- Насколько грубый? – спросил Натаниель.

- Грубый, - ответила она.

- Нет, дорогая, не по стандартам Натаниеля и уж тем более не по стандартам Аниты.

- Насколько секс должен быть грубым, что бы им он показался грубым? – спросила она.

Внезапно, я сконцентрировалась только на дороге, потому что не знала, как правильно ответить.

Ответить честно на этот вопрос невозможно было, не выспрашивая детали, а этого я не хотела.

- Дело не в том, насколько грубо для меня и Аниты, а в том, насколько грубо для Джейсона, -

ответил Натаниель.

- Хорошо, укуси меня, я сдаюсь; насколько грубым он должен быть для всех вас?

Я услышала небольшое движение позади и поняла, что Джейсон прижал ее к себе сильнее, в

каком-то смысле. Я старалась следить за траффиком, но вы знаете, как легко отвлечься при

определенных звуках.

- Мне не разрешено тебя кусать, помнишь?

- Я выступаю на сцене Джейсон и иногда у меня такие костюмы, что видно много кожи.

- По тем же причинам и я иногда не могу позволить следы укусов.

- Так в чем проблема? – спросила она.

- Ты не хочешь меня кусать, а я хочу тебя укусить.

- Я не понимаю, - сказала она.

- Надеюсь, к концу ночи поймешь.

Это была правда. Некоторые вещи не объяснишь, их можно только испытать самому или, по

крайней мере, увидеть. Сегодняшняя ночь – про то, чтобы увидеть; я только не была уверена, что

счастлива быть частью дикой природы, которую ей предстоит лицезреть.

Глава 3

Мы вернулись к обычном разговору, пока спускались по длинной лестнице, ведущей в

подземелье Цирка Проклятых. Кивнули охране, сказали привет тем из них, кто числился в друзьях, и

узнали больше о тренировках нового балета в Нью-Йорке. Натаниель рассказал о танце, который они

поставили в Данс-Макабре, который был именно танцевальным клубом, а не стрип-клубом. Я не

принимала участие в разговоре о работе, потому что моя была немного более тяжела для восприятия

или пришлось бы рассказывать о еще не закрытых полицейских делах; еще одной причиной было то,

что это убьет все настроение Джей-Джей. Мужчины, по большей части, спокойно могли говорить со

мной о моей профессии.

Комната Джейсона была одной из самых укомплектованных, с ванной и огромным душем. Мы

закрыли за собой дверь в спальню и повисло молчание, было слышна только работа кондиционера.

Все комнаты были вырезаны в естественной системе пещер, так что на самом деле не нуждались ни в

нагреве воздуха, ни в охлаждении, но иногда все-таки это было нужно, а Жан-Клод никогда не был

скуп. Думаю, он разбаловал нас всех.

Джей-Джей поцеловала Джейсона и сказала:

- Пойду освежусь и переоденусь во что-нибудь более комфортное.

Она пошла в ванную, большая сумка качалась на плече. Я сказала ей вдогонку:

- Это на самом деле будет более комфортным или наоборот?

Она рассмеялась.

- Скоро все увидишь.

- Черт, это значит и мне понадобится нижнее белье.

Она оглянулась, пока открывала дверь.

- Ну, не знаю, голая ты тоже сойдешь.

Она мне улыбнулась с подтекстом и проскользнула в дверь, до того как я смогла ответить. Что

было хорошо, у меня не было ответа. Я просто уставилась на закрытую дверь, внезапно почувствовав

себя оленем на шоссе в свете фар.

Джейсон обнял меня.

- Не злись, хорошо? И помни, ей нравятся девушки гораздо больше парней.

Я достаточно вышла из транса, чтобы увидеть его лицо.

- Ты не единственный ее бойфренд, да?

- Нет, но только у меня с ней серьезные отношения.

Натаниель обнял меня с другой стороны, и на минутку я оказалась в теплом уютном сэндвиче.

Мне это нравилось, и они оба об этом знали.

Объятия помогли мне успокоиться.

Натаниель меня поцеловал.

- Пойду принесу тебе белье и обувь.

- Я и сама могу, - сказала я.

Он ухмыльнулся.

- Ты долго будешь выбирать или используешь как предлог, чтобы долго не возвращаться; не

волнуйся, я выберу что-нибудь подходящее.

С его доводами спорить я не могла, поэтому даже не пыталась. Я способна учиться. Он ушел, я

осталась и Джейсон держал меня. Я поняла, что он меня держал не только потому, что хотел меня

успокоить.

- Ты тоже нервничаешь, - сказала я.

- Никогда еще ни одна женщина для меня столько не значила, Анита; немного страшно.

- И восхитительно, - сказала я, держа руки вокруг его талии и смотря в весенне-голубые глаза.

Он выглядел обеспокоенным и уже не пытался это скрыть.

- Да, - ответил он, - восхитительно, и страшно.

Я обняла его, положив голову в теплоту его шеи.

- Все получится.

Он обнял меня крепче, сила его рук прижала меня к нему.

- Надеюсь, Анита. Боже, очень надеюсь.

Мне хотелось и дальше его успокаивать, но нам нужно быть честными друг с другом. Я подалась

назад, чтобы видеть его лицо и сказала:

- Я пыталась помочь Ричарду наладить отношения с несколькими его подругами и каждый раз не

очень хорошо получалось.

- Как с Завистью, - сказал Джейсон.

- Ага.

- Думаю, если бы Ричард удовлетворял потребность в грубости с тобой, то не стал бы делать

этого с Завистью.

Я пожала плечами.

- У него не хватало времени, чтобы видеть Зависть, встречаться с очередной земной цыпочкой и

впихнуть еще и БДСМ встречи в свое расписание. У него в городе полноценная работа и целая куча

семейных обязанностей с родителями, братьями и сестрами.

- Ричарду нравится очень грубый секс, почти никому в нашей стае такой не нравится; когда

играешь так агрессивно, то не можешь просто пропускать ходы.

Я была согласна.

- Потому что все может смешаться и пойти наперекосяк.

Джейсон кивнул.

- Поэтому он и потерял Зависть.

На его лице отразилась грусть. Я переместила руки ему за плечи, сжала и немного покачала его.

- Забудь об этом; мы – не Ричард. Мы всегда больше заботились об общих потребностях, чем о

своих и правильно расставляли приоритеты.

Он улыбнулся, и улыбка почти дошла до глаз.

- Ты сейчас увидишь Джей-Джей и меня в одной кровати; встряхнись, если не отпустишь ни

одной лесбийской извращенной шутки, я разочаруюсь.

Он улыбнулся мне в полный рот, улыбка наполнила его глаза сиянием.

- Если бы я сказал, что никогда не фантазировал о вас двоих в постели, я бы так сильно соврал.

Я обняла его, улыбаясь.

- Мой распутный волк вернулся.

Он обнял меня в ответ.

- Спасибо, Анита, за все.

Хотела ответить – поблагодаришь меня после, но это бы свело на нет все спокойствие, которого

я добилась, так что просто сказала:

- Не за что.

Натаниель вернулся, неся мое белье и шелковые шорты для себя. Джей-Джей открыла дверь

ванной, одетая в светло-голубую как у куколки ночнушку. Она облегала ее тело, показывая все

изгибы, холмы и впадины. Она расчесала свои длинные, прямые волосы и они окружали ее лицо как

блестящий занавес. Она также немного подвела глаза темным цветом. Мы все втроем смотрели на

нее. Джейсон сказал:

- Ты потрясающа; то, что ты меня любишь, заставляет меня лучше о себе думать.

Она ухмыльнулась, напомнив мне Джейсона.

- Выражение ваших лиц, когда я появилась, было просто идеальным.

- Чем же оно был идеальным? – спросил Натаниель.

- Мы обсудим это позже; а сейчас на вас полно лишней одежды.

- Мы с Анитой переоденемся и дадим вам побыть наедине.

Натаниель взял меня за руку и направился в сторону ванны и Джей-Джей, сияющей в дверях.

- Звучит хорошо, - сказала она и ушла с нашего пути. Мы закрыли дверь под звуки ее смеха и

тихого шепота Джейсона.

Натаниель выбрал черную ночную сорочку и пару черных туфель с ремешками на шпильках.

Сорочка была прозрачной и как только я натянула ее на себя, мои соски проступили сквозь тонкую