— Нет, нет. Не надо. Я ничего не имею против нудистов, только сама не принадлежу к их числу. Поехали выбирать летнюю одежду.

Магазин располагался в центре города, в красивом дореволюционном доме. На первом этаже располагалась "Кафешка" и отдел "Все для принцесс". Второй этаж — нижнее белье и косметика. Третий этаж — женская одежда и обувь.

Когда Ника с Богданом по эскалатору поднялись на третий этаж, к ним подошла очень красивая, ухоженная брюнетка. Как поняла Ника, женщина была владелицей магазина. И тем удивительно было видеть пренебрежительное отношение к ней Богдана. Женщина держала лицо и была сама любезность. Только Ника как-то словила в глазах женщины лютую ненависть. От чего ее окатило холодом.

Какие бы чувства эти двое не питали друг к другу, на качество покупок они не отразились.

Нику завели в просторную комнату, которую здесь называли примерочной. Две продавщицы привезли на стойках платья и сарафаны. Ника стояла как кукла, а ее в две пары рук переодевали.

Хозяйка стояла в стороне и равнодушно наблюдала. Потом провожала к сидящему в развалку Богдану, демонстрировала Нику в новом прикиде. Богдан покачиванием или кивком головы выражал свое мнение. От чего зависело откладывают или убирают туалет.

— Хватит. — Сказала Ника, когда кучка выбранного стала внушительной.

— Вам надо еще подобрать нижнее белье и купальники. — Все так же холодно произнесла брюнетка.

Ника имела всегда только один купальник. Зачем покупать несколько она не понимала. Но перечить не стала — надо, значит надо.

Первый купальник который она примерила был из белого кружева. Совершенно не практичная вещь. На месте груди и паха узор был более плотным. Но не было гарантии, что будучи мокрым он не будет просвечивать.

— Такой купальник мне не подходит.

На миг на лице брюнетки отразилось удивление.

— Может сначало узнаем мнение господина Мерзликина? — Голос хозяйки звучал безэмоционально.

— Нижнее белье и купальники демонстрировать господину Мерзликину я не собираюсь. — Вспылила Ника. — Мы с ним не настолько близки. — Успокаиваясь добавила она.

Как ни странно брюнетка отреагировала теплой улыбкой. Снежная королева вдруг превратилась в крестную мать — фею.

— Возьми купальник, девочка. Он не сшит из кружева, а был сплетен вручную. Смотри нет ни одного шва. Цена его соответственно очень высокая.

— Тем более я не могу его взять. Ведь я трачу не свои деньги.

— Господин Мерзликин может позволить себе такие траты. Если тебе вдруг понадобятся деньги, ты всегда можешь вернуть товар купленный в моем магазине. Конечно при наличии ярлыков.

— Отчим мне дал банковскую карточку. Так, что в деньгах я не нуждаюсь.

— Значит отчим. — Ее лицо заледенело. — Бывают такие моменты, когда позарез нужна наличка. Не спорь, я знаю, о чем говорю. Я сама выберу тебе купальники и белье. Отберу самое дорогое, какое у меня есть в наличии. И пусть наш разговор останется между нами — девочками. Повторюсь, Мерзликина покупки по карману не ударят, а тебя в трудное время смогут спасти.

— Не понимаю вас. — Ника ощутила подсознательный страх. — Вы пугаете меня.

— Прости, девочка. Меньше всего мне хотелось тебя испугать. Поэтому доверься мне и улыбайся. Мы же не хотим дать господину Мерзликину повод заподозрить нас в маленьком девичьем заговоре. Правда?

В ее прежде холодных глазах было что-то такое, что Ника поверила ей. Видимо в прошлом у брюнетки были неприятности с ее новой семьей. И она верит, что такие же неприятности могут быть и у Ники.

— Поступайте как считаете нужным. — Ответила она.

Богдан сразу заметил бледность девушки.

— Ника, ты почему бледная? Что произошло? — Последний вопрос был адресован брюнетки. Та стояла с замершим лицом позади Ники.

— Ты спрашиваешь, что случилось? — Воскликнула Ника, принимая удар на себя. — Да лучше бы я кросс в пятьсот метров пробежала чем перемеряла все это барахло. — После вспышки негодования, уставшим голосом добавила. — Богдан, я подобрала себе несколько купальников и кое что из нижнего белья. Если ты считаешь, что цена запредельная можешь не покупать. Только учти купленные мамой купальники и белье пропали вместе с моим чемоданом. А то, что лежит в комоде моего гардероба, не совсем моего размера. — Размер был ее. Только она надеялась, что он не может быть уверен в этом.

— Не бери в голову, Ника. Отцу будет приятно сделать тебе подарок. Тем более, что дефилировать в купальниках ты будешь перед нами. А значит мы также получим удовольствие. — Его слова звучали двусмысленно.

Ника привыкшая к его скабрезным шуткам не обратила бы на его слова внимание, если бы не реакция брюнетки. Она вздрогнула и ее рука подававшая в это время счет подрагивала.

Надо отдать должное Богдану. Его лицо никак не изменилось когда он увидел сумму. С небрежностью отдал золотую карточку.

— Отдашь в кафе. — Сказал, как отрезал. Тут же взял Нику за руку и повел к эскалатору. — Малыш, у тебя давление скорей всего упало. Надо выпить кофеек с коньячком.

— Дан, не имею ничего против кофе. Только вместо коньяка буду молоко. А еще хочу мороженное с шоколадом, орехами и сливками.

— Все, что пожелает моя дорогая девочка.

— Дорогая потому, что тебе пришлось на меня потратиться?

— У тебя нет причин обвинять меня в скупости. Раз ты отрицательно реагируешь на "дорогая", буду называть милой, сладкой…

— Хватит. Оставь эти эпитеты для своей девушки.

— Что мешает нам в будущем стать парой? Ты хорошенькая, я чертовски привлекателен.

— Мы брат и сестра.

— Даже если мы окажемся единокровными братом и сестрой, нам ничто не мешает стать любовниками. Вспомни исторические примеры, фараоны Египта брали в жены сестер.

— Ты шутишь? — Заглядывая ему в глаза спросила Ника.

— Жизнь непредсказуема. Никто не знает, что ждет нас в будущем. — Философски изрек он.

*****

По возвращению из города, Ника ушла в свою комнату переодеться. Через пол часа будет ужин. На котором собирается вся семья. Она с удовольствием пропустила бы его. Так, как ее весь день мутит. Только говорить кому бы то ни было об этом у нее не было ни какого желание. А то вдруг ее мама из пассивной превратится в активную докторшу.

За столом Ника больше ковыряла в тарелке вилкой, чем ела. И вместо сока пила воду.

— Ника, тебе ужин не по вкусу? — Как всегда Игорь был внимательней всех.

— Ужин как всегда на высоте. Игорь у вас отличный повар. Просто я недавно съела мороженное. Теперь совсем не хочется есть.

— Бог, мотай на ус: перед едой нашу девочку сладостями не корми. А ты, Ника, перестань мучить котлету. Иди в свою комнату. Дождись молока и ложись спать пораньше. А то вид у тебя усталый.

Ника была полностью согласна с Игорем. Когда она вышла из ванной на тумбочке стоял стакан. Значит заходил отчим. Он каждый вечер заходит пожелать ей спокойной ночи и приносит теплое молоко с медом.

Ника терпеть не могла ни теплое молоко, ни мед. Но пила перед сном с тех пор как поселилась в этом доме. Богдан говорил, что это волшебный эликсир для спокойного сна и улучшения иммунитета. Заменяет все те уколы, что колола мама. Что ж хотела травушки муравушки, получите и распишитесь.

Сон стал и вправду убийственный. Засыпает Ника быстро и спит как убитая до самого утра. Просыпается свежей, выспавшейся. Поэтому и терпит теплое молоко со сладко-горьковатым привкусом меда.

После выпитого эликсира тошнота стала сильней. Неизвестно сколько времени девушка лежа на спине и стараясь дышать ртом, боролась с позывами рвоты. Веки отяжелели движения стали вялыми, а тошнота становилась сильней. И вот Ника зажимая рот ладонью спотыкаясь поплелась в ванную комнату.

По мнению Ники она освободила организм не только от молока, но и от желудка с кишечником. До такой степени ее выворачивало.

С трудом доковыляв до кровати, девушка упала на постель поверх одеяла, не имея возможности пошевелиться. Ее веки сомкнулись. Но слух и сознание продолжало работать.

Она слышала как в спальню вошел Игорь. Ее не удивил его приход. Ведь сегодня он так и не пожелал ей спокойной ночи. Сейчас увидит, что она спит и уйдет.

Только он не спешил уходить. Кровать прогнулась под его тяжестью. По телу Ники через сорочку заскользили его крепкие руки. Ника пыталась крикнуть, отпихнуть. Только ничего у нее не получалось. Тело одеревенело и лежало неподвижно. Она не в силах была выдавить из себя ни звука. Даже слух стал подводить ее. Бормотание отчима слышались как сквозь вату.

Отчим гладил ее тело сначало сквозь сорочку. Потом задрал ее до горла. Его руки по хозяйски мяли, оглаживали, сжимали.

Ники было стыдно. Как будто это она делает, что-то непристойное.

— Маленькая моя, ты будешь алмазом в моей коллекции. — Нашептывал он обследуя ее тело. — Слой за слоем я буду снимать с тебя все лишнее. Оттачивать грань за гранью. Когда я закончу, ты засверкаеш бриллиантом. Моим бриллиантом. Ты моя. Со дня рождения принадлежала мне.

Отчим раздвинул ноги девушки и зарылся лицом между ними. Он облизывал, обсасывал, проникал в нее языком.

Тело Ники все так же лежало безучасно. А душа горела в адском пламени. Как же она его ненавидит за то, что он надругался над ее телом и убивает душу. Из под сомкнутых век стекла слеза. Это был единственный протест ее обездвиженного поруганного тела.

Сознание покинуло девушку.

Утром Ника проснулась как всегда выспавшейся, вот только тошнота все равно мучает. А еще чешутся руки. Ника почесала. Зуд усилился. Она задрала рукав и увидела мелкие красные прищики, усеявшие кожу рук до локтя.

— Мама!!! — Завопила она во все горло. Вылетела с постели и как была в батистовой сорочке помчалась к матери. — Мама!!! Мама!!!

До спальни мамы она добежать не успела. Дверь спальни открылась и из нее выскочил взволнованный Игорь. Схватил девушку на руки и крепко прижал к своему телу.