Внезапно испугавшись, Роза отпрянула от двери. А что, если это не часы? Что если?.. И тут дверь открылась. Вернее, открылась лишь её часть. Тяжёлая деревянная дверь состояла из нескольких прямоугольных панелей. Одна из самых нижних панелей распахнулась. На голые доски лестничной площадки упали лучи света. Жесткого, белого света. Роза отступила, пытаясь заглянуть сквозь открывшуюся панель, но не смогла различить ничего, кроме света. Затем там медленно возникла тень – что-то оттуда выходило. Что-то тёмное, отбрасывающее силуэт на фоне искусственного света.

  Роза облегчённо засмеялась, увидев, что это кошка. Она вышла на площадку, постукивая коготками по деревянному полу. Роза потянулась, чтобы её погладить, но её рука замерла на полпути. Кошка смотрела вверх, на Розу, и белый треугольник ярко выделялся на фоне чёрного тела. Узкие изумрудные глаза были направлены на Розу. И вдруг они перестали быть зелёными и стали красными. Кроваво-красными, будто бы освещёнными изнутри. Рот животного раскрылся, издавая злобное шипение. 

  От удивления Роза выпрямилась и сделала шаг назад. Её нога подскользнулась на верхней ступени, и она с криком опрокинулась в сторону, на лету ухватившись рукой за перила. В тот момент, когда она чуть не упала, глаза кошки вспыхнули. Два луча ядовито красного цвета выстрелили из глаз, прожигая стену позади того места, где только что была Роза. Голова кошки с щелчком повернулась, перенацеливаясь. Роза вжалась в стену, пригнувшись от лучей. От обугленных стен поднимался дым.

  Роза вскрикнула, протягивая перед лицом руки навстречу прыгнувшей кошке. Выставив когти, та бросилась на Розу, излучая глазами смерть.

  Когда Доктор закончил, все молчали. Конечно же, он рассказал им не всё. Лишь самое необходимое. Только начни нести чушь о том, что ты пришелец из будущего, и тебя вообще слушать перестанут. Поэтому он изложил лишь самые главные факты: таинственные заводные убийцы, которых женщина в маске посылает убить не того человека. Достаточно откровенно.

  Персонал, собранный Кроутером, чтобы выслушать завершение рассказа Доктора, переглядывался – некоторые с беспокойством, другие с удивлением, третьи в растерянности. Несколько гостей сидели рядом и внимательно слушали. По имени Доктор знал только Аске и Реппла. Реппл особенно внимательно смотрел на Доктора, с безучастным лицом. Аске переводил взгляд с Доктора на Реппла и обратно, то ли беспокоясь о том, как это повлияет на разум его пациента, то ли наоборот, погружаясь в свои собственные иллюзии. Уайз держал бокал, покачивая в нём остатки бледной жидкости. Он допил и встал.

  – Хорошо, что я выпил, – сказал он. – Пожалуй, не помешает ещё. Кому-нибудь ещё налить? – он вопросительно поднял брови в направлении Доктора, затем повернулся к персоналу клуба. – Нет? Тогда не обращайте на меня внимание.

  Аске присоединился к нему у графинов и позволил Уайзу налить от души в два бокала. Один из них он отнёс Репплу. Кроутер кашлянул:

  – Простите, Доктор, а что вы предлагаете нам делать? Если я правильно вас понял, эти убийцы придут сюда, как только стемнеет.

  – Думаю, да, – согласился Доктор.

  – Значит, нам предстоит сделать выбор, – он стал загибать пальцы. – Принять вызов и сражаться. Забаррикадировать двери и попытаться отпугнуть их. Спрятаться под столами... – один палец ещё не был загнут и он цокал языком, словно пытаясь вспомнить последний вариант. – Убежать, – завершил он в конце концов. – Позволить им тут буйствовать и бесноваться без нас. Может быть, попытаться отвлечь их, но сомневаюсь, что это получится.

  – Я не собираюсь бежать, – заявил Реппл. – Думаю, всем нам ясно, за кем на самом деле охотятся эти убийцы, – он встал, в одной руке держа бренди, а другую опустив в карман пиджака. Рядом стоял Аске, в той же позе. – Я всегда знал, что это может произойти, – продолжал Реппл. – Что злые силы, противостоящие мне дома, настигнут меня. 

  – Мы не можем быть уверены, что они именно по вашу душу, – аккуратно заметил Доктор.

  Реппл проигнорировал его:

  – Кто встанет со мной в этот трудный час? Кто из вас достаточно смел и честен, чтобы сразиться с противостоящими нам силами? – и он поднял бокал. – За победу! И за Дастарию!

  Реппл и Аске выпили и снова сели. Уайз слегка надпил свой бренди.

  – Ну что же, что бы там ни было, – сказал он, – боюсь, что сегодня среда, а значит я не смогу помочь. Уже занят, знаете ли. Но, – добавил он, – я постараюсь вернуться побыстрее, на случай, если смогу быть полезным.

  У Доктора расширились глаза:

  – Уже занят?

  Уайз выглядел слегка пристыженным:

  – Давний уговор. Не могу пропустить. Каждую среду, – он вынул из кармана жилета часы на цепочке, вставил монокль, и посмотрел который час. –У меня около часа до выхода, если это чем-то поможет. Каждую среду я играю в шахматы с другом, живущим дальше по Эмбанкменту[9]. Никогда не пропускаю. Простите. Скоро вернусь, – сказал он с извиняющейся улыбкой. – Но, знаете, нельзя дать поганцам победить, верно? Нельзя позволить им устанавливать правила и диктовать, как нам проводить своё время.

  Последнее замечание, видимо, затронуло что-то в душе Реппла, который, соглашаясь, мрачно кивнул.

  Пока Уайз говорил, несколько гостей и людей из персонала воспользовались шансом улизнуть. Комната теперь казалась почти пустой. 

  Доктор пересчитал оставшихся: Аске и Реппл, Кроутер и два его подчинённых. Из гостей остались два пожилых джентльмена (один из которых, Доктор был уверен, был настолько глух, что не знал, что обсуждается) и джентльмен средних лет необъятной ширины, улыбавшийся в радостном предвкушении. Доктор вздохнул. Это, конечно, не армия, но нельзя было рассчитывать на то, что люди станут рисковать собой ради него. Пускай даже если они не очень поверили, что за ним придут заводные убийцы.

  Больше всего он расстроился из-за Уайза, но предположил, что тот ему просто не поверил. Как обычно, Уайз был слишком вежлив, чтобы отказать прямо, и в то же время не хотел пожертвовать своим вечером ради потакания Доктору. Можно понять, но всё равно обидно.

  – Я отослал женщин, Доктор, – признался Кроутер. – Надеюсь, это было правильно.

  Доктор кивнул:

  – Пожалуй. А даже если и нет, это уже не изменишь. Хотя Роза всегда полезна в... – он запнулся, оглядываясь по сторонам. – А где Роза?

  Скорее инстинктивно, чем намеренно, Роза налету ухватила тварь обоими руками за шею и отвернула её в сторону, так, что смертоносные лучи выжигали две полосы у неё за спиной. Пытаясь удержать кошку, она чувствовала, как та извивается. Её тело было словно мешок с твёрдыми костями. Она шипела и сопротивлялась. Когти скребли Розу, пытавшуюся держать кошку на вытянутых руках. Она понимала, что долго так не продержится.

  Тогда она повернулась, по-прежнему держа кошку крепко за шею, и сжала руки так сильно, как только могла, но эффекта от этого не было. Голова злобно вертелась, стреляя лучами и пытаясь попасть в Розу, прожигая краску и деревянные панели. Иллюзии о том, что это настоящая кошка из плоти и крови, давно пропали. 

  Роза расставила на ступеньках ноги и со всей силы ударила головой твари об стену. Раздался неприятный хруст, и кошка издала неземной вой. Роза ещё раз ударила её об стену, которая от удара начала крошиться. И ещё удар – брызги разлетающихся кусков штукатурки и краски. Один глаз по-прежнему стрелял, обугливая стену, и Роза замахнулась ещё раз. Свет в глазе угас. Но когти всё ещё двигались, пасть на разбитой морде всё ещё шипела. Роза одной рукой отпустила шею и схватила кошку за хвост. Вновь расставив по-удобнее ноги, она разжала вторую руку. Ухватившись за хвост двумя руками, она с размаху ударила кошкой по стене.

  Со скрипом и скрежетом, словно сломавшийся автомобиль, кошка обмякла в её руках. Роза взмахнула и ударила ею ещё раз – для надёжности и чтобы согнать адреналин. Она всё ещё не верила, что твари пришёл конец. Шкура кошки разошлась, словно по слабому шву. Шестерни, механизмы, рычаги, и маленькие металлические детали посыпались изнутри на пол. Они скакали по ступеням и катались по доскам пола.