Мари стояла в нескольких метрах от Билла, не решаясь подойти. Он все так же пристально смотрел на нее. На лбу хмурые морщинки, губы сжаты. Ни тени улыбки. Глаза такие, что не понятно, что он хочет сделать — убить или одно из двух.

Девушка прошла вперед, опустилась рядом с ним на колени. Взгляд внимательный, словно она пытается понять, как себя сейчас вести. Протянула руку, чтобы убрать волосы с его лица. Билл резко отстранился.

— Ненавижу тебя, — бросил сердито и отвернулся.

Она села рядом с ним, прижалась голой спиной к холодной стене.

— Курить есть? — тихо-тихо.

— Курить вредно, — огрызнулся он.

— Да жить вообще вредно, — философски.

Пачка лежала около его бедра. Только руку протяни. Его рука успела первой. Он смял ее и отшвырнул в сторону.

— Я сказал, курить вредно, — зло.

Мари поджала губы. Ситуация начала раздражать. Учитывая общее состояние ее нервной системы, его выкрутасы могли сейчас плохо кончиться для обоих.

Она подтянула колени к подбородку и уткнулась в них носом. Волосы рассыпались по ногам, пряча лицо и… слезы…

— Не плачь, — несильно толкнул ее локтем Билл. — Ну, перестань.

Мари не отвечала и не шевелилась.

— Ну, я не со зла… Они, правда, очень крепкие… Ты такие не куришь… Ну, хочешь я принесу тебе твои сигареты? Мари… Ну, Мари… — Он пододвинулся вплотную и сгреб ее в охапку. — Ну, все, моя хорошая, не плачь… Ну, что ты как ребенок маленький… Подумаешь, сигареты не дали… — наклонился к самому плечу, провел по нему губами. — Я чуть не умер, когда позвонили полицейские и сказали, что они опоздали…

Схема: герой убивается по поводу гибели героини (думает одно) — начинает капризничать, когда она появляется, отталкивает ее от себя словами (говорит другое) — ласкает и заботится о ней (делает третье).

А вот мой самый любимый диалог из пьесы А. Чехова «Медведь». Это чтобы вы понимали, что конфликт диалога — это не современное изобретение и что классику читать оооочень полезно:

Попова. Отойдите от меня — я вас ненавижу!

Смирнов. Боже, какая женщина! Никогда в жизни не видал ничего подобного! Пропал! Погиб! Попал в мышеловку, как мышь!

Попова. Отойдите прочь, а то буду стрелять!

Смирнов. Стреляйте! Вы не можете понять, какое счастие умереть под взглядами этих чудных глаз, умереть от револьвера, который держит эта маленькая бархатная ручка... Я с ума сошел! Думайте и решайте сейчас, потому что если я выйду отсюда, то уж мы больше никогда не увидимся! Решайте... Я дворянин, порядочный человек, имею десять тысяч годового дохода... попадаю пулей в подброшенную копейку... имею отличных лошадей... Хотите быть моею женой?

Попова (возмущенная, потрясает револьвером). Стреляться! К барьеру!

Смирнов. Сошел с ума... Ничего не понимаю... (Кричит.) Человек, воды!

Попова (кричит). К барьеру!

Смирнов. Сошел с ума, влюбился, как мальчишка, как дурак! (Хватает ее за руку, она вскрикивает от боли.) Я люблю вас! (Становится на колени.) Люблю, как никогда не любил! Двенадцать женщин я бросил, девять бросили меня, но ни одну из них я не любил так как вас... Разлимонился, рассиропился, раскис... стою на коленях, как дурак, и предлагаю руку... Стыд, срам! Пять лет не влюблялся, дал себе зарок, и вдруг втюрился, как оглобля в чужой кузов! Руку предлагаю. Да или нет? Не хотите? Не нужно! (Встает и быстро идет к двери.)

Попова. Постойте...

Смирнов (останавливается). Ну?

Попова. Ничего, уходите... Впрочем, постойте... Нет, уходите, уходите! Я вас ненавижу! Или нет... Не уходите! Ах, если бы вы знали, как я зла, как я зла! (Бросает на стол револьвер.) Отекли пальцы от ЭТОЙ мерзости... (Рвет от злости платок.) Что же вы стоите? Убирайтесь!

Смирнов. Прощайте.

Попова. Да, да, уходите!... (Кричит.) Куда же вы? Постойте... Ступайте, впрочем. Ах, как я зла! Не подходите, не подходите!

Смирнов (подходя к ней). Как я на себя зол! Влюбился, как гимназист, стоял на коленях... Даже мороз по коже дерет... (Грубо.) Я люблю вас! Очень мне нужно было влюбляться в вас! Завтра проценты платить, сенокос начался, а тут вы... (Берет ее за талию.) Никогда этого не прощу себе...

Попова. Отойдите прочь! Прочь руки! Я вас... ненавижу! К ба-барьеру!

Продолжительный поцелуй.

Схема: герой, ненавидящий женщин, приходит требовать долг к вдове. Вдова, давшая обещание до гробовой доски любить мужа, не может выплатить ему долг. Они ссорятся, она его оскорбляет. Герой вызывает ее на дуэль. Героиня принимает вызов, чем вызывает чувство любви у героя. Герой учит ее стрелять, но в нем уже нет желания убить женщину (он думает одно), он признается ей в любви (он говорит другое — конфликт разворачивается). Героине он тоже очень нравится (она думает одно), но она все еще сопротивляется и прогоняет его (она говорит другое — конфликт пошел). Они целуются (они делают третье).

Давайте отметим и еще один важный момент — наши герои должны не просто говорить и описывать какие-то ситуации, которые уже знает читатель или показывать их читателю. Они должны говорить МЕЖДУ собой, и этот диалог должен быть живым и активным. Честно говоря, это достаточно трудоемкая работа, все время хочется скатиться в повествование из уст героев словами автора, но старайтесь этого не делать. Например:

— Аркаша, как ты мог обмануть эту чудесную девушку? Она же столько тебе дала. Она купила тебе квартиру, машину, подарила дачу и родила тебе пять детей! А ты ее бросил и повелся на молодуху!

— А что я мог сделать, если она совсем меня достала и я готов был уже закопать ее у ближайшей помойки или утопить в Гудзоне в бетонных сапогах.

Что мы тут видим? Мы видим, что некто слил Аркаше информацию, что ему перепало вон сколько печенек. Аркаша имеет на это свое мнение и его высказывает. Как можно этот диалог сделать подинамичнее и увести в конфликт:

— Аркаша, как ты мог обмануть эту чудесную девушку?

— Достала! Видеть ее не могу больше!

— Но она столько сделала для тебя!

— Ты про квартиру, машину и дачу? Ха! Пусть это будет приятным бонусом за 20 лет нашей жизни.

Видите, как изменился ритм диалога и как мы с вами по другому преподнесли информацию читателю? То есть читатель видит все то же самое, что и выше, но диалог стал интересней и живей.

Раз уж мы заговорили о ритме, давайте я скажу о нем еще несколько слов. В диалоге важен даже не столько искрометный юмор ваших героев, сколько сам ритм диалога. Это словно бой, когда два противника сражаются друг против друга. Каждая фраза — это удар. Каждый ответ — это блокировка и контратака. И снова нападаем и отступаем, отступаем и нападаем.

Вижу тебя, как наяву

В этой главе я поделюсь секретами, как писать так, чтобы у читателя возникала в голове четкая картинка происходящего, и мы немного поговорим о графике письма в целом.

Вообще, если обсуждать качество исполнения текстов, то лично для меня очень важно, чтобы в читаемом произведении работало три пункта — интересный сюжет, оригинальные герои и качественная картинка происходящего. Обратите внимание, здесь нет пункта о грамотности ни в одном виде. Я допускаю, что у человека может быть не 100-процентная грамотность, я допускаю, что в зачитанном до дыр тексте в какой-то момент перестаешь видеть даже тупейшие ошибки, а при миллионном редактировании какой-либо сцены можно в итоге потерять окончания и согласования, меня это не парит, как не парит и большинство читателей. Если сюжет тащит, если в героев влюбляешься, если есть четкая картинка, то подавляющему большинству оранжевый цвет на мелкие ошибки и опечатки. Умный человек пометит их, дурак будет ходить за вами из поста в пост и высасывать ваши мозги через средний палец левой руки. Так зачем нам обращать внимание на дураков? ;) Согласитесь, чужие тараканы не наша забота. Будет гораздо хуже, если у вас провалится сюжет, вы налепите фактических ошибок, нарисуете тупеньких героев или создадите плоский мир. Хотя… кто-то кушает и такое. Но ведь мы с вами хотим печь вкусные пирожки, правда? Поэтому давайте все-таки перейдем от лирики к практике.