Принцесса любит его, и она ему вроде тоже не противна.

К тому же благодаря принцессе он вроде бы захотел оправдать ее надежды и спасти мир.

Если все и впредь будет так, о большем и мечтать нельзя. Но…

«Тогда почему я… так рассержена?..»

Из-за ненависти к человеку, которого она поклялась не прощать, и который теперь похитил у нее подругу? Или же…

Она все еще не могла разобраться в своих чувствах.

***

— Т-Тору-сама… мне стыдно, когда вы так смотрите на меня!..

Она легла на кровать, и ее голое, словно у озорной феи, тело открылось моему взору.

На ней остались лишь изысканные рукавицы, чулки, подвязка да тиара.

— Это еще цветочки, принцесса. Дальше стыда будет гораздо больше.

После моих слов принцесса покраснела и старательно попыталась скрыть прекрасную грудь и заветную долину руками.

Белье она сняла, как только я попросил.

— А теперь покажи мне самое сокровенное девичье место… Систина.

— А, а-а… х-хорошо…

Я намеренно обратился к ней по имени. Принцесса вздрогнула, неровно выдохнула и послушно исполнила указание.

Тонкие пальчики неуверенно сдвинулись, обнажая промежность.

Волосы платинового цвета блестели, как и на голове. Розовая щель искрилась влагой, появившейся от напряжения и возбуждения.

Ее священное сокровище, о котором простолюдин и помыслить не мог, принадлежало лишь мне!..

— Как красиво, сразу видно — принцесса. Аккуратно закрытая, прямо отдает благородством.

— М-мой мужчина, Тору-сама, смотрит на мое сокровенное место… а-а-а, хья?!

Я тоже успел раздеться, а теперь навис над ее распаленным беззащитным телом и начал водить по дрожащей щели средним и безымянным пальцем.

Удивительно, но ее промежность быстро разверзлась и уже скоро начала издавать влажные звуки.

— Быстро ты промокла, принцесса, а ведь это твой первый раз.

— Н-на самом деле, вчера… когда вы игрались с моей грудью, у меня там стало так горячо… а потом я так нервничала перед тем, как войти в зал откровений… а-а-а?!

Принцесса поняла, в чем сознается, и тут же спрятала лицо в ладонях.

Видимо, ублажение мужчины грудью и руками, а также знакомство со спермой произвели на непорочную девушку неизгладимое впечатление.

— Это моя вина, принцесса, это я все никак не мог уделить тебе время. Так что теперь надо наверстать…

— Э, в-ваш палец, Тору-сама, он так глубоко… а-а-а-а, хья-а-а-а!

Я нежно играл с благородной щелью, узкой, мягкой, неприступной ни для кого…

Ее гладкая кожа то и дело сжималась, словно дыша. Я наполнился предвкушением — предстоящие ощущения обещали стать несравненными.

— Когда ты как следует увлажнишься, сможешь, наконец, принять меня, принцесса.

— И-и-и, д-да! Я немного боюсь, но сделаю все, чтобы принять ваш огромный член-сама, Тору-сама!..

Я вытащил пальцы, вымоченные королевским соком, и растер их о восставший член.

Затем раздвинул ее ноги и приставил головку к слегка приоткрывшемуся входу в невинную щель. По спине пробежали мурашки: сейчас я овладею благородной девой.

— Хорошо, принцесса Систина. А теперь, как я и учил, внятно скажи, чего именно хочешь от меня!..

— Я… Я хочу, чтобы мой любимый Тору-сама без стыда и совести разворотил невинность третьей принцессы Ранбадии, которую я столько лет берегла!.. — голубые глаза залились слезами от стыда и предвкушения, но покрасневшая принцесса все же смогла совладать с собой и договорить до конца: — Пожалуйста, заберите мою девственность вашим членом-сама!.. И-ия-а-а-а-у-у-ум-м-м… а-а-а-а?! А, а, а-а-а-а, м-м, а-а-а! О-он вошел-л-л!..

Она вцепилась в простыню всеми пальцами и содрогнулась от кончиков платиновых волос до скрытых под белыми чулками пальцев ног.

Третья принцесса громко закричала от наполнившего влагалище давления и боли.

— Кх-х!.. Да, я вошел! Я лишил девственности Систину!

Красные капли крови, доказательство ее непорочности, упали на простыню и сразу впитались.

В моей груди разрывались фейерверки. Я наполнился радостью власти и победы самца, овладевшего первоклассной самкой.

— М-м, а-а-у-у!.. Б-больно-о-о… айй-й-й-й… м-м!

— Тебе больно, принцесса? Мне подождать?

Я мысленно усмехнулся над собой — хоть и пытаюсь не лопнуть от мыслей о собственном превосходстве, но веду себя на редкость ласково.

Возможно, мне и самому хочется немного облегчить первый секс девушки, принявшей меня по собственной воле.

— А, у-у-у… б-благодарю за заботу!.. Н-но боль не так сильна, как радость от нашего слияния!..

Принцесса обливалась слезами и все равно находила силы улыбаться. Какая она очаровательная.

— Э, ух?! Принцесса, ты меня там с такой силой сжимаешь!

— Э-э?! Н-неужели я…

Несмотря на неопытность, королевская вагина нежно и даже чувственно сжимала едва втиснувшийся член.

Тяжело поверить, что в этой благородной, изысканной девушке есть такой алчный орган, поведение которого навевает мысли об изголодавшейся самке.

— Н-наверное это оттого… что я привыкла к вам, Тору-сама… и когда приняла вас как женщина… т-то так обрадовалась… что не стерпела!..

Когда я услышал, как она оправдывается умирающим голосом, увидел, как дрожат ее неспособные удержаться на тонком туловище груди, я уже никак не мог стерпеть.

— Кх, прости, принцесса, но я все-таки начну!..

— Хья-а-а-а-ан-н-н! Т-так внезапно! Тору-сама, вы меня всю трясете… а-фха-а, хья-ан, у-у-у!

Девственная щель постепенно привыкала к моему каменному стояку.

Сначала медленно, затем смелее… я учил ее непорочную долину греховному удовольствию и упивался властью.

— Мы с тобой вместе отыщем все твои чувствительные точки, принцесса… ну-ка, как насчет этой?!

— А-а-аха-а! Н-не надо меня у самого входа так… х-хватит, я н-не могу сдерживать голос… хья-а-а-а-а-а-а!

— Я так понимаю, «хватит» у тебя означает «еще»? Значит, вот сюда, да?!

Я положил руку на ее живот чуть ниже пупка, а членом начал водить так, чтобы стучать головкой в верхнюю стенку.

Пока я постепенно разрабатывал ее эрогенную зону, глаза мои ублажала колышущаяся грудь, а уши — продолжительные стоны.

— Т-Тору-сама… и-играйте с моей грудью, как раньше… ай-й-йм-м! Д-да, вот так! Я обожаю, когда вы давите на соски-и-и-и!

Я схватился за мягкие холмы и придавил спрятавшиеся соски указательными пальцами.

Все эти движения я подстраивал под ритм члена, добиваясь от принцессы еще более бурных реакций.

— Пусть личико твое и невинно, оказывается, принцесса из тебя очень похотливая, Систина! Вот, как ты разошлась во время первого же секса! Неужели ты так сильно хотела меня?!

— Д, да-а-а! Простите-е-е, простите, что я стала такой же бесстыжей в нашу первую же ночь… умоляю, не разочаровывайтесь во мне-е!..

— Конечно же, я не разлюблю тебя, моя очаровательная принцесса!

— Я так рада… я счастлива! Я чувствую в своих глубинах счастье женщины, любимой дражайшим ей человеко-ом!

Пожалуй, она, королевская особа и принцесса-провидица, никогда еще не чувствовала себя настолько свободной.

Наконец-то она добилась от меня, человека, в которого влюбилась во снах, обращения как с женщиной.

И когда я думаю об этом, чувство власти и любви пробуждаются во мне с новой силой.

— Ты счастлива быть со мной, принцесса?! Ты рада, что я наконец разворотил твою вагину после того, как ты столько мечтала об этом, Систина?!

— Да, да-а-а-а! Я никогда в жизни даже не думала, что буду чувствовать себя такой счастливо-о-ой… хья, хья-у-у-у, в-вы так глубоко-о-о-о!

Я проникал все глубже и дальше, открывая неизведанные участки благородной девственной плоти и ублажая собственное достоинство.

От постоянных движений бедрами украшенные тиарой волосы растрепались, по пышной груди каждый раз пробегали волны, а тело ее взмокло от страсти.