На следующий день инспектор вместе с лейтенантом Потоцким пришли в штаб раньше.

- Ну, что, взвесили продовольствие? - спросил майор Зайцева.

- Так точно! - ответил Иван. - Все уже сделано. Осталось только проверить учет свинопоголовья по прикухонному хозяйству.

- Ну, покажите вашу книгу! - распорядился проверяющий.

- Пожалуйста! - Зайцев протянул ему книгу учета свинопоголовья.

- Так, так, - пробормотал майор. - Учет у вас в полном порядке! Остается только посчитать свиней.

- Пойдем на свинарник? - спросил Потоцкий.

- Подождите минуточку. Сейчас я сделаю распоряжение, - сказал инспектор и повернулся к Зайцеву. - Возьмите, товарищ ефрейтор, старый акт проверки. Кстати, когда она у вас в последний раз проводилась?

- В мае тысяча девятьсот семьдесят второго года, - ответил Иван.

- Ну, что же, хорошо, - продолжал майор, - тогда возьмите тот старый акт за образец и потихоньку напишите новый. Конечно, напишите так, чтобы не было совпадений старого акта с новым в буквальном смысле!

- Вы доверяете мне составить новый акт? - догадался Зайцев.

- Вот именно, - пробормотал майор. Составьте его как надо. А завтра я посмотрю. Понятно?

- Так точно! - ответил Иван.

Больше трех часов просидел Зайцев после обеда, составляя акт. Использовав форму старого документа трехлетней давности, он вставил новые цифры по количеству продовольствия и свинопоголовью. Завершался акт перечислением незначительных недостатков и предложениями по их устранению. Иван долго думал, что же такое записать…Уж очень не хотелось ему вносить в документ негативные моменты. Но как без них обойтись? Нужно же было что-то записать, иначе, в чем тогда был смысл проверки? Ах, вот! Наконец-то в его голову пришла нужная мысль! «Несмотря на положительные стороны в работе продовольственной службы части, - написал он, - имеют место и некоторые недостатки. Например, иногда городские мясокомбинат и макаронная фабрика задерживают накладные, что приводит к позднему оприходованию продовольствия, не производится списание естественной убыли продуктов, перевозимых тем или иным транспортом, за последние пять месяцев ни разу не осуществили забоя свиней в прикухонном хозяйстве…»

Зайцев остановился. Пожалуй, хватит. Теперь нужно придумать предложения по устранению недостатков. Но это совсем нетрудно!

Вечером, когда Костюченко опять пришел за накладными, акт был уже вчерне готов.

- Ну, что, Вася, снова наши начальники гуляют? - спросил Иван.

- Да, они перед обедом заходили на наш склад, «раздавили» там бутылку «белой» и пошли домой к Потоцкому. Так, по крайней мере, я понял из их разговора.

- А завтра, по всей видимости, снова пойдут к Наперову! - усмехнулся Зайцев.

- Да, завтра наверняка его очередь! - последовал ответ.

Г Л А В А 3

Ж И Т Е Й С К А Я С У Е Т А

На следующий день инспектор пришел в штаб значительно поздней: перед обедом.

- Ну, как, готов акт проверки? - спросил он Зайцева.

- Да вот, пожалуйста, черновик написан, - ответил Иван.

Майор бегло просмотрел его записи и внимательно прочитал заключение. - Очень хороший документ! - сказал он минут через десять. - Главное, что полностью соответствует моим выводам! Единственный недостаток - это отсутствие похвальных моментов. Следовало бы выделить положительные стороны работы вашей службы: аккуратность, добросовестность, исполнительность!

- Зачем, Николай Иваныч? - возразил Потоцкий. - Если мы будем отмечать положительные стороны, да еще в акте инспекторской проверки, это может вызвать нездоровое внимание к нам со стороны министерства! А тогда, сами понимаете, начнутся бесконечные визиты начальства, всякие там проверки…Словом, вызовем огонь на себя!

Проверяющий задумался. - Ну, что ж, - сказал он, - возможно, вы и правы. Коль скоро возникают определенные опасения, то мы оставим тогда все как есть. Можете отдавать в печать! - Майор повернулся к Зайцеву.

- Есть! - ответил тот и пошел в строевую часть.

Когда Иван вернулся, инспектора и Потоцкого уже не было. - Хорошо, что начпрод не забыл, как обычно, в кабинете свои ключи, - подумал Зайцев, - а то пришлось бы тогда искать его! А путь не близкий! Ведь он сейчас наверняка на складе у Наперова.

Вечером снова пришел Костюченко за накладными и подтвердил, что история с выпивкой на складе повторилась, после чего военачальники поехали домой к Наперову.

- Господи Боже, сколько же можно пить?! - удивился Зайцев. - Это же ведь уже четвертый день! С ума можно сойти!

- Ладно, не волнуйся, - усмехнулся Костюченко, - завтра последний день. Будут обмывать отъезд с самим Худковым!

- Да ну? Неужели и Худков будет участвовать?

- Я узнал об этом из их разговора. Судя по всему, Худков сам предложил устроить проводы инспектору. Вот только где они будут праздновать завершение проверки, не знаю…

- Да какая нам разница? - покачал головой Зайцев. - Для нас главное: чтобы этот инспектор подписал акт да поскорей уехал! А там пусть хоть утонут в вине!

На следующее утро из строевой части принесли три экземпляра отпечатанного акта. Как только инспектор и Потоцкий прибыли в кабинет, Зайцев протянул им готовые документы.

Майор не стал долго церемониться: быстро просмотрел акт и тут же его подписал.

- А теперь вы, товарищ лейтенант! - сказал он и передал листы Потоцкому. Тот тоже расписался.

- Ну, теперь остались подписи начальника тыла и командира части, - промолвил начпрод.

- Что ж, пойдемте к ним! - кивнул головой проверяющий.

Вскоре они вернулись. Потоцкий весь светился счастьем. - Нас похвалил командир дивизии, товарищ Зайцев! - воскликнул он. - Генерал был очень доволен результатом проверки!

- И все, товарищ майор? - спросил Иван. - Больше никакие документы не требуются?

- Да, это все, товарищ ефрейтор, - ответил инспектор. - Коли акт подписан, значит, работа завершена. Один экземпляр я оставляю себе, один вы сами отошлете в министерство, ну, и последний акт будет храниться у вас. Благодарю вас за помощь, пусть скромную, незначительную, но все же нужную! До свидания! Желаю вам успехов в дальнейшей службе!

После этих слов майор пожал Зайцеву руку, и они с Потоцким удалились.

Больше проверяющий в штаб не возвращался.

…В последнюю неделю мая Зайцев, занятый проверкой, совершенно не обращал внимания на события в роте. Время пролетело быстро, и когда он однажды вечером перед поверкой огляделся вокруг себя, то заметил, как много новых людей появилось в роте.

- Никак прибыли «молодые»? - спросил он встретившегося ему в коридоре Таманского.

- Ты что, проснулся? - рассмеялся тот. - Да они уже почти неделю в роте! Мы уже успели их окрестить!

- Как это «окрестить»? - удивился Иван.

- А так. Я сидел в канцелярии и ждал, когда ко мне будут заходить «салаги». Мы договорились с «черпаками», чтобы они впускали ко мне на прием «молодых» солдат по одному…

- Ну, и что ты им говорил? - перебил его Зайцев.

- А я показывал им вот это, - Таманский поднял вверх здоровенный кулак, - и говорил, что с того момента, как каждый из них пересек порог нашей роты, для него кончилась Советская власть, и наступила власть моего кулака! Если кто-нибудь из них нарушит в чем-либо дисциплину, он будет беспощадно избит! А если, к тому же, допустит неповиновение, не будет слушаться старших солдат, ему не позавидует даже покойник!

- Что за страсти ты говоришь?! - возмутился Иван. - Неужели наши мучения от «стариков» тебя ничему не научили? Или ты собираешься возродить порядки, существовавшие при Выходцеве и Золотухине?

- Что поделаешь? - вздохнул Таманский. - Но ведь в этом и заключается весь смысл нашей жизни! Попробуй, дай спуску кому-нибудь из «молодых», и в роте начнется несусветный бардак!

- Вряд ли будет толк от этой политики, - сказал Иван. - «Молодые» просто не станут подчиняться!