— Воу, воспитателя? — тут же оживилась Сара и сделала загадочное лицо.

— Заткнись! — возмутилась Шаня.

— Как вы можете быть такими спокойными? — отчаянно спросила Катя.

— А смысл нам нервничать? — пожала плечами Сара. — Ничего уже не изменишь.

— Это, Мандрагора, некоторым образом, Вельзевуловна! — начал пищать Гасан Георгиевич.

— Что?! — прорычала она, резко оборачиваясь.

— Вопиющее нарушение дисциплины! Terrible! Четыре дэвушки совсем распоясались, некоторым образом!

— Так разберитесь с ними, что вам от меня надо?! — рявкнула Мандрагора Вельзевуловна.

— Ухихихи! Кричали в коридоре! Бегали на уроке! — неизвестно откуда выскочила Марихуана Гашишевна и начала скакать вокруг Мандрагоры Вельзевуловны.

— Отвяжись уже! Вот, Гасан Георгиевич, она тут завуч, пусть она и разбирается, меня уже тошнит от этого всего! — заявила директор школы и удалилась, сверкнув глазами на прощание.

— Иииии… — пропищал Грушко. Марихуана Гашишевна, обрадовавшись, начала скакать вокруг него.

— Видишь? Нам всё сошло с рук! — не без гордости сказала Шаня, глядя на Катю.

— Ты так говоришь, как будто сама всё это устроила, — сердито сказала Шмелефанова.

— Просто сегодня четверг, а по четвергам нам везёт, — объяснила Сара.

— Да ну вас! Правильно говорят, вы чокнутые! — заявила Катя.

— Ты не лучше, — радостно заверила её Шаня. Шмелефанова не нашла, что ответить, и обиженно засопела.

— Поздравляю, ты копалась чуть меньше, чем обычно, — саркастически произнес Иван, когда Шаня вышла из школы.

— Отстань, — отмахнулась Шмеленкова.

Некоторое время они шли молча.

— Что сказала Мандрагора Вельзевуловна? — спросил наконец Травкин.

— Сказала, что сварит из нас суп Шопена в следующее полнолуние, — с каменным лицом ответила Шмеленкова.

— Чего?! — вытаращил глаза Ваня.

— Ты не лучше Кати, — фыркнула Шаня. — Ты думаешь, мы пошли бы к ней?

Травкин молча покрутил пальцем у виска.

— А как английский прошел? — поинтересовалась Шаня.

— Да никак, — ответил Ваня. — Почти весь урок Грушко выяснял отношения с Даной.

— Оу… — Шаня понимающе покачала головой.

Ваня хотел что-то сказать, но промолчал.

— Ты что, даже занудствовать не будешь? — спросила Шаня. — Я думала, ты сейчас лекцию мне читать начнешь.

— Это бесполезно, — махнул рукой Ваня. — Ты только еще больше меня возненавидишь. А если тебе хочется лекций, обращайся к моему отцу.

Шаня хихикнула. На это Николай Травкин был действительно мастер.

— Что-то я не вижу маму, — пробормотал Ваня, оглядываясь по сторонам.

— Вот же она! — воскликнула Шаня, заметив черную “хонду”.

— Надо же, — удивился Травкин. — Ты знаешь, куда идти, лучше меня.

— Ну я же Шаня! — сказала Шмеленкова первое, что пришло в голову.

— Отличная фраза, она универсальна, — заметил Травкин. — В любой ситуации можно так сказать.

— Ты что, реально со мной разговариваешь? — выпалила вдруг Шмеленкова, не сразу сообразив, что начала думать вслух.

Ваня странно покосился на неё.

— Нет, знаешь ли, понарошку, — ответил он.

— Где-то я сегодня это слышала, — пробурчала Шаня, понимая, что несет полнейший бред.

Ваня открыл дверь и пропустил её вперед. Косо посмотрев на него, Шаня пролезла внутрь. Он ещё и джентльменом побыть решил. Что творится в это мире?!

— Ну что, лошки, как день прошёл? — радостно спросила Роза, которая уже сидела в машине.

— Дома расскажу, — отмахнулась Шаня.

— Ооо, — значительно протянула Травкина. — Что-то крутое было?

— Если после твоих рассказов она сделает нечто подобное, я утоплю тебя в нашем пруду, — пообещал Ваня.

— Догони сначала, — фыркнула Шаня.

— Вы знаете, что это значит? — удивленно спросила Ольга, протягивая ребятам телефон. — Это мне Илья написал.

— Фцшн аппп ррр мо гргррр щррщщр пщпщпщщ? — попробовала прочитать Шаня.

— Дай сюда! — отобрал у неё телефон Ваня. — Эм… Там написано именно это!

— Пузатый еще и писать не умеет! — присвистнула Роза.

— А вдруг ему помощь нужна?! — испугалась Ольга. — Скорее за ним!!!

Но помощь Илье не требовалась. Как выяснилось, он просто сел на телефон. Роза чуть не вывалилась из машины от смеха.

— Лошина — это диагноз! — заявила она.

— Бесстыжая! — надулся Илья.

— Хрхрхрхррр пщщпщпщ, — захрипела и зашипела вдруг Роза.

— Ты чего? — хором спросили Ваня и Ольга.

— Я пытаюсь разговаривать на лошинном языке! — пояснила Травкина — младшая.

— Роз, ну хватит! — попросила Ольга.

Илья насупился и начал грызть подлокотник.

— Илюша, грызи лучше очки, — нежно посоветовала Ольга. Илья тут же последовал этому совету, чем вызвал очередной приступ хохота у Розы.

Шане тоже было весело наблюдать за всем этим. Но у нее вдруг резко заболела голова. С ней такое иногда случалось. Да и удар мячом явно не прошел бесследно. Тихо зашипев, она начала массировать виски.

— Что с тобой? — тут же заметил это Ваня.

— Слишком много думаю, вот и больно, — негромко отозвалась Шаня. В глазах начало темнеть.

Ваня снова ощутил сильный укол совести. Он подумал, что все-таки что-то повредил Шане. Может быть, у нее и правда сотрясение. Надо было отправить её к врачу, к нормальному врачу, а не к идиотке-медсестре.

С тихим стоном Шаня облокотилась на Ваню, положила голову ему на плечо и отключилась.

— Кажется, нам надо ехать быстрее, да? — нервно улыбаясь, спросила Ольга.

— Да, — коротко ответил Ваня, с ужасом прижимая Шаню к себе. Одни проблемы от неё… Только бы с ней всё было в порядке!