Не будет больше Ника называть мужа мамы перцем. И постарается относиться к нему лучше. Что не говори, они теперь семья.

— Так, представим ты моя дочь. Мелкая, тощая, верещащая.

— Я не верещала. Я была спокойным ребенком.

— В остальном я значит не ошибся? Дальше… Знаешь, Ника, твоим воображением я не обладаю. Не могу представить тебя младенцем. Тебе придется снабдить меня своими детскими фотками. Я в свою очередь покажу свои. Годиться?

— Наверное.

— Замечательно. — Сказал не замечая ее неуверенности. — А у тебя есть где ты голенькая?

— Какая?! — Воскликнула Ника. Потом поняла он дразнит ее и решила подыграть. — А у тебя?

— О, мои родители были помешаны на мне. Поэтому чтобы одежда не отвлекала на себя внимание, меня фоткали только голеньким.

— И до какого возраста?

— Ника, зачем менять хорошие традиции? Я тебя снабжу пачкой своими изображениями в стиле Ню до сегодняшнего дня. Я не буду возражать если ты возьмешь на память один или десять снимков.

— О нет я такого напряжение на свою психику не переживу.

— Ты боишься увидеть меня в кошмарах? — Изобразил обиду.

— Нет, я имела в виду, что ты и одетый красив как Бог. — Непроизвольно вырвалось у девушки.

— Почему как? Я и есть Бог. — Ника приняла его слова за шутку.

— Ты не дослушал. В общем мне еще рано смотреть на обнаженных мужчин.

— Не думал, что ты ханжа. С этим надо, что-то делать. Возьму на вооружение. Тем не менее ты не будешь утверждать, что и мне рано? Поэтому я жду альбом с твоими снимками в стиле Ню. Мы могли бы даже меняться. Скажем ты на горшке в обмен на меня с горшком на голове. Идет?

Ника засмеялась представляя как они меняются детскими фотками.

— Дан, мы слишком далеко зашли. Пошли обратно. — Отсмеявшись прервала неловкую тему. — У тебя одна попытка угадать мое детское прозвище.

— Мне не надо гадать. Твоя мама и сейчас зовет тебя Орленком. И я знаю почему, твоя ведь фамилия Орлова.

— Не из-за фамилии. Хотя она тоже сыграла роль. У моего отца был позывной — Орел. "Орел вызывает Беркута", " Сокол ответьте Орлу". А у Орла жена может быть только Орлица. Птенец — Орленок.

— Твой отец разбился в авиакатастрофе?

— Да разбился. Только не в самолете. Насмешка судьбы. — Горькая кривая ухмылка. — Летать на сверхзвуковых самолетах и погибнуть в автокатастрофе.

Шли некоторое время молча. Ника думала о несправедливости судьбы. Богдан понимал, девочка снова переживает потерю.

— Я хочу кушать. — Прервала гнетущее молчание Ника. — Только к гостям выходить не хочу.

— Не проблема. Мы можем поесть в моей комнате. Или в твоей. Я к розовому не питаю неприязни.

— А на нейтральной территории слабо поужинать?

— Ты же не хочешь столкнуться с кем нибудь из гостей? Сейчас в доме личные покои единственное место где никто не побеспокоит.

— Дан, может тебе надо с гостями пообщаться?

— Я любитель интимных общений. Толпа меня раздражает.

Богдан провел Нику в дом не столкнувшись с гостями. Вот, что значит знать дом как свои пять пальцев. В своей комнате он поднял трубку старинного телефона, крутанул одну цифру.

— Ужин на две персоны в мою комнату. — Деловито проговорил он.

Сейчас Дан выглядел не приятным, беззаботным парнем, а хозяином жизни. Нике сразу стало неуютно. Да и широкая кровать смущала. Но она постаралась не показать своего состояния Богдану.

Нервозность дня и последующий хороший ужин разморили Нику. Богдан провел ее к розовой комнате. Ника перебраться в другую отказалась. Слишком хотелось спать, да и белого в комнате было все же больше.

*****

Богдан сидел в кресле с бокалом бренди. На нем был банный халат. В дверь не стучась вошел отец.

— Как девочка? — С порога спросил он.

— Сейчас нормально. Если еще не любит нас, то уже близка к этому. Ты, как всегда оказался прав. Низшая спровоцировала ее.

— Я хотел отрезать ей язык.

— Надеюсь не отрезал? Она мастерски им владеет.

— Не отрезал. Я вырвал ей передние зубы и продал ее Гоше.

— Жестоко. У Гоши долго не живут.

— Прежде чем открывать свой трахнутый рот, ей надо было подумать о последствиях.

Богдан рассмеялся.

— Пап, ты понял, что сказал? Низшая и думать — понятие не совместимы. Скажи лучше — ей отказало чувство самосохранения. Ладно растерли и забыли. Как там моя новая мамочка?

— Отлично. Дадим ей время принять ванну. Прежде чем зайти к тебе, я дал ей выпить наше фирменное вино.

— Ничто не укрепляет семейные узы так, как совместно испытанная страсть. — Философски изрек Богдан. — У мамочки красивая попка.

— Не просто красивая. Еще и девственная.

— О, да мне сегодня повезет! — Довольно осклабился.

— Бог, как Николетта?

— Не беспокойся. Проспит до обеда. Какие у тебя на нее планы? Я правильно понял, затея с женитьбой была предлогом заполучить девчонку?

— Правильно. Ее мать хороша, но не достаточно. Если бы не Ника, уже через месяц забыл бы о ее существовании. На девочку у меня большие планы. Только действовать надо тонко. Ее нельзя испугать. Бог, тут я на тебя расчитываю.

— Пап, я все понимаю. Помогу, не вопрос. — Встал, пошел к выходу. — Хватит разговоры разговаривать. Пошли нас ждет горячая новобрачная ночь.

Очередная мамочка лежала поверх одеяла обнаженная, разгоряченная. Действие возбуждающего было в действии. Хотя рассудок еще не совсем поплыл. При виде входящего Богдана попыталась прикрыться.

— Не прикрывай свои прелести от нашего сына. — Произнес профессиональным тембром Игорь. Вика расслабилась. — Хорошая мамочка, хочет покормить мальчика?

Игорь допускал сына к своим секс рабыням или женам с раннего детства. Сначала мальчик только мял и сосал груди. Потом под руководством отца научился пользоваться секс игрушками. Сейчас он предпочитал анальный секс. И все же любовь к женской груди осталась незыблемой.

— Да. — Еле слышно проговорила Вика.

Богдан скинул халат, лег возле женщины пребывающей под гипнозом и действием мощного афродизиака разбавленного в вине. Убойный коктейль. Сейчас с ней можно делать все.

Завтра она проснется утомленной и счастливой. Помнить ничего не будет, но остануться ощущение сексуальной сытости. Будут болеть мышцы тела. Будет больно сидеть и придется несколько дней обходиться жидкой диетой. Богдан не привык сдерживать натиск.

После первого раза ее неделю нельзя будет трогать. Зато потом ее тело приспособиться и она даже начнет получать удовольствие. Позже она научиться без гипноза отдавать себя любому по желанию мужа. Если не по-собственному желанию, то ради защиты дочери. О том, что ее дочь не минует чаша порока, ей знать не обязательно.

— Бог, займись мамочкой, а я проведаю доченьку.

Игорь смотрел на спящую девушку. На ней была футболка и трикотажные шортики. Предложенную ей ночную сорочку в викторианском стиле она проигнорировала. Надо будет по дороге домой потерять ее багаж.

Игорь провел пальцем по губкам девушки. Задрал футболку, потеребил соски. Просунул руку в шортики. Пальцы касающиеся нежных лепестков дрожали от перевозбуждения.

Не время. Надо терпеть. Когда наступят летнии каникулы он отвезет ее на остров. И тогда… Тогда будет все. А сейчас терпеть и влюблять в себя. Она должна научиться доверять ему. У него все получиться. Бог поможет. Девочка станет его лебединой песней.

Только он и Бог будут обладать ею. Никогда она не познает других мужчин. Только перед ним и Богом она будет стоять на коленях и истекать соками.

Жаль, не с рождения она оказалась в его власти. Начни он ее воспитывать с пеленок, сколько проблем можно было избежать. Когда-то он хотел получить маленькую девочку от Лизи. Не сраслось. Ничего, сейчас он приложит силы для ее правильного восприятия действительности.

Поправив одежду на девочке и заботливо укрыв одеялом, Игорь пошел к ее матери. Ему сегодня предстоит новобрачная ночь.

Спальня встретила истошными хрипами и стонами. Жена пребывала в состоянии вседозволенности. Бог вбивался в ее попку.

Игорь встал у головы и насадил ее рот на своего молодца. Новобрачная ночь только началась и она будет долгой.

*****

Наконец-то Ника выспалась. Так хорошо она себя давно не чувствовала. Еще бы поесть чего нибудь и можно считать — жизнь удалась.

Перевела взгляд на часы. 13.45. Вот так поспала. Не удивительно, что живот к позвоночнику прилип. Теперь проблема: как получить обед? Спуститься на кухню и попросить покормить себя любимую? Или пойти в столовую? Ника представила себя сидящей за пустым длинным столом, ожидающей авось ее заметят и додумаются накормить? Не вариант. Тогда может заказать обед в спальню?

Ника посмотрела на телефон. А какую цифру набирать? Девушка подползла по широкой кровати к прикроватной тумбочке, на которой стоял телефон. Сняла трубку. Обычный гудок. Набрала единицу. В трубке раздался приятный женский голос.

— Доброго дня, барышня. Какие будут пожелания?

Ника сначала оторопела. Потом нерешительно проговорила.

— Я хочу узнать когда и где будет обед?

— Сегодня каждый член семьи обедает в своей комнате. Вы желаете, чтобы вам доставили обед?

— Да, пожалуйста.

— Будут какие нибудь особые пожелания в выборе блюд?

— Нет. Все на ваше усмотрения.

— Через какое время вы желаете получить обед?

Ника посмотрела на часы. 14.00. В уме перечислила: туалет, душ, причесаться, одеться.

— Через двадцать минут, пожалуйста.

— Будет исполнено, барышня.

Трубку на том конце не положили и Ника догадалась, она должна первой отключиться. Идя в ванную комнату девушка думала, что слово "барышня" ее кажется тоже раздражает.

Ника заканчивала обед когда в дверь постучались.

— Входите.

Дверь открылась, впуская благоухающего, счастливого жизнью Богдана.

— Ну ты и спать горазд. — Уверенно шел к Нике. — Привет, малышка. — Поцеловал в щечку и как ни в чем не бывало пошел к гардеробу. Открыл его. — Давай выберем тебе, что нибудь с ног сшибательное.

— Зачем? — Ника растерялась от его напора.