищ Зайцев! - сказал он с радостью. - Командир отметил сегодня на утреннем совещании, что продовольственная служба - самая оперативная!

- А где старый командир? - перебил его Иван. - Куда он делся? Такое впечатление, как-будто генерал в воду канул!

- Какое нам дело до старого командира? - отмахнулся начпрод. - Он теперь на пенсии! Его дело - отдыхать! Зачем нам с тобой говорить об отставнике? На-ка вот, возьми, я тут тебе принес, - лейтенант вытащил из бокового кармана газету. - Вот, смотри, тут напечатан ваш приказ об увольнении!

- Большое спасибо! - обрадовался Зайцев. - А я и не знал, где бы мне достать газету! В роте ведь, наверняка, все экземпляры уже расхватаны.

- Бери, бери! - улыбнулся Потоцкий. - Вырежешь и спрячешь на память. Такое бывает только раз в жизни!

Зайцев взял газету в руки и развернул. «Красная Звезда». Так, а вот в самом уголке жирными буквами напечатан небольшой текст приказа, который ни по содержанию, ни по форме ничем новым от всех предыдущих приказов такого рода не отличался. Документ, как всегда, завершался упоминанием высшего военачальника: «Министр обороны СССР Маршал Советского Союза А.Гречко».

Иван достал бритвенное лезвие, аккуратно вырезал из газеты приказ и засунул его под настольное стекло. В это время в дверь постучали. - Войдите! - крикнул Потоцкий.

- Можно? - спросил незнакомый «молодой» солдат, переступивший порог кабинета. Вслед за ним вошел еще один незнакомый воин, увешанный сверху донизу мотками проволоки.

- А, вот и телефонисты! - обрадовался начпрод. - Ну-ка, ребята, задействуйте-ка наш телефон!

- Сейчас, товарищ лейтенант! - пробормотал один из них. - Мы только прибьем проводку. А там останется подключить ее к телефонной коробке. Это - дело нехитрое.

- А что вы пришли чуть ли не в обед? - возмутился Зайцев. - Придется теперь из-за вас опаздывать в столовую!

- Да мы положим проводку и инструмент здесь у вас, а после обеда будем работать! - сказал один из ребят.

- Тогда приходите к трем часам! - буркнул Иван. - И чтобы не задерживались!

Сразу же после приема пищи Зайцев вернулся в свой кабинет и стал быстро набрасывать на листок текст будущего шуточного приказа. Когда пришли связисты, он уже печатал текст на машинке. «Молодые» воины с ходу приступили к делу, не обращая внимания на работавшего за своим столом Ивана.

Вечером в кабинет к Зайцеву пришел Балобин. - Ну, что, Иван, - спросил он, - готов приказ?

- Готов, - ответил Зайцев. - Я даже отпечатал по зкземпляру для каждого «старика». В общем, всем хватит!

- Ну-ка, покажи.

- Пожалуйста.

Балобин взял двумя руками листки приказа и стал их внимательно читать. По мере углубления в чтение он приходил во все более веселое расположение духа. А в самом конце он даже захохотал. - Ну, Ваня, молодец! - сказал он в заключение. - Очень остроумно! Дай мне один экземпляр!

- Пожалуйста, бери!

- А сколько ты отпечатал?

- Шестнадцать штук! Как раз на всех «стариков».

- Отлично. Значит, все получат по приказу?

- Конечно!

В воскресенье вечером, сразу же после переклички, дежурный по роте, ефрейтор Карчемарскас, неожиданно для большинства, вслед за командой «Смирно!» прокричал: - Ефрейтор Балобин, выйти из строя!

Писарь строевой части спокойно, с достоинством вышел на самую середину коридора и, подойдя к дежурному, обратился к солдатам. - Сегодня, товарищи, у нас торжественный день, - сказал он. - Вышел из печати приказ министра обороны! И хотя, в связи с присутствием в казарме в последние дни командира роты, мы не имели возможности прочитать вам, так сказать, приказ, мы, то есть ваши «дедушки», решили все-таки соблюсти установленный с древних пор обычай. Итак, внимание! - И он торжественным голосом зачитал приказ министра обороны.

Воины выслушали его спокойно и как только прозвучали последние слова, зашумели и зашевелились.

- Я же не давал команды «вольно»? - крикнул Карчемарскас. - А ну-ка, успокоились! Ефрейтор Балобин, стать в строй!

- Есть! - рявкнул строевик и медленно двинулся в сторону своего привычного места.

- А теперь, товарищи, у нас есть для вас небольшой сюрприз! - громко сказал дежурный по роте. - Ну-ка, ефрейтор Зайцев, прошу тебя выйти на середину!

Иван оказался перед строем таким же образом как и Балобин. Воины с недоумением на него смотрели.

- Рота, смирно! - заорал Карчемарскас.

Зайцев вытащил из бокового кармана листок бумаги. - Выписка из приложения к приказу министра обороны, - торжественно прочитал он, - об увольнении из вооруженных сил СССР номер два от двадцать восьмого сентября одна тысяча девятьсот семьдесят пятого года, город Марксистско-Ленинск. Параграф первый! В полном соответствии с приказом министра обороны СССР номер двести тридцать от двадцать шестого сентября одна тысяча девятьсот семьдесят пятого года уволить из Королевских войск: генерал-лейтенанта Зайцева Ивана Владимировича, главного идеолога Королевских войск, секретаря парткомиссии в отставке и тайного общества трезвенников; генерал-майора Карчемарскаса Ионаса Валерио, командующего конторой кинопроката Королевских войск, главного режиссера и постановщика студии кинофильмов имени Розенфельда…

Зайцев продолжал читать, почти не отрываясь от листков. Он чувствовал на себе одобрительные и веселые взгляды товарищей. Многие смеялись, но очень тихо, стараясь не заглушать речь Ивана. Однако когда он добрался до последних фамилий, рота буквально закачалась от хохота.

- Есаула Кикиласа Вицентаса Антано, - читал Зайцев, - начальника ассенизаторской конторы Королевских войск, заподозренного в связях с потусторонними силами, посредством молитв и причащения к «зеленому змию»…

Сделав паузу, чтобы воины успокоились, Иван продолжал: - Корнета Балкайтиса Антанаса Алексо, придворного капельмейстера и музыканта, вице-президента Крестьянской Социал-демократической партии «Антишнапс»…

Тут уже дружно захохотали все. Зайцев тоже подпал под общее влияние и несколько минут смеялся вместе с товарищами. Затем он, дождавшись тишины, с серьезным видом дочитал «приказ» до конца, завершив его следующими словами: - Параграф второй. Приказ не выносить за пределы Королевских войск. Его Королевское Величество Розенфельд Александр Исаакович!

- Ура! - закричали воины. - Слава «приказу»! Да здравствуют «деды»!

- А теперь, - скомандовал Карчемарскас. - Рота! Вольно! Разойдись!

Г Л А В А 23

Р А З Г О В О Р С Р О З Е Н Ф Е Л Ь Д О М

На следующий день перед обедом в кабинете продснабжения зазвонил телефон. Зайцев поднял трубку и представился.

- Это Худков, - прозвучал властный и сердитый голос. - Зайди-ка, товарищ Зайцев, ко мне!

Иван побежал наверх, ибо все высшее руководство части разместилось на втором этаже. - Разрешите, товарищ полковник? - спросил он, войдя в кабинет начальника тыла.

- Да, проходите, - ответил тот, однако присесть не предложил.

- Я вот по какому поводу вас вызвал, товарищ Зайцев, - сказал, насупившись, полковник. - Ко мне тут только что приходил ваш командир роты и рассказал о твоем, мягко говоря, нехорошем поведении!

- Что такое? - удивился Иван.

- Вот я и хотел бы обо всем узнать, - поморщился Худков. - Неужели ты в самом деле способен на такую бессмысленную антисоветскую выходку? Расскажи, что это еще за антисоветская демонстрация, организованная вчера вечером в вашей роте? Ну-ка, открыто оскорблять высших должностных лиц части и даже руководство страны! Как такое могло случиться? У меня это никак не вкладывается в голову!