- Неплохой вариант.

Мы помолчали. Наконец, он сказал:

- Ладно, это неудачный пример.

- Крайне неудачный, - согласилась я. – Мы – ужасные друзья, которые не встречаются.

- Зато нам надо придумать занятие уже для одиннадцати минут,- он оперся локтями на колени и положил голову на ладони. – Может, мы друг друга не очень хорошо знаем. Расскажи мне что-нибудь о себе.

- А что?

- Все, что угодно.

Я пожала плечами.

- Какая твоя любимая приправа?

- Приправа? – переспросила я. – Ты мог спросить все, что угодно, и выбрал приправы?

- Смотри, в чем дело, - Тео потер переносицу. – На самом деле мне хочется поцеловать тебя, но ближайшие, - он посмотрел на ноутбук, - десять минут я не могу. Поэтому стараюсь, как могу.

- Ладно. Горчица.

Он склонил голову набок.

- Горчица? Правда?

- Что тебя так удивляет?

- Не знаю, - пожал он плечами, - я уже вроде как решил, что ты любишь кетчуп.

- Почему это?

- Понятия не имею, просто подумалось.

Я закатила глаза.

- А твоя любимая приправа?

- Соевый соус, - немного подумав, отозвался Тео. – Я все могу съесть с ним, даже мороженое.

- Это отвратительно, - скривилась я.

- Не согласен с тобой, но неважно. Давай дальше. Любимая комната в доме?

- Спальня. Люблю поспать. А у тебя?

- Мне нравится готовить, так что кухня.

- Ах, да, и на ней никогда не бывает слишком много часов, - вспомнила я. Тео заулыбался.

- Проза или поэзия?

- Проза. Большинство стихов слишком короткие и заумные, как мне кажется.

Тео указал на себя.

- А я – полная противоположность. Люблю стихи хайку и хокку, они лаконичные, в них никто не растекается мыслью по древу. Соль или перец?

- А мне не может нравится и то, и другое?

Тео скорчил рожицу.

- Ладно, соль.

- Перец. Видишь, противоположности притягиваются!

Мы оба посмотрели на монитор: еще семь минут.

- Я как будто в школе, время идет очень медленно, - заметила я, откидывая голову и глядя на потолок. Это натолкнуло меня на новую мысль. – Любимый предмет?

- Программирование и дизайн, - легко ответил он. - А твой?

- История. Еще геометрии и тригонометрия. Мне нравились треугольники и формулы.

- Ты переела горчицы, - покачал головой Тео.

- Твое любимое словарное слово?

- Гибельный, - сказал он после секунды размышлений. – Оно кажется романтичным, словно из старых книг, а на самом деле означает конец и разрушения. А твое?

- Омфалоскепсис, - сказала я. – Это искусство созерцания пупка. Потому что я бы лучшего созерцала его, чем училась выговаривать это слово.

Тео рассмеялся, затем как-то странно хрюкнул, и я тоже засмеялась.

- Что это было?

- Ничего более странного, чем твоя горчица. Ладно, еще вопрос: твоя любимая фраза, связанная с будущим?

Я задумалась.

- Утром все будет казаться лучше.

- Кто это сказал?

- Мама. Если я приходила из школы в слезах, то перед сном она всегда говорила мне это. А твоя?

Тео даже не задумывался.

- Джон Уэйн сказал: «Завтрашний день — самая важная вещь в жизни. Он навещает нас в полночь. Замечательно, когда он приходит и отдаётся прямо в наши руки. Он надеется, что мы возымели хоть какой-то урок со вчерашнего дня».

- Ого, хорошо сказано.

- Да, - Тео улыбнулся. – Мне нравится твоя цитата.

Какое-то время мы сидели в молчании, просто глядя друг на друга. Я тебя не знаю, подумала я. Но, в то же время, я уже знала этого человека. Это было самое странное чувство на свете.

- Следующий вопрос, - сказал он, и я выпрямилась. – Знаешь, сколько времени?

Я взглянула на часы. 00:02.

- Уже утро.

- Уже завтра, - согласился он. – Как насчет этого…

Он приблизился ко мне, осторожно и медленно посадил к себе на колени и поцеловал. Никаких тостеров вокруг на этот раз не было, лишь темная комната, бассейн, поблескивающий за окном в темноте, и Клайд, замерший на экране. Это был действительно замечательный момент, и его стоило ждать. Все было великолепно… пока внезапно не включился свет.

- Тео? Ау! – раздраженный вздох. – Мне нужна твоя помощь.

Мы оторвались друг от друга, я прижала ладонь ко рту и увидела Айви, стоявшую в дверном проходе с коробкой в руках. Она равнодушно смотрела на Тео, пока он спускал меня со своих колен и вставал.

- Я думал, ты уже закончила, - он подошел к ней. – Что случилось?

Она сунула ему в руки коробку безо всяких комментариев, затем прошагала в сторону кухни, где швырнула на стол ключи. Я вздрогнула. Работник офиса – всегда работник офиса, и я не могла не думать о поцарапанной столешнице.

- Мистер Конавэй предложил мне, - говорила она, доставая из холодильника бутылку вина, - немного «разобраться», прежде чем мы снова встретимся.

- Разобраться? – Тео поставил коробку на столик. – В чем, в его работах? Но ведь…

- Не в его работах, - перебила Айви, доставая бокал. Она налила себе его почти до краев и сделала большой глоток. – А в этом месте.

Тео открыл коробку и достал из нее несколько книг и брошюр, больше всего похожих на атласы и путеводители.

- В городе?

- Да, Тео, в городе, - раздраженно повторила она. – Видишь ли, мои вопросы сегодня были весьма далеки от понимания его истории, которая связана с историей этого городка. Неважно, - она махнула рукой. – Вывод: если я понадоблюсь тебе в следующие двенадцать часов, я тут, читаю все это, - Айви кивнула на книги.

- Я могу помочь, - предложил Тео.

- Разумеется, ты поможешь. Я возьму половину, другую половину возьмешь ты. Завтра сравним наши заметки, - она смерила меня взглядом. – Наверное, тебе стоит начать прямо сейчас.

- О, - Тео сглотнул. – Да. Конечно. Начну сейчас.

- Хороший мальчик.

И, с очередным драматичным вздохом, она сунула подмышку несколько книг и с бокалом удалилась наверх. Когда я повернулась к Тео, чтобы сказать, что я думаю о том, как она с ним говорила, увидела, что он достает из коробки остальные книги.

- Серьезно? – я посмотрела на часы. – После рабочего дня ты собираешься сидеть над этим?

- Я же говорил, мне нравится эта работа, - пожал он плечами.

- И ты должен сидеть всю ночь, как филин, потому что она не в состоянии сама все это прочитать?

- Мы не подготовились к интервью сегодня, - заметил он, - так что да, должен.

Я посмотрела на потрепанные книги.

- Похоже, работа в «Пляжах Колби» - просто рай по сравнению с этим.

- Хочешь сказать, тебе больше нравится выбирать тостеры с постояльцами?

- Зависит от тостера. Или от постояльца, - хихикнула я. – Во всяком случае, я изучала историю Колби в школе, и это было не слишком увлекательно.

- Это и правда может быть интересно! – заспорил Тео. – Мы могли бы почитать вместе, нам же не девять, чтобы умирать от скуки над этим, - он постучал по обложке.

- Сомневаюсь, - я покачала головой, взяв одну книгу и посмотрев на заднюю обложку, откуда еще не был оторван ценник, и стояла дата продажи. – К тому же, уже поздно. Мне пора домой.

- Да, и правда, - Тео сунул ручку, уже вытащенную откуда-то, за ухо, и взял меня за руку. – Обещаю: завтра вечером нам не помешает никакая история города, идет?

Сложно было сказать «нет» в ответ на это.

- Идет.

Он улыбнулся, затем вернулся к книгам. Я тихонько вышла из дома. Когда я открывала дверь машины, сзади меня послышалось:

- Ты уходишь.

Обернувшись, я увидела, что Айви сидит на балконе с бокалом вина и книгой.

- Тео должен многое успеть, - заметила я.

Айви прищурилась.

- Значит, вы теперь… Вместе, так?

Мне было не слишком понятно, что означал этот тон. Она была раздражена, задумчива – или и то, и другое вместе?

- Мы просто общаемся, вот и все.

- А. Не думаю, что это хорошая мысль.

Вот теперь мне стало ясно: это вызов.

- И как это понимать? Вы начальник еще и для его личной жизни?