Служанка вышла. Богдан тоже не задержался. Ника слышала как он открывал соседние комнаты и осматривал их. Гад, ее ищет.

Вот влипла. С одной стороны Ника почетная гостья, почти член семьи. Раз ее мама невеста хозяина. С другой стороны не хочет она близко находиться и с хозяином, и с его сыночком, и тем более с их гостями. Такие же уроды. Ведь не зря говорится: "Скажи кто твой друг и я скажу кто ты". Да и под кроватью проводить каникулы не хочется. Блин приехали на море позагорать.

Благодаря открытой двери Ника услышала голоса перца и сыночка. О чем они говорят было не слышно. Наверное младший жаловался, что не нашел ее. Вдруг раздался громкий голос перца.

— Николетта, я прошу прощение. Признаю был не прав. Ты сейчас очень нужна своей маме. — Ника встрепенулась. — Гости собрались на наше бракосочетание. Твоя мама нервничает. Хочет видеть тебя. Выходи. Не расстраивай маму в знаменательный для нее день.

Ника вылезла бы. Она понимала, что ведет себя глупо. Но подставить еще одну служанку Ника не могла. Девушка не выдала ее и может пострадать.

— Что ж, маленькая Николетта, сиди где сидишь. Пойду поставлю подпись в документе. Жаль твою маму, она одна среди чужих людей. Дочь могла бы поддержать ее.

Постоял и пошел к лестнице. Присутствие Богдана она не улавливала. Скорей всего он ушел, когда папенька речь толкал.

Ника заплакала, закрывая ладошкой рот.

Мама самая родная, самая любимая — прости. Если не вылезу ты не пострадаешь, а если вылезу пострадает хороший человек. У меня нет выхода. С другой стороны кто тебя заставляет выходить замуж за засранца?

Ника продолжала лежать пока не зашла служанка. Девушка нагнулась, приложила палец к губам и поманила за собой. Ника выбралась и пошла за девушкой. Остановились у ничем не отличимой от других двери.

За ней оказалась техническая комната. Тележки для развоза пищи. шкафы с бельем, полотенцами, инвентарь для уборки, моющие средства, и две двери, а также в стене мини лифт. Ника заглянула за одну дверь. Там оказался унитаз, биде и умывальник. За другой была узкая лестница. Ника посмотрела на служанку. Та указала подбородком на лифт. Ника засомневалась. А не проще спуститься по лестнице?

Наверное не проще. Девушка стояла изображая безучастную, ничего не видящую и не слышащую статую. Ника вздохнула. Все правильно. Кому хочется спрятаться? Залезла в лифт. Девушка не двигалась. Что еще? И почему она молчит? И почему Ника должна молчать?

Ника сидела собранная в кучку в лифте и смотрела на служанку. Та пальцем указала на что-то невидимое сбоку от лифта. Ника высунулась и увидела кнопки. Все правильно. Она должна сама себя отправить вниз. Тогда служанка как бы не причем.

Ника нажала на кнопку с цифрой -1. Лифт плавно пополз вниз. Девушка проехала мимо такой же комнаты, мимо кухни и оказалась в…, кажется в прачечной. Выбралась и стала искать выход. Выход нашелся, только выходить не хотелось. Территорию Ника не знала. На кого снаружи нарвется тоже не известно. Осмотрелась, прошлась. Заглянула в каждый уголок, в каждый шкафчик.

Вот, блин и спрятаться негде. Все как на ладоне. Ника все же решила выйти. Вышла и нарвалась… На Богдана.

*****

— А вот и пропажа. Давно сидишь здесь?

Прощупывает гад.

— Давно. Так давно, что надоело.

— Тебе известно по какому поводу съехались гости?

Точно прощупывает.

— Мне плевать зачем мухи слетаются на гавно.

Богдан какое-то время смотрел на девушку молча.

— Мне непонятно твое поведение. Тебя кто-то обидел?

Ника растерялась. Грубить красивому и вроде как вежливому парню было как-то неприятно и глупо.

— Меня с утра все раздражает. Во первых разбудили. В мои законные каникулы я хочу прежде всего выспаться.

Богдан рассмеялся. По доброму, как любой другой человек смеется над хорошей шуткой.

— Я запомню и других предупрежу — будить Николетту чревато. Пошли к морю прогуляемся. — Не дожидаясь ответа развернулся и пошел.

Почему бы и нет? Все же лучше чем одной кукситься. Ника пошла рядом с молодым человеком. Со стороны они странно смотрелись. Угловатая пацанка в кроссах, джинсах и футболке. И красивый, в дорогом костюме парень.

— Может ты пойдешь переоденешься? — Спросила девушка.

— А что с моей одеждой ни так? — Он придирчиво себя осмотрел.

— Она слишком вычурна, дорогая. Вряд ли в ней удобно гулять.

— Одежда потому и стоит дорого, что в ней чувствуешь себя удобно в любой ситуации. Расскажи какие еще есть причины тебе раздражаться?

— Мне не нравиться когда меня называют "леди".

— Как к тебя должны обращаться слуги?

— По имени?

— Исключено. Еще варианты есть?

— Барышня? — Наугад брякнула девушка.

— Приемлемо. Какие еще пожелания?

— Я терпеть не могу все оттенки розового.

— Прости. Ни мой отец, ни я не знали об этом. Когда придем с прогулки выберешь себе любую другую комнату. Служанка уберет все розовое с твоего гардероба. Ты перечислила все раздражающие тебя факторы?

— Нет, не все. — Больше из упрямства возразила она. — Со мной горничные не разговаривают.

— Николетта, служанкам запрещено разговаривать. Им не за разговоры платят. Каждая девушка работающая прислугой в доме при найме на работу подписала контракт. Нарушение каких либо правил карается денежным штрафом. Служанка обязана ответить на вопрос. И только. Захочешь поговорить, я в твоем распоряжении. Даже могу предложить жилетку, только при условии не сморкаться в нее. Какие претензии следующие в твоем списке?

— Наверное все.

— Неверю. Вспоминай. — Богдана широко улыбался, получая по-видимому удовольствие от их разговора.

— Я не хочу носить платья.

— А придется. Ребенок — сорванец смотрится наверное мило. Девушка — пацанка выглядит вульгарно. Пора становиться взрослой.

Слова Богдана звучали убедительно. И в общем дело не в платьях.

— Меня взбесило, когда служанка сказала, что я обязана одеть наряд принесенный ею. "Хозяин приказал" — перекривила она горничную. — А сама смотрела на меня как на грязь под ногтями.

— Отец наказал служанку, посмевшую спровоцировать тебя на конфликт.

— Как он ее наказал?

— Материально. Как же еще? Не думала же ты, что ее привяжут к позорному столбу и выпорют?

Ника покраснела. Она как раз о чем-то таком думала. Парень остановился всматриваясь в девушку. От чего щеки заалели сильней.

— У тебя нездоровое воображение. Мне даже страшно представить какие мысли тебе могут прийти еще в голову. Давай договоримся, со всеми сомнениями или фантазиями приходи ко мне или отцу. Не выпячивай губу. Отец классный мужик и отличный специалист. Он сразу просчитал от чего ты взбеленилась. Служанка не должна была открывать поганый рот. Ведь стол, диван, шкаф молчат. Как они служат нам для комфорта, так и прислуга. Почему я в своем доме должен терпеть дискомфорт, да еще за это платить? Ты не думала о том, что служанка могла позавидовать тебе. Мелкая малолетка живет в хоромах, палец о палец не бьет, а ей приходится прислуживать.

— Ее никто не заставлял идти в прислуги. И если говорить о тунеядцах, то это точно не про меня. Мой труд заключается в учебе. И я с гордостью могу сказать — я отличница. Каждая отличная оценка мною заработана. Еще я занимаюсь танцами. Это не пойти в клуб подергаться, а труд до седьмого пота. — Разошлась Ника в справедливом гневе.

— Не кипятись. Мне можешь об этом не говорить. С меня отец семь шкур снимал, если я в чем-то не соответствовал. Только не подумай, он не бил меня. Он применял свои психологические методы воспитания. Не раз мне хотелось быть выпоротым, скажем отцом работягой. На сколько все было бы просто.

— А я тоже хотела для мамы другую профессию. Мне всегда казалось, она на мне отрабатывает методики лечения. Например, если заболевал кто нибудь из моих подруг, их мамы поили теплым чаем с лимоном. А мне делали уколы. Представляешь? У тебя обычный насморк, нет чтоб травки попить, а тебе укол — на получи для здоровья. Признаюсь тебе, я боюсь болеть.

— Николетта, ты выиграла. Твоя детская психика пострадала от профессии родителя больше чем моя. Мне вот только интересно, какие препараты мать тебе колола при насморке?

— Витамины и укрепляющие иммунитет.

— Я все это получал без уколов.

— Богдан, ты чем занимаешся? Я имею в виду…

— Я учусь на пятом курсе медика. И да, я пошел по проторенной дорожке. Отец долго и тяжело работал. Это сейчас он знаменит и имеет некоторые материальные блага. Начинал же как многие с нуля. Ни связей, ни протекций. Всего добился сам. Меня тоже заставляет пахать как вола. Как сыну он конечно мне помогает. Но его помощь распространяется на быт. Мне не надо подрабатывать санитаром для прокорма себя любимого. И я благодарен ему за это. И еще отец обеспечивает меня практикой. Я уже знаю и умею больше, чем мои сокурсники.

— Знаешь, Богдан, можешь звать меня Никой. Но учти звать тебя Богом не буду.

Богдан снова по-доброму рассмеялся.

— Ты плохо знаешь меня и моего отца. Поэтому не увидела в словах отца шутку. Когда я был маленьким отец как-то отреагировал на мою шалость восклицанием: "Бог мой!" После этого я всем представлялся — "папин Бог". Я вырос и больше себя Богом не зову, а отец продолжает в шутку. Для него мое детское прозвище как ностальгия по мне маленькому. Разве можно за это его судить? Можешь звать меня Дан. Так зовут меня друзья.

— Дан, знаешь, у меня тоже есть детское прозвище.

— Давай угадаю — принцесса.

— Не угадал.

— Цветочек.

— Снова мимо. Последняя попытка.

Ника веселилась. Она забыла свои, как она поняла, надуманные обиды. Богдан оказался милым, понимающим молодым человеком. Да и отец его не монстр. То, что он богат не порок. Человек способный пробиться в жизни с помощью ума и труда вызывает уважение.

Мама увидела в нем ум, волю и еще много хорошего потому, что она умная. А себя Ника считает глупой и эгоистичной. Причина прозаична, она тупо ревнует. Ведь раньше мама принадлежала только Нике, а сейчас придется делить ее с Игорем Олеговичем.