На секунду в трубке повисло молчание.

— Я в больнице, и у меня на плече сорок грёбаных швов из-за грёбаной раны от топора — так достаточно хорошо?

Колт ощутил пустоту в груди и потянулся к лампе, когда начал звонить и его телефон.

Он не обратил на него внимания, включил лампу и посмотрел на Феб. Она всё так же стояла на коленях, но опустила попу на пятки, а её лицо было белым как полотно.

— Говори, — сказал он Рису, не отрывая глаз от Феб.

— Ублюдок сбежал.

— Да твою ж мать! — рявкнул Колт.

— Я в грёбаном Техасе. Засранец выследил меня и вломился в мой номер.

— Ты в порядке?

— Я уже говорил про сорок грёбаных швов?

— В остальном ты в порядке?

— Когда он нанёс удар, я успел откатиться, иначе остался бы без руки, но да, в остальном я в порядке.

Телефон Колта замолчал, но тут же зазвонил снова. Колт посмотрел на Феб, кивнул на свой телефон и протянул руку с раскрытой ладонью, дав понять, чтобы она передала его.

— Полиция с тобой? — спросил он Риса, глядя, как Феб перелезла через него и потянулась за телефоном.

— Да, они тут. Один только что закончил разговаривать по телефону, подозреваю, поэтому-то и звонил твой телефон.

Феб вернулась и вложила телефон ему в руку. Он посмотрел на экран — звонил Салли.

Он перенаправил звонок на голосовую почту и спросил Риса:

— Что произошло?

— Я не слышал, как он вскрыл замок, но на улице стоит фонарь. Когда он открыл дверь, меня разбудил свет, слава Богу. Я вскочил с кровати, а он с размаху нанёс удар и задел меня. У меня получилось несколько раз ударить его, пока я орал, что меня убивают. Этот козёл не боец, без топора он ничто. Я отнял у него топор, и он бросился наутёк. Я побежал за ним, но он чуть не переехал меня своей машиной. Я не додумался захватить ключи, поскольку какой-то придурок напал на меня с топором, и я истекал кровью.

— Ты вызвал копов? — спросил Колт.

— Да, я вызвал копов, — ответил Рис, словно Колт был не в своём уме.

— Копы поехали за ним?

— Приехали на место меньше чем за десять минут. Перекрыли дороги — и ничего. Он испарился.

— Господи Иисусе, — выдавил Колт.

— Федералы хотят взять меня под защиту, пока не поймают его. Мне нужно поговорить с Феб.

Колт посмотрел на Феб и увидел, что она опять глубоко дышит, не моргая глядя на него.

— Дай мне секунду, — сказал Колт Рису.

— Как тебя зовут? — вдруг спросил Рис.

— Колтон, — на автомате ответил Колт.

Голос Риса изменился, превратившись из озлобленного в заботливый.

— Хорошо, Колтон, сообщи ей помягче.

Колт убрал телефон от уха и прикрыл его ладонью.

— Малыш, подойди сюда. — Феб тут же подползла ближе, пока не упёрлась коленями в его бедро. Её глаза по-прежнему не моргали и не отрывались от него. Колт подался к ней и положил ладонь на тыльную сторону её шеи. — Он в порядке, но сегодня ночью Денни добрался до Риса. У Риса несколько швов, но он в порядке. Денни сбежал.

Феб крепко зажмурилась и отвернулась. На секунду она позволила себе такую реакцию, после чего открыла глаза и снова посмотрела на него, подняв руку, чтобы взять телефон.

Колт передал ей телефон, и она поднесла его к уху, опустив глаза на кровать.

— Рис? — Она подождала. — Да. — Снова пауза, пока она слушала. — Ты в порядке? — Она снова закрыла глаза и покачала головой, потом открыла глаза, но так и не подняла их. — Мне так жаль. — Ещё одна пауза, после которой она быстро заговорила. — Я знаю, что не должна... — Её явно перебили, и она подождала, прежде чем ответить. — Хорошо. Да. Ты не сможешь звонить? — Она кивнула, послушала и сказала: — Логично. Ты позвонишь, когда всё закончится? — Она снова послушала, кивая, и прошептала: — Хорошо, милый.

Колту очень не понравилось, что она назвала другого мужчину милым. Она уже делала это прошлой ночью, это не понравилось ему тогда и не понравилось сейчас.

Но с другой стороны, пять минут назад его член был у неё во рту, а палец в ней, и сейчас она стояла на коленях в его кровати, надев его футболку, тогда как Рис находился в Техасе, не имел никаких шансов с Феб, и Колт сомневался, чтобы Феб когда-нибудь дарила Рису что-то похожее на «Landslide». Если бы дарила, ублюдок никогда бы не дал ей уйти, так что Колт решил, что ему не на что жаловаться.

— Береги себя, хорошо? — спросила она, помолчала секунду, и потом посмотрела на Колта, прежде чем снова опустить взгляд на кровать. — Да, я буду в порядке. — Она прикусила губу. — Он полицейский, Рис. Он знает, что делает. — Она помолчала, а потом улыбнулась. — Да, коп. — Она тихонько засмеялась, послушала и потом прошептала: — Он хороший человек, милый, он позаботится обо мне.

Колт надавил пальцами на её шею, и она посмотрела на него.

— Что? — спросила она в телефон, и между её бровями появились ямочки, а лицо стало рассеянным. — Эм... ладно, он здесь. — Она подождала. — Да. Ты тоже. Пока, милый. — Потом она протянула телефон Колту. — Он хочет поговорить с тобой.

Колт взял телефон и ещё раз сжал пальцами её шею, прежде чем убрать руку.

— Да? — сказал он, приложив телефон к уху.

— Излишне говорить, коп или нет, но, если этот ублюдок даже посмотрит в её сторону, ты мне ответишь.

— Я тебя понял, — сказал Колт.

— Хорошо, что мы понимаем друг друга.

— Да.

— Ты знаешь, что тебе досталось? — спросил Рис, и Колт посмотрел на Феб, стоящую на коленях в его кровати, в его футболке.

Да, он знал, что ему досталось.

— Да, — сказал он Рису.

— Береги её, — сказал Рис и отключился.

Колт закрыл телефон и бросил его на тумбочку, а Феб спросила:

— Всё в порядке?

Колт посмотрел на неё:

— Он беспокоится о тебе.

— Ну, сегодня ночью Денни Лоу с топором вломился не в мою спальню.

И слава Богу.

Колт решил, что настало время поговорить кое о чём.

— Мы сегодня не поговорили о программе защиты, малыш.

Она слегка вздрогнула, но потом взяла себя в руки и замерла абсолютно неподвижно.

— Феб?

— Ты хочешь отправиться под защиту? — спросила она.

— Это было бы умно.

Она склонила голову набок, и он увидел по её глазам, что она много думала об этом.

Её голос звучал тихо, когда она спросила:

— Не значит ли это, что он победит, хоть немного, если мы начнём прятаться?

— Мы владеем ситуацией, он окажется в тюрьме, и мы спокойно вернёмся.

Несколько секунд она смотрела в сторону, после чего снова посмотрела на него, а потом подвинулась ближе и положила ладони ему на грудь.

— Хорошо, послушай меня, Алек, ладно? — попросила она, и он кивнул, обнимая её и притягивая к себе. — Я знаю, это покажется безумным, но он уже забрал у меня так много. Если мы уедем, мы будем вместе и будем живы, но мы окажемся в заточении. Жизнь будет продолжаться, но на самом деле мы не будем проживать её.

— Милая...

Она подняла руку и приложила пальцы к его губам, прежде чем прошептать:

— Я хочу смотреть, как ты одеваешься в ванной. В твоей ванной. Я хочу готовить тебе завтрак на кухне. На твоей кухне. Я хочу подавать тебе пиво, когда ты приходишь в бар после работы. Я хочу засыпать в твоей большой кровати, и чтобы мой кот свернувшись лежал у нас в ногах. Я хочу жить той жизнью, которая была нам предназначена. Я хочу, чтобы мы жили так, как должны были жить всё это время. — Она придвинулась ближе, и её голос стал ещё тише. — Детка, я не хочу терять ни минуты этой жизни, и ещё хуже будет знать, что он забрал её у нас. — Она убрала ладонь с его рта и провела вниз по его челюсти до шеи. — Это безумие?

Нет, это было далеко от безумия.

— Это не безумие.

— Это глупо?

Это не было безумием, но было ли это глупым — вопрос открытый.

Но он не стал говорить ей этого, он сказал:

— Со мной ты в безопасности, Феб.

Она кивнула, потом склонила голову и прижалась к его шее.

— Я знаю. Я рассчитываю на это.

Он откинулся назад, пока не прижался спиной к стене, и подтянул её ближе, к себе на колени, и она уютно устроилась, обняв его обеими руками.