В ответ он запрыгнул выше и полез по камню. Я принялась взбираться следом, удерживая липкое гнездышко, после каждого шага меняя для этого руку. Я была слишком медленной. Налгрут громко взревел, дыхание обжигало, а я не знала, был ли монстр за моей спиной или надо мной, ждущий, чтобы проглотить меня. Не думай, Эви. Не думай ни о чем. Просто лезь.

Выступы перешли в гладкие камни. Я остановилась на одном из них на миг, тяжело дыша, и попыталась разглядеть среди густеющей смолы ракушку. Я вспомнила о сумке, подняла ее на колени и положила гнездышко в ткань, думая, что это защитит от хукона. Но смола прожгла ткань с шипением и вонью тиса. Я затушила искры, пока не занялся огонь, и замерла. Среди пепла на коленях оказалось перо жаворонка. Я подняла его, смеясь, и сунула в гнездышко…

Надежды на то, что перышко остановит заклинание, почти не было. Вспышка огня, как тогда, когда когти кота коснулись стола, и перо пропало. Мой смех оборвался. Я проигрывала, а в голове зазвучал вопль Призывателя:

- Ты не сбежишь!

Я вздрогнула, спрятавшись в щель между камнями, пока все небо грохотало вместе с хохотом Призывателя:

- Амулет закончен!

Я пугалась редко, но теперь была в ужасе, в ужасе из-за того, что натворила, из-за того, что он мог говорить правду.

Нет. Нет. Нет. Я оттолкнула страх, отказываясь принимать такой конец, борясь. Нет. Я развернулась и полезла по камням, царапаясь, едва ли поднимаясь выше. Ветер угрожал сбросить меня. Налгрут снова взревел, ветер выл. Но за всем этим, клянусь, я слышала, как кто-то зовет меня по имени, как ветер доносит его до меня. Нет. Всхлипы терзали легкие, а, может, я просто не могла дышать, и у меня забрали воздух. Тучи чернели и увеличивались… Но, хоть и надвигалась буря, дождя не было.

Я добралась до вершины утеса, отцепила руки от гнездышка. На миг мне показалось, что ветер утих, словно удивился, что я все-таки залезла наверх. Я видела бушующее море, равнины с солью с одной стороны и разрушенный Хейвер с другой. Там среди камней жители собрались вместе и кричали, готовясь к буре. Я поежилась, глядя на них, помня их осуждение, помня, что из-за их деревни я представила тот райский уголок, и что мое воображение оказалось хуже, чем то, что сделали со мной они. Я повернулась к небу, молнии сверкали серебром по черному, грохот грома заглушил рев Налгрута. И мне вдруг стало жаль жителей деревни. Они не понимали, что происходит вокруг них, что Хаос проникает в наш мир. Они думали, что их наказывают, что тучи над головами могут заставить волны забрать их жизни, а дождя так и не пойдет. Сколько бы не было жертв, эта мольба лишь увлекала их в хаос.

Я вдохнула, понимая, что помогла им погрузиться в него еще глубже.

Дождь никогда не пойдет.

Голос прогудел снова, и я пригнулась, ветер подул сильнее, грозя сбить меня с ног.

- Ты не получишь амулет! – прокричала я.

Жалкие попытки защититься перед чем-то настолько огромным. Я перебрасывала гнездышко из руки в руку, словно амулета не было и у меня. В ответ от гула содрогнулся утес, содрогнулась земля. Жители Хейвера выли от ужаса.

Я пошатывалась на краю, выдающемся в море. Волны бушевали, разбиваясь о камни с яростью, поднимая брызги на вершину.

- Эви!

Слабый крик было едва слышно за ревом ветра и волн. Это мое воображение. Но он повторился:

- Эви! Стой!

Я развернулась, ветер выбивал пряди волос из косы, безжалостно растрепывая ее. Я убрала волосы с глаз, потрясенно глядя на того, кто лез по камням. Это снова воображение. Лорен.

- Нет! – закричала я. – Прочь!

- Эви! – он задыхался, одной рукой держался за ребра, другой – за меч. – Эви, назад!

- Прочь! – вопила я. – Ты не настоящий!

Лорен сделал шаг ближе.

- Эви, я здесь. Это я, - я не видела его лица, небо потемнело, а он был слишком далеко, но его тон взволновал меня. Он боролся с ветром всем телом, пошатываясь.

Рев стал громче, чудовище добралось до камней.

Я застыла. Это не воображаемый идеальный Лорен, растаявший у меня на глазах. Он устал, ему было больно, а одежда была изорвана. От этого он был еще красивее, но…

- Назад! – закричала я.

Всадник остановился.

- Эви…

- Скажи мне что-то, чего я не знаю! – умоляла я его. – Скажи мне это! – так ведь будет понятно, что я не выдумала его, да? Это он не найдет в моей памяти.

- Белый дуб! – прокричал он. – Ты хотела знать, что исцелило рану на моем виске! Это был белый дуб!

Комок в горле отступил, я всхлипнула. Может, он услышал. Лорен приблизился на шаг. Где-то позади по камням лез Налгрут. Я должна двигаться. Должна бежать…

- Кольцо, - выдавила я. – Где кольцо?

Лорен вскинул руку.

- Здесь, Эви, - плетеное кожаное кольцо было на его мизинце, где я и оставила его. Еще шаг ко мне, еще, и он сказал еще кое-что, чего я не знала. – Ты – единственная, кого я полюбил, и кого буду любить.

Я опустилась на камни. Ветер трепал одежду и волосы, соль царапала щеки. Все равно. Я плакала от радости и облегчения.

- Ты нашел меня, - выдохнула я. – Нашел, - я потянулась к нему. Я слышала, как он бежит.

Радость была недолгой. Я посмотрела на ужас в своей руке, ужас, что вцепился в меня. Я забыла про это гнездышко. Смола прилипла к ладоням, поглотив их в ядовитую массу, приклеив мои пальцы к царапающим ветвям хукона, а внутри была маленькая ракушка. Она умирала, меня медленно заставляли разрушить амулет. Смола затвердела, как камень, и трещины в стекле цвета сажи остались лишь там, куда я цепляла перо жаворонка.

- Эви! Что такое?

Я подняла руки, показывая Лорену. Он замедлился, понимая, что я держу. А я, как попрошайка, молила, протягивала руки, скованные смолой, отчаянно пытаясь разделить их. Если я буду бороться и растягивать смолу, я замедлю конец. Но вечно я не продержусь.

- Ты должен убить меня, - прохрипела я. – Убей меня, пока я его не уничтожила.

Лорен застыл на месте. Его голос был ужасным:

- Нет.

- Ты должен! Это единственный способ!

Он покачал головой.

- Нет, Эви. Ты должна это остановить.

- Не могу! – прокричала я. – Все почти кончено! – я боролась, растягивала смолу. Руки уже болели.

- Нет! – ответил он криком. – Ты должна, - и яростнее. – Я не отпущу тебя.

Крик, ужасающий рев. Я вскинула голову и вскочила на ноги. Налгрут взобрался на вершину и выпрямился, оказавшись еще больше. Лорен обернулся, поднял меч и помчался к ногам монстра, ведь только там он мог бы избежать смертельного удара. Кот вернулся, прыгнул на чудовище, направляясь к его горлу. Я кричала. Ничего не выйдет. Налгрут убьет Лорена, а я уничтожу ракушку.

Я вспомнила вопль Ларк, когда она заметила меня в небе над Тарнеком.

Что ты наделала?

- Что ты наделала?

Призыватель. Он стоял передо мной, с жестокой ухмылкой передразнивая мою мысль.

- Пощадите Всадника! – завопила я. – Пощадите его!

Призыватель лишь рассмеялся, понимая, что выиграл, а я ненавидела его за это. Я не думала, а бросилась на него, сбивая старика на камни. Но я согнулась пополам, от жестоких действий меня стошнило. Никакого вреда. От этого мне было плохо, но я все еще злилась.

На моих испуганных глазах Призыватель поднялся, смеясь.

- Тебе это не остановить.

Нет. И я громко и с яростью заявила:

- Я это сделаю! – я быстро поняла, что могу сделать, что могло остановить беду. Я развернулась и пошла к краю утеса, борясь с ветром.

- Стой! – закричал Призыватель. Его приказ заставил и Налгрута замереть. Лорен опустился на колени, тяжело дыша.

- Пощадите Всадника! – крикнула я Призывателю. Я пятилась, опасно пошатываясь. – Пощадите его!

Призыватель завопил:

- Стой!

- Покажите! Пусть Налгрут идет ко мне!

Призыватель замешкался, а я подошла к краю, пошатываясь с каждым порывом ветра.

Что-то кричали, ревел Налгрут, повернувшийся ко мне. Еще шаг, и еще один. Камни дрожали подо мной.