— Зелёные глаза — счастливые глаза. У меня вот такие же, поэтому…

— Поэтому ты идиот? — поинтересовалась Сара.

— А что, счастливые люди называются идиотами? Значит, я идиот! — широко улыбаясь, заявил Миша. — А ты вроде не похожа на зануду. Ты ведь сейчас только пытаешься казаться такой.

— Да ничего я не пытаюсь! Ты вообще о чём? — воскликнула Шмульдина, думая, что своими рассуждениями он ставит её в тупик.

— Скажи, как часто вас с Шаней называют больными, двинутыми, чокнутыми, идиотками?

— Да постоянно, — отозвалась Сара, вспоминая школу.

— Вот видишь! Серой массе нас не понять. Поэтому расценивай слово “идиот” как комплимент.

— Да уж, хороший комплимент, — сказала Сара, чтобы что-нибудь сказать.

— А почему вас так называют, ты знаешь?

— Ээ… Ну, мы себя так ведём. Смеёмся, людей пугаем, танцуем в столовой, — начала перечислять Сара и тут же подумала, что слишком уж откровенничает с этим странным человеком.

— То есть, вы ведёте себя так, как вам хочется? Разве это не здорово — быть вот таким неадекватным? — спросил Раздолбаев. — По-моему, куда лучше, чем утверждать, что жизнь бессмысленна и скучна.

— А может быть, его и не нужно искать, этот смысл? — вдруг, подумав немного, предположила Сара. — Если тебе интересно жить, то и нечего всё усложнять?

— Если жить интересно — то ты счастливый человек, — отозвался Миша. — А понятие о счастье тоже у каждого разное.

— Можно прямо сейчас открывать клуб юных философов, — пробормотала Сара.

Раздолбаев фыркнул от смеха.

— Смотри, какая прелесть! — вдруг показал он куда-то пальцем.

— Что там? — спросила Сара, присмотрелась и увидела громадного рыжего кота, который неизвестно каким чудом удерживался на заборе.

— Это же Гарфилд! — воскликнула она.

Как будто соглашаясь, кот ответил громким протяжным мяуканьем.

— Вот у него смысл жизни и счастье в том, чтобы пожрать, — сказал Миша.

— Он же кот, — пожала плечами Сара.

— Мы почти пришли, — заметил Раздолбаев, показывая на широкое поле, начинающееся прямо за посёлком. — Где-то там сейчас прогуливается семейство Травкиных.

— Как там они? — вдруг спросила Сара. — Шаня с Ваней?

— Сама увидишь, — как-то непонятно ответил Миша. — Надеюсь, ты мне разрешишь гулять с вами, о прекрасная Сара?

— Опять ты за своё! — хмыкнула Шмульдина. — Тебя попробуй выгони.

— Меня? Выгнать? Знай, это невозможно! — пафосно заявил Миша.

В этот момент со стороны поля донеслись громкие крики. Сара сразу же определила, что они принадлежат Розе.

— Она сейчас разбудит Барона, и тогда всем крышка! — всполошился Миша. — Бежим!

— Лошина! Сара прибежала быстрее, чем ты, хлюпик! — напустилась Роза на Мишу.

— Я поддавался! — обиделся тот.

— Ага, конечно! — фыркнула Сара. Она уже забыла о своём намерении оторвать Шане уши за предательство.

— Тебя мама не убила? — поинтересовалась Шмеленкова.

— Нет, но она запретила мне с тобой дружить. Да шучу я, шучу! — поспешно прибавила Шмульдина. — Она мне советовала присматривать за тобой.

— Да ладно? — поразилась Шаня. — Я уж думала, что она меня возненавидит.

— Какое там, ты у нас теперь “бедная Шанечка”! — усмехнулась Сара. — А Ваня “чудесный мальчик”.

— Да ну? — приподнял брови Ваня.

— А я? А я? — заверещала Роза.

— Дьявольское отродье? — предположил Миша.

— Ну почти, — заявила Шмульдина.

— Вы меня не понимаете, я обиделась! Лошапеды! — крикнула Травкина, плюнула в Мишу и с гиканьем помчалась прочь.

Сара покачала головой и огляделась вокруг. Высокая полевая трава слегка колыхалась от слабого ветерка. Солнце немилосердно пекло голову. Впереди виднелись жутковатые недостройки, а за ними зеленел лес.

— Пойдём туда? — спросила Шаня, показывая вперёд.

— Ты у нас любишь всякие ужасы, — пробурчала Сара.

— Ага, обожаю заброшенные дома! — заявила Шмеленкова.

— Я надеюсь, ты не полезешь туда? — обеспокоенно спросил Ваня.

— Я бы полезла, ещё ведь не вечер, сейчас не так страшно, — ответила Шаня.

— Не вздумай, Ванечка волнуется! — вытаращил глаза Раздолбаев.

Шаня попыталась попасть в него своей босоножкой, но промахнулась. Следующие пять минут дружная компания искала в траве Шанину обувь. Если бы не Роза, которая его всё-таки заметила, пришлось бы Шмеленковой топать домой босиком.

— Ибо не следует туфли швырять в друзей своих, а то поплатиться можно! — назидательно произнёс Миша.

— Эй, а давайте всем придумывать прозвища! — вдруг предложила Травкина. — Шаня будет Шмель, ей это подходит. Илья будет МО! Сара будет Ведьма…

— Почему это? — возмутился Раздолбаев.

— Потому что рыжая! — заявила Травкина.

— А что, неплохо! — похвалила Сара.

— А ты будешь Пончик! — обратилась Роза к Мише.

— Почему? — ошалело спросил тот.

— Царь так хочет! — заявила она. — А Ваня будет Еврей.

— Тогда ты будешь Шимпанзе! — не остался в долгу Травкин.

— Брат и сестра, тёплые отношения, — хихикнул Миша.

— Самое оно для такой ничтожной сопли! — послышался вдруг чей-то писклявый голос.

— Чё на? — грозно спросила Роза, оборачиваясь.

По дороге шагала Даша Долдонова, постоянно спотыкаясь на своих высоченных каблуках. От жары у неё потекла тушь и размазалась помада.

— Изыди! — в притворном ужасе завопил Миша.

— Есть у кого-нибудь соль? — изображая панику, вторила ему Шаня. — Мы должны начертить круг, тогда ОНО не подойдёт близко!

— Очень смешно, страшила! — запищала Даша, тыча в Шаню пальцем.

— Ты чё, оборзела, да? Тебе вчерашнего не хватило, жопа куриная? — уперев руки в боки, тоном гопника спросила Роза.

— Тебе поговорить захотелось? — жутким голосом поинтересовалась Шаня, хрустнув пальцами. — Ну-ну, иди сюда. Только не упади на своих ходулях. Нацепила, а ходить не умеешь, вот и похожа на беременного кузнечика.

— Ты как можешь вообще? — заверещала Даша, тряся наманикюренными пальчиками.

— Осторожно, сейчас тонна косметики с рожи обвалится, — предупредила её Шаня.

— У меня лицо, в отличие от некоторых! — заявила Долдонова.

— Да? А похоже на жопу! — фыркнула Сара.

— Ты что тут вообще делаешь? — холодно спросил Ваня.

— Мне сообщили, где вас найти! — важно пискнула Даша. — Я хочу вас предупредить!

— Баба Нюра сдала, сволочь старая, — пробормотал Раздолбаев.

— Ты? Нас? Предупредить? Уже смешно! — расхохоталась Роза и начала показывать Даше средние пальцы.

— Значит так! — Долдонова изо всех сил старалась пищать грозно. — Вы напрасно всё это затеяли! Сёма ни в чём не виноват! А ты! — она снова начала показывать пальцем на Шаню. — Ты! Ты! Ты!!!

— Ты — личное местоимение, — нехорошо улыбаясь, сказала Шмеленкова.

— Да ты! Ты!!! Я дам тебе совет: держись подальше от Ванечки! Потому что ты! Ты!!

— Ну и кто же я? — совершенно убийственным тоном спросила Шаня.

— Ты шлюха! — выкрикнула Даша и тут же в ужасе замерла, как будто ожидая, что под её ногами разверзнется земля.

— Ну всё, сука, ты огребаешь! — рявкнула Роза.

— Я сама, — остановила её Шаня, делая шаг к Долдоновой. Та отскочила и чуть не упала, покачнувшись на каблуках.

— И что, за меня никто не заступится? — истерично спросила Даша.

— Нет, мы присоединимся! — зло сказал Раздолбаев.

— Мы тебе сейчас быстро объясним, кто ты есть и к кому как обращаться! — рявкнула Сара, решительно направляясь к Даше. Та поняла, что просчиталась.

— Ванечка! — с надеждой взвизгнула она, но ответа не получила.

— Советы мне раздавать будешь? — прищуриваясь, зловеще осведомилась Шаня. — Я тебе тоже дам совет. Беги.

С диким воплем Даша помчалась прочь, на ходу скидывая каблучки. Шаня легко догнала её и пнула под пятую точку. С пронзительным визгом резиновой игрушки для собак Долдонова шлёпнулась на землю, ободрав колени, и сразу же начала реветь.

— Быстрее! — скомандовала Шаня, снова пиная её.

Даша кое-как поднялась на ноги и с непередаваемыми завываниями побежала к посёлку, напрочь забыв про модные туфельки.

— Супер! — восторженно заорала Роза, показывая большой палец. — Смерть лошинам! — Она подбежала к Дашиным каблукам и с победным криком зашвырнула их далеко в траву.

— Интересно, почему я до сих пор жив, если мы были врагами? — вслух подумал Ваня.

— Тебе просто повезло, — мило улыбнулась Шмеленкова.

И тут за их спинами раздался кошмарный хрип.

Роза прекратила шуметь и выкатила глазищи. Миша сразу же побелел. Ваня напрягся. Сара от неожиданности замерла на месте, а Шаня почувствовала, как по спине побежали мурашки. Медленно, очень медленно она обернулась.

На заброшенной дороге посреди поля появилось нечто. Оно очень напоминало чёрта с иллюстрации какой-нибудь сказки. Оно то ли действительно поросло шерстью, то ли было завёрнуто в безобразные лохмотья. Хранитель дороги стоял в очень странной позе, перекосившись на левый бок. Барон Михалыч оскалил редкие чёрные зубы, выпучил единственный покрасневший глаз и глухим голосом, как будто доносившимся из погреба, прорычал:

— ЭТО МОЯ ДОРРРРРРРОГА!!!

— Бежим! — сдавленно крикнула Шаня.

И доблестная пятерка со всех ног ринулась наутёк, визжа не хуже Даши. До центра посёлка они долетели меньше чем за минуту. Только тогда они смогли остановиться и отдышаться.

Первая начала хохотать Роза. Своим смехом она заразила и остальных. Ваня с Мишей начали поздравлять Сару, Шаню и Розу с боевым крещением, Миша заявил, что теперь они полноправные жители посёлка. Травкина уверяла всех, что совершенно не испугалась, но ей никто не верил, поэтому в страшной обиде она начала вопить во всё горло.

Глядя на Розу и смеясь, Шаня подумала, что встреть она такое чудище, гуляя в одиночестве — умерла бы на месте. А с друзьями даже Барона увидеть не страшно.