Освобождаемые нами вели себя по-разному. Кто-то просто валился на пол без сил, кто-то убегал, кто-то бросался на нас. У нас не было времени разбираться, осторожничать тоже, поэтому особо агрессивных убивали на месте. Гулкое пространство пещеры раскалывалось от перекрывающих друг друга воплей ужаса, боли, ярости, от звона цепей и лязга железных решеток.

По рассказам Эдж я уже знал, что мы увидим нечто подобное. Но я здорово недооценил масштабы этого лагеря. Наверное, меня сбивала с толку небольшая численность Красных капюшонов – их ведь всего человек двадцать, а в онлайне и вовсе одновременно находится человек по пять. Но надежная тюрьма может обходиться минимальным количеством надзирателей. К тому же, у Капюшонов были надежные помощники среди неписей – Зверобои.

С ними-то нам и пришлось схлестнуться, не успели мы преодолеть и четверти пути до дальнего края пещеры.

Трое громил в увешанной трофейными черепами меховой броне выскочили на нас, преграждая путь, когда мы вступили на бревенчатый помост, идущий поверх загонов с какими-то мохнатыми животными. А, судя по боевым кличам, доносящимся из-за их спин, к ним спешило подкрепление.

Я невольно отступил, давая возможность Терехову, Даниле и Дракенбольту выдвинуться вперед и потанковать. Не то чтобы я испугался. Я уже давно не теряюсь в бою, а эмоции стараюсь гасить в зародыше. Но именно трезвый расчет подсказывал, что сейчас не время геройствовать. Я вполне мог даже один расправиться с двумя-тремя йотунами, которые по размерам как раз сравнимы со зверобоями. Однако одно дело – пусть и могучие, но туповатые полуголые дикари с каменными колотушками. И совсем другое – вооруженные страшными секирами и защищенные крепкой броней воины, для которых охота на чудовищ и добыча трофеев – смысл всего существования. Они, пожалуй, самые опасные противники во всем Фроствальде, даже куда опаснее оборотней, раз уж сумели поработить и их.

Дракенбольт крутанул цепь с увесистым обломком камня на конце, будто огромный кистень. Ближайший к нему зверобой едва не попал под раздачу, но успел отшатнуться и тут же рубанул в ответ. Удар пришелся вскользь, и лезвие секиры противно скрежетнуло по каменной чешуе, покрывающей лапы огра с внешней стороны. Двуголовый попер вперед, орудуя обрывками цепей на ручных кандалах, как плетьми, но зверобои уворачивались от его ударов. Все-таки, несмотря на размеры, эти ребята весьма шустрые. Точно гораздо шустрее йотунов. А уж реакция и вовсе, как у кошки.

Вот кому досталось от огра – так это Даниле с Тереховым. Драться в команде здоровяк был не приучен, и цепями своими хлестал, куда ни попадя, не обращая внимания на то, что может зацепить и союзников. И он цеплял. Хорошо хоть броня у обоих толстая.

Получив свою порцию «дружеского огня», Псы отступили, решив не путаться у великана под ногами. И очень вовремя – Дракенбольт вошел в раж и, кажется, уже вообще не соображал, где свои, а где чужие. Но и совсем устраняться от драки нам было нельзя. Хоть противники огра едва доставали ему до плеча, втроем они представляли для него вполне серьезную опасность.

Не успел я об этом подумать, как двухголовый умудрился набросить цепь со своей левой руки петлей на одного из зверобоев и подтянуть его к себе. Тот попытался вывернуться, но Дракенбольт уже успел ухватиться за него обеими лапищами, и из этой хватки деваться было некуда. Огр и его жертва взревели одновременно, будто соперничая друг с другом в громкости. Вот только двухголовый-то вопил злорадно, а бедняга зверобой – от боли. И на помощь товарищей рассчитывать уже не мог – Терехов и Данила рванули вперед, оттесняя их. Терехов вообще метнулся так быстро, что аж размазался в движении. Преодолел несколько метров одним махом, в конце траектории оглушив зверобоя ударом щита. Явно какое-то новое умение, раньше он в основном только боевыми кличами пользовался для буста группы.

Данила тоже выбросил свой козырь. Его мне уже видеть доводилось. После короткого заклинания его булава засветилась, быстро раскаляясь докрасна, а размашистый удар ею оказался так силен, что хрустнули бревна помоста, а второй зверобой, хоть и успел отпрыгнуть от прямого попадания, не удержался на ногах и завалился на спину. Даня поспешил вперед и припечатал его сверху. Булава зазвенела, ударившись об подставленный топор, но полностью блокировать удар у зверобоя не вышло. А дальше он и вовсе был обречен – Даня молотил его с методичностью дровосека, широко размахиваясь и с каждым разом пробивая все сильнее, буквально впечатывая бедолагу в помост.

Дракенбольт тем временем окончательно придушил своего противника цепями и, когда тот обмяк, ухватил его за голову и раздавил ее ладонями, как перезрелую дыню. Зрелище было не для слабонервных, Ката так и вовсе не удержалась от возгласа отвращения.

Справа от меня щелкала тетива блочного лука – Стинг неторопливо расстреливал бегущих на нас зверобоев на дальних подступах. В подкреплении их было человек пять, но двое изрядно отстали, ковыляя со стрелами в коленях и лодыжках. Коротышка, сколько я его помнил, любил бить в неожиданные места. И от своего пристрастия к цветному оперению стрел тоже не избавился.

Помост был слишком узкий, чтобы мы могли вступить в бой все сразу, поэтому Гюрзе и Берсу оставалось лишь нетерпеливо маячить за спинами танков, подстраховывая их. Док и Ката помогали Стингу – некромант набрасывал проклятья и рулил Карачуном, ведьмачка тоже использовала свой магический арсенал. Она вообще в последнее время стала предпочитать магию, а в ближний бой вступала только в крайнем случае. Кистень своей она заменила на какую-то экзотичную вариацию, больше напоминающую хлыст, состоящий из скованных короткими цепочками клинков. Помню, впервые увидев это оружие, я отнесся к нему весьма скептически. Для фехтования оно точно не годилось, да и против тяжелой брони было бессильно. Однако Ката меня в этом быстро разубедила, и сделала это весьма зрелищно.

В общем, тяжи вовсю рубились со зверобоями, маги и Стинг помогали им, а я пока остался вообще не при делах. Поэтому я завертел головой, проверяя, не обходят ли нас с флангов или сзади. И…

Капюшон!

Ассасин на несколько секунд выпал из инвиза – похоже, от слишком резкого движения, и какая-то длиннолапая лохматая тварь тут же схватила его за лодыжку, рванувшись между прутьями клетки. Тот ударил её длинным кинжалом, но хватка была крепкая. Из инвиза рядом с ним вынырнул второй Капюшон и поспешил на подмогу.

Нас разделяло метров десять и, увы не ровной дороги. Помост, на котором я находился, шел метрах в трех над полом пещеры, внизу под нами были загоны и клетки с животными. Я выстрелил в потолок Серебряным Жалом и прыгнул вперед, перелетая в сторону ассасинов в стиле Человека-паука. В конце траектории высвободил Жало и, не успела его веревка съежиться до минимальной длины, хлестнул ею Капюшонов, как бичом, метясь острым наконечником по тому из них, кого не удерживал зверь из клетки.

Жало чиркнуло его по голове, прикрытой только матерчатым капюшоном. Убийца вскрикнул от боли и кувыркнулся назад, тут же с протяжным шипением растворяясь в воздухе. Второй тем временем успел еще раз пронзить кинжалом держащую его лапу и высвободиться. Жало уже заняло свое место на запястье, и я выбросил вперед руку, снова выстреливая серебряный наконечник. Но он лишь звякнул о железные прутья решетки – второй противник тоже отскочил и растворился в воздухе.

Бомбочка со светящейся пылью для обнаружения невидимых противников у меня была в слоте быстрого доступа, там, где обычно стояли жемчужины чистой Ци. Знал ведь, куда иду и кого здесь могу встретить.

Я швырнул её об пол и почти сразу же скастовал на себя Сердце дуба и Зеркальный щит. Варианта было два – после ухода в инвиз ассасины могли либо отступать, либо попытаться меня убить. Отступать им пришлось бы медленно, чтобы не сбить невидимость. Так что я делал ставку на второй вариант.

И не прогадал.

Они атаковали почти одновременно – я едва успел разглядеть их обсыпанные светящейся пылью силуэты, когда они уже были у меня под боком. Один ударил слева, заходя за спину, второй – в грудь. Вспышки боли получились тоже синхронными, и ощущение было, будто меня пронзили насквозь. Удары, похоже, были с дикими бонусами к урону, что неудивительно для ассасинов. Хотя вонзились кинжалы не глубоко – едва ли наполовину. Все-таки брони на мне было – с трех умений, и суммарно это уже сравнимо со стальным доспехом.

Зеркальный щит лопнул, разлетаясь на блестящие осколки, и оба убийцы дружно завопили. Тот, что стоял передо мной, оказался истыкан этими осколками, будто дикобраз.

Хвост дракона!

Отшвырнул от себя нападавших, оглушая их. Один из них пришел в себя неожиданно быстро и отпрыгнул в сторону. Но тут же получил стрелу в бедро. Заорал, покатился по земле, хватаясь за раненую ногу.

Еще одна стрела в живот.

На второго я прыгнул сверху, придавил его к земле. Вытянул веревку от Жала и набросил ему на шею петлю. Когда тот попытался вырваться – чуток придушил.

– Не дергайся, гаденыш!

Тот затих, и я перевернул его на живот. Сам уселся сверху. Оглянулся на Псов. Те уже разобрались с остальными надсмотрщиками из числа Зверобоев и спешили ко мне. Второй ассасин лежал неподалеку, больше похожий на подушечку для булавок – Стинг не дал ему уйти.

Кровь оглушительно стучала в висках, а руки заметно дрожали. Я чувствовал, что слабею с каждой секундой. Яд! Ну, конечно, чего еще ожидать от ассасинов.

Потратил еще один заряд Ци на Очищение. Стало заметно полегче.

– Это он! – взревел Дракенбольт, едва завидев, кого я удерживаю. – А ну-ка, брысь, мелюзга! Дайте мне его!