Мы подошли к утесу как можно тише. Лорен выхватил меч, сердце мое сжималось. Все ли солдаты поели? Все ли уснули? На краю светился костер. Лорен оставил Арро, жестом остановив его, и мы пошли дальше.

Река была почти на дне, поблескивала в свете огня. Ниже были связанные жители деревни. Они общались, пытались вырваться из пут, не боясь своих мучителей, что лежали на берегу реки. Тускло мерцали их доспехи.

Я схватила Лорена за руку. Он посмотрел на них, на меня, и я победно улыбнулась. Лорен разрезал мечом веревки и лозы, что связывали их – стариков, женщин, детей и подростков. Я подбежала к солдатам и принялась снимать доспехи, зажимая нос из-за вони.

«Они живут в этих доспехах», - подумала я. Кожа их была бледной, сдавленной жесткими пластинами.

Другие помогали мне. Мы снимали доспехи и оружие, собирали их у реки. Никто не спрашивал, почему мы не перережем им горло, но я слышала, как женщина тихо вскрикнула:

- Он дышит! – и страх был ощутим. Я отозвалась:

- Они не проснутся! Не бойтесь, - я сама боялась, что не найду способ покончить со всем без убийств.

И я увидела рыбацкие лодки, что покачивались неподалеку. Причал был на тонких ножках, воткнутых в уже высохшую часть реки, лодки были возле него. Я оставила солдата и вошла в реку, направляясь к ее центру и оценивая. Глубиной по шею, может, глубже… Хватит такой реки, чтобы унести тяжелую лодку? Жители деревни смотрели на меня.

- Река везде такая? – крикнула я. – Далеко она идет?

Кто-то отозвался:

- Вдали она мельчает. И впадает в море.

- Это! – я указала на лодки. – Нам нужно две лодки! – Лорен с двумя детьми побежал к причалу, обрезал их веревки и прыгнул в воду. Он оказался по грудь в воде и вскоре потянул за собой две лодки.

- Зачем это? – заворчал на берегу мужчина. – Зачем лодки? Возьмите их оружие! Убейте их!

- Нет! – завопила я из воды. – Нет! Не убивайте!

- Не убивать? – я разозлила их, послышался шепот. – Почему это? Чтобы они вернулись?

- Они убьют нас…

- Нет, сначала будут пытать…

- Нет! Не ударяйте первыми, - я спешила к берегу. – Лучше не станет!

- А кто считает? – появились крики. – Ты кто такая?

- Придут другие, они будут еще сильнее! – не сдавалась я. – И не проявят милосердия!

- А эти разве не такие? Они оставили мне лишь злость!

- Мой дом сожжен! – другие поддержали. – Убили моего сына! Сожгли сад!

Я увидела фигуру самого молодого из пожилых мужчин, он отделился от толпы первым и направился к куче оружия. Он взял первую попавшуюся ведь – топор с длинной ручкой. Лорен уже был на берегу, на бегу он выхватил меч.

- Ты не ударишь! – приказал он. – Леди сказала пощадить их.

- Леди! Разве леди может требовать? – мужчина поднял топор над головой, пошатнулся от его веса и опустил на ближайшего солдата. Я закричала. Это было даже хуже людей, испугавшихся Трота. Эти люди были запуганы, но страх звал их к действию, подсказывал убить спящих.

Всадник был быстрее, чем я думала. Лорен с разворота ударил ногой и подсек ноги мужчины, тот упал рядом с солдатом.

- Эта леди, - Лорен задыхался, кончик лезвия меча был у горла мужчины. Он отошел и направил меч на остальных. Они нервно попятились, он указал и на меня. – Мы будем ее слушаться.

Кто-то смог спросить:

- А кто она?

Лорен сказал перед тем, как опустить меч:

- Она – единственная, кто нас спасет.

* * *

Мы связали солдатам руки и погрузили их в лодки, в одну – шесть, в другую – семь, а потом спустили их на воду. Мы смотрели, как лодки уплывают, свет костра поблескивал на воде. Жители молчали, ведь так поступить хотела только я. Мы спустились с утеса по очереди, помогая детям, все толкались, тянули за руки…

Еще больше криков вызвал Арро. Лорен просил их успокоиться, но тщетно. Было слишком много потрясения и недоверия, они просто испугались. Но один старик вышел из толпы и приблизился на шаг.

- Конь! – тихо воскликнул он. Подойдя к Арро, он протянул руку к его носу. Арро выдохнул. Несколько детей поспешило к нему, но их оттащили. - Ты Всадник? – спросил старик, вглядываясь во тьме в Лорена. – Я слышал о вас. Но никогда не видел. Быть беде.

- У вас есть время, - сказал Лорен и обратился ко всем. – Похороните умерших. Переплавьте доспехи в щиты, заберите оружие. И уходите. Расскажите о происходящем остальным. Готовьтесь.

- Они вернутся? – спросила женщина.

Лорен поправил седло.

- Если вы объединитесь с другими деревнями, у вас будет больше шансов. Научитесь сражаться оружием Тира, научитесь защищаться, - он повернулся ко мне и прошептал. – Нам пора, миледи, - и поднял меня на спину Арро, потом взобрался сам. Лорен натянул поводья и сдвинул Арро с места. – Используйте время с умом! – крикнул он жителям деревни. – Еда, укрытие и защита.

Лорен заставил Арро ускорить шаги, я обхватила руками его пояс, мы уехали.

Он злился, его спина была напряжена под моей щекой.

- Ты хотел убить их, - заявила я. – Солдат. Ты хотел, чтобы они умерли.

Кивок. Он не отрицал.

А я не могла смириться.

- Зачем? Зачем убивать?

Арро бежал, а Лорен повернул голову, на щеке его блеснул лунный свет.

- Нет ничего хорошего в выживших солдатах. Они вернутся, точно вернутся. Солдаты не пойдут в Тир без рабов, иначе их бросят в шахты. Так что не думай, что кого-то пощадила, миледи.

- Но у них нет ни оружия, ни доспехов!

- Они не одни. Тир – крепость Призывателей. Они не остановятся.

Я была ошеломлена.

- И вы их убиваете, а они снова приходят? Так почему бы не сказать бедным жителям, что смысла в борьбе нет? Зачем давать надежду?

- Надежда дает смысл жить! – он злился, он цеплялся за поводья и обернулся, процедив. – Что бы ты сказала им? Хаос среди нас? Как его победить? Этот бой вечен, - он тяжело дышал. – Не все выживут. Но народу лучше быть при оружии, защищаться. Они могут их сразить. Могут с ними покончить.

Он отодвинулся. Я не спорила, отношение к жестокости стало пропастью между нами. Но было и что-то еще, что пересекало эту пропасть и тревожило меня сильнее.

- Ты принял мое мнение. Лорен. Ты злишься, не согласен, но позволил пощадить их, помог погрузить в лодки.

Он не повернулся, но выдохнул:

- Ты Стражница, а я Дополнение. Я должен верить твоему выбору.

Мы ехали. Много миль, много часов. Я не знала, сколько именно, но мы не останавливались. Злость угасла. Мысли тоже. Я уснула, уткнувшись в его спину, он крепко придерживал мои руки. И я успела подумать, что Всадник сказал «Дополнение» не как описание себя, а как титул.

Целителям ничего не снится. Но я помнила тихий топот копыт, ветерок, запах воды, словно открывался другой мир, когда я закрывала глаза. Руки спустили меня и укутали во что-то теплое и мягкое.

А мне не хватало прикосновения к Лорену.

10

Разбудил меня комфорт. Я замерла на какое-то время, чувствуя под собой пух, а сверху замечая балки. Балки. Как давно я их не видела? Крышу и подушку. Свет проникал в помещение, слышался поток воды… Я уснула снова, а проснулась резко.

Комната, кровать, вода – я отвыкла от этого за месяцы скитаний. Я поднялась, забрав с собой стеганое одеяло, ведь вещей своих не нашла, и подошла к окну. Не совсем к окну, но к прямоугольной бреши в камне, что был толще длины моей руки. Я сунулась в «окно» и выглянула, после чего отшатнулась. Сердце колотилось.

Я взяла себя в руки и выглянула с трепетом. Я была посреди утеса из известняка, люди устроились здесь и годами меняли пейзаж, вырезая в камне…. Вода озерами виднелась на дне.

Форт Грена.

Со своего места я видела широкий извилистый карьер с водопадами. И сверху, и снизу были водопады разных размеров. Солнце встречалось с брызгами, и в тумане мерцала радуга. Все утекало в озеро вдали, а сам форт был в камне, почти посередине. Он змеился в камне, вырезанный уровнями, соединенными каменными ступенями, деревянными лестницами, узкими тропами и веревочными мостами, что соединяли этажи. Тропы пересекали известняк зигзагами, словно зубы.