— Этот Барон что, страшнее нашей директрисы? — опасливо спросила Шаня.

Приключения — без сомнения, здорово. Страшные истории — тоже. Особенно когда читаешь их на ночь и потом отчаянно убеждаешь себя, что это вымысел и в жизни такого не случится. Но совершенно реальное существо, которое ужаснее, чем Мандрагора Вельзевуловна…

— Гораздо страшнее, — подтвердил Ваня.

— Не боюсь Барона! Эй, Баро-ооон! Барон, ты баран! — громко кричала Роза, которая разошлась не на шутку.

— А вот она его никогда не видела, — сказал Травкин. — Ори, ори, сейчас он появится и сожрет тебя вместо закуски к водке!

— А вдруг он уже поймал Семёна и съел его? Не может же тупой пузик так долго прятаться! — вдруг предположила Роза.

— Семён стопудово сидит дома. А жаль. Версия с Бароном нравится мне больше, — мстительно сказал Ваня.

— Я придумала казнь для Семёна! — заявила Шаня. — Ровно в полночь мы притащим его на заброшенную дорогу, свяжем и бросим одного!

— Ты же понимаешь, что тащить будем всем посёлком? — спросил Травкин. — Иначе эту тушу с места не сдвинуть.

Шаня фыркнула. Роза захихикала и вдруг с радостным воплем погналась за бабочкой, которая, на свою беду, пролетела у неё над головой.

— Эй! Стойте! — донеслось откуда-то издалека.

Шаня с Ваней синхронно обернулись и увидели, как со стороны посёлка к ним бежит Сара, а её догоняет Раздолбаев.

— Хорошо же он её проводил, если она так убегает, — прокомментировал Ваня.

Сара действительно собиралась позвонить в домофон Травкиных и позвать Шаню с Ваней и неизбежную Розу на прогулку. Выслушав наставления мамы (с ножами ни за кем не бегать, в подозрительные места не лезть, не бухать, не курить и не наркоманить), она бодрым шагом направилась к уже знакомому участку, но путь ей преградил сияющий, как весеннее солнышко, Раздолбаев. Сара вздрогнула от неожиданности и с ужасом поняла, что вся покраснела. Она почувствовала, как загорелись щёки, и хотела было прикрыть их руками, но тут же сообразила, как странно это будет выглядеть.

— Доброе утро, Сарочка! — ослепительно улыбаясь, поздоровался Миша. — Дай угадаю, ты пришла за Шаней.

— Умница, — пробурчала Сара, пытаясь его обойти. Не тут то было.

— А её нет дома! Вот свинья, ушла и подругу не позвала! — заявил Раздолбаев. — Но если ты спросишь нужного человека, он укажет тебе путь.

— Ну и где она? — поинтересовалась Сара. — Неужто с Ванечкой гуляет? Тогда я лучше не буду мешать.

— Мы могли бы пойти с ними, получилось бы двойное свидание, — пожал плечами Миша, но, увидев, что Сарочка собирается пустить в ход кулак, сразу же прибавил: — Но с ними Роза, так что ничего не выйдет!

— Так куда она пошла? — повторила свой вопрос Шмульдина.

— Может, я лучше провожу тебя? — спросил Раздолбаев, изображая обворожительнуб улыбку.

— Просто скажи, где это, — сухо сказала Сара.

— Как знаешь, — неожиданно легко согласился Миша. — Дорога Барона.

— Чего? — не поняла Сара.

— Дорога Барона, говорю. Удачно добраться, — помахал рукой Раздолбаев, развернулся было, чтобы уйти, но потом как бы невзначай бросил: — Если не знаешь, где это, попробуй попросить кого-нибудь тебя проводить.

— А ну стоять! — рявкнула Шмульдина, догадавшись. — Хватит здесь комедию ломать! Подкупил их, значит, чтобы они куда-то там смылись, а ты бы меня туда отвёл, якобы случайно встретив на улице?

— И в мыслях не было! — возмутился Миша. — А как ты узнала?

— Пф. Если бы ты их встретил, то пошёл бы с ними, а не стоял бы тут и не ждал меня, — объяснила Сара. — И потом, Шаня бы наверняка позвала и меня, не будь она подкуплена. Найду — уши оторву!

— А ты умная! — похвалил её Раздолбаев. — Ну что, пойдём?

— Ладно уж, идём, — всё-таки согласилась рыжеволосая, хоть и собиралась сначала гордо уйти домой. — Что ещё за дорога Барона?

— Оо, это жуткое место! — начал рассказывать Раздолбаев. — Всё началось с того, что рядом с нашим посёлком хотели построить комплекс элитных коттеджей. Но почему-то это дело бросили в самом разгаре. Дорогой, которую проложили к этим домам, перестали пользоваться. А знаешь, почему ей перестали пользоваться?

— И почему же? — спросила Сара, с неохотой признавая, что рассказывать Миша действительно умеет.

— Потому что у этой дороги появилось то, что её охраняет! — таинственно произнёс Раздолбаев.

— Что, призрак какого-нибудь барона? — предположила Шмульдина.

— Хуже! — заявил Михаил. — Гораздо хуже! И однажды я с этим столкнулся…

Он выдержал нужную паузу, убедился, что Сару заинтересовать удалось, а затем продолжил рассказ.

— Как-то раз в начале марта, когда кругом ещё лежал снег, я решил поискать приключений на свою пятую точку и отправился на заброшенную дорогу. Мне удалось дойти до недостроенных домов. Ну и зрелище, особенно зимой! Пустые полуразрушенные дома, поле покрыто снегом, кругом ни души… Только я-дурак. Насмотрелся я на эту жуть и захотел идти домой, как вдруг услышал, как за спиной у меня кто-то захрипел. Я обернулся, а там… Там ОН! Похож на непонятно что, любой хоррор отдыхает! Почти все сохранившиеся зубы чёрные, вместо носа ботинок какой-то, а одного глаза вообще нет! Весь то ли в лохмотьях, то ли шерстью оброс! И рычит на меня: “ЭТО МОЯ ДОРОГА!!!!”

Последние слова Раздолбаев выкрикнул, поэтому Сара дёрнулась от внезапного спецэффекта. Она хотела было возмутиться, как вдруг у них за спиной послышался жуткий вой.

— Боже! — вскрикнула Шмульдина и невольно схватила Мишу за руку. Она вообще-то была не из пугливых, но в этом странном посёлке она насмотрелась на многое, а ещё и раздолбаевская история про хранителя дороги… Да и услышать такие чудесные звуки прямо над ухом тоже не самая приятная перспектива. Даже сам коренной житель посёлка перепугался не на шутку.

Но это был не Барон, не призрак и не вурдалак. Это была обезумевшая баба Лоло.

— Покайтесь в своих грехах! Оааай, скоро будет поздно! — заблажила она и начала трясти руками, как будто сушила их от воды.

— Всё ясно, уходим! — скомандовал Миша, качая головой. — Совсем спятила.

— Вот где полоумная! — внезапно гаркнула появившаяся откуда-то из-за поворота баба Нюра. — Давно её ищу! А вы двое куда намылились?!

— Мы к Барону в гости! — жизнерадостно ответил Миша.

Баба Нюра посмотрела на него, как на умственно отсталого. Из этого Сарочка заключила, что всё действительно из ряда вон плохо.

— Идём! — позвал её Раздолбаев. Опомнившись, Сара отпустила его руку и отошла подальше.

Некоторое время они продолжали путь в молчании. Миша судорожно соображал, что ещё сказать. Все версии казались ему ещё более идиотскими, чем обычно. Он чувствовал себя полнейшим дебилом. Но первой тишину нарушила Сарочка.

— А её что, реально зовут Лоло? — спросила она.

— Неа, её звать Лидия Леонидовна, но у нас её называют Лола или Лоло. Сам не знаю, почему. Наверное, вроде как деда долдоновского все зовут Алкэ, хотя он Александр Константинович.

- “Алкэ” ему очень подходит, — пробормотала Сара.

— Барона ведь тоже не так зовут, — продолжил Миша. — Да только вот настоящее имя никто не знает. А спросить… Самоубийц нет!

— И зачем нам потребовалось иди именно туда? — поджав губы, спросила Шмульдина.

— Не знаю, — честно ответил Миша.

Он и правда не имел понятия, почему выбрал именно это место. Наверное, потому что идти до него было достаточно далеко, а ещё Сара точно не могла знать, где оно находится.

Снова наступило молчание. Шмульдина смотрела куда-то в сторону и думала о своём. Миша чувствовал себя всё ужаснее. Обычно с девушками у него не возникало никаких проблем. Он вешал им лапшу на уши, а они визжали от восторга.

Сара тоже чувствовала всю неловкость положения. Она подумала, что стоило бы сказать что-нибудь ещё, но потом решила, что Раздолбаев сам вытащил её на эту странную прогулку — пусть сам и выкручивается.

Подкупить Шаню с Ваней и устроить некое подобие свидания… Неплохая попытка. Что, действительно всё ради того, чтобы провести с ней некоторое время наедине? Как ни крути, а впечатляет.

— Какой шоколад ты любишь? — вдруг спросил Миша.

— Что? — удивилась Сара. — Это к чему вообще?

— Ты ничего не понимаешь! — возмутился Раздолбаев.

— Конечно, куда мне до тебя, — фыркнула Шмульдина.

— О человеке очень много можно сказать по тому, какой шоколад он любит. Итак, какой же?

— Молочный, — отозвалась Сара. — Дай угадаю: сейчас скажешь, что ты тоже.

— А вот и нет! — довольно воскликнул Миша. — Я люблю тёмный.

— Поразительно, — заметила девушка. — А я уже думала, что ты всё-таки не более чем горе-пикапер.

— Я же не спрашиваю, не нужен ли твоей маме зять! — оскорбился Миша. — Ты меня вообще за кого принимаешь?

— Если бы ты так делал, я бы с тобой не общалась, — заметила Сарочка.

— Буду считать это комплиментом! — просиял Миша. — А в чём смысл жизни?

— Ты всю дорогу будешь задавать странные вопросы? Смысл жизни в том, что его нет, — отрезала Шмульдина, подумав, что слишком уж увлеклась беседой, потому что неугомонный рыжий парень уже успел себе что-то там вообразить.

— А я считаю, что смысл жизни в том, чтобы любить! — вдруг заявил Миша.

— Почему-то я не сомневалась, что ты скажешь именно это, — хмыкнула Сара.

— А что если у каждого свой смысл жизни? — проигнорировав её, Миша задал вопрос якобы в никуда. — У каждого своя цель, свой смысл. Неужели в твоей жизни его нет?

— Да вообще бытие тщетно, — сказала Сарочка, подумав, что разговор выходит более чем странный.

— Ну да, в конце мы все умрём. Но вопрос в том, оставим ли мы после себя что-нибудь. Можно прожить бессмысленную жизнь, и тебя просто закопают в землю. А можно что-то сделать в этом мире. Хотя бы просто успеть пожить! Вряд ли мы родились для того, чтобы просто умереть.

— Как знать, — пожала плечами Сара.

— Да ты пессимистка! — воскликнул Миша. — Разве можно так смотреть на жизнь зелёными глазами?

— А при чём здесь мои глаза? — удивилась Шмульдина.