— Значит, остались только мыши, — сказал Макар. — Зимой мужиков не будем отправлять?

— В горах зимой погибель, а не работа, — ответил Глеб. — Как ни хотелось все раньше начать, но придется ждать тепла. Все равно у нас для работы пока многое не готово. Ладно, отвезите всю серу в слободу и отдыхайте. Скажи всем, что выдам награду.

Макар ушел, а вместо него в комнату зашел Корн.

— Не помешал? — спросил он. — Столкнулся с Венди, а она такая расстроенная, как будто вы с ней поругались. Я в ваши отношения не лезу, не мое это дело, но не связана ли ее печаль с гонцом воеводы?

— Связана, — ответил Глеб и рассказал о приказе князя.

— Этого следовало ожидать, — пожал плечами маг. — Правда, я не думал, что все начнется так быстро. Не дело воеводе и дружине заниматься убийцами, для этого нужны совсем другие люди. Скажи князю, что нужен тайный приказ.

В языке маозов не было слова «вы», здесь все обращались на ты даже к богам, поэтому и он ко всем обращался по-простому.

— Скажу, когда отсюда выпустят, — вздохнул Глеб. — Приказ — это дело долгое. Ты в этом лучше разбираешься, сам и скажешь.

— Твой князь меня боится, — усмехнулся Корн. — Виделся всего два раза и больше к себе не допускает, даже со своим магом. Я его понимаю и не обижаюсь. Пшеки не больно жалуют маозов, ты сам это должен был почувствовать. Мой народ хорошо относится только к своим, но это же можно сказать и о других. Вы терпимее многих, но тоже не слишком жалуете соседей.

— Потому и не жалуем, что не жалуют нас, — возразил юноша. — За что мне любить пшеков, которые меня презирают? Отдельных пшеков и я люблю, но не весь народ. С восточными или южными соседями мы живем намного дружней.

— Возможно, ты прав, — согласился маг. — Я видел, что вернулся Макар. Что-нибудь нашли?

— Нашли много серы, — ответил Глеб. — Теперь дело за селитрой. Плохо, что до тепла остановились все работы, а потом их навалится столько…

— Сами виноваты, — сказал Корн. — Джон договорился с князем снять с корабля одну машину для слободы, так зачем для этой работы ждать тепла? Неужели нельзя съездить по льду на санях? Возле корабля есть селение, поэтому будет где жить. Не так уж много времени займет такая поездка, да и эльфу лучше пока убраться подальше, если на вас началась охота. Или с вашей школой. Ну не успели мы ее достроить — велика ли беда? Кто мешает сейчас собрать смышленых подростков и начать их учить? У князя негде будет их устроить? И учтите, что грамоте их учить не придется, я это быстро сделаю сам.

— Завтра пошлю кого-нибудь к князю с твоими предложениями, — сказал Глеб, — а ребят поищу в Березовке и у соседей. Пока ты с ними будешь заниматься, поживут у меня, а потом отправим к князю. Если даже Джон уедет к кораблю, с ними может начать заниматься Клэр. Все равно ей там нечем заняться, кроме болтовни с княжной и ее девицами.

— Выбирай не слишком малых, чтобы от них уже летом был хоть какой-то толк, — посоветовал Корн. — Набери несколько ребят и для себя. Я им дам грамотность, а твоя жена пусть учит. Они тебе со временем пригодятся, а ей будет чем себя занять. Глеб, ты знаешь, сколько у вас времени? Не понял? Я имею в виду войну.

— Откуда мне знать? — растерялся юноша. — Об этом и князь не знает. Может быть, и сами эльфы еще не назначили срок.

— Может быть, — согласился маг. — Только хорошо бы сделать так, чтобы, когда они эти сроки назначат, вы о них знали.

— У воеводы на западе есть лазутчики… — неуверенно сказал Глеб. — Когда начнут собирать войско…

— Тогда будет поздно! — оборвал его Корн. — Границу перекроют, а на дорогах будут ловить маозов. Знать нужно заранее! У меня есть один друг, который должен узнать о войне сразу же, как только к ней начнут готовиться. Его можно попытаться убедить отправить сюда гонца. В конце концов, ты можешь сам найти такого человека, прельстив его золотом!

— Я? — растерялся юноша. — Если на меня охотятся здесь, то там и подавно голову оторвут!

— Здесь ты пока не нужен, — сказал ему маг. — С охраной слободы справятся и без тебя. Маги могут менять не только собственную внешность, но и делать то же самое другим. Если я уберу эти веснушки и немного подправлю нос, никто у пшеков тебя не узнает, разве что твоя графиня, а Венди скажет мне спасибо. Что тебя не устраивает? Здесь ты будешь маяться от безделья, а там сделаешь нужное всем дело, да еще выйдешь из-под удара эльфов, потому что никто из них тебя на западе искать не станет. Понятно, что нужно ехать не одному, а с охраной. У Трифона есть дружинники, которых никто не отличит от пшеков. Если не знают язык, я помогу. Мне сидеть сиднем в твоем доме тоже не очень весело, а так хоть какая-то польза.

— На месте князя я бы взял тебя в советники, — вздохнул юноша. — Ладно, я все напишу и передам князю, а он пусть решает. Но учеников в любом случае нужно набирать, в этом ты прав. Этим я завтра и займусь.

Венди, как всегда, почувствовала, что он чем-то взволнован, но решила, что это связано с гонцом воеводы.

— Освободился? — сказала она, подталкивая мужа к кровати. — Сейчас начнешь уделять мне внимание.

— Маленькая, а жадная, — пошутил он, освобождаясь от одежды. — Я тебе и так уделяю внимание каждую ночь.

— Мне ночи мало! — заявила жена. — Я с тобой схожу с ума от счастья, жаль только, что твое семя во мне пропадает зря! Знаешь, как хочется ребенка? Я уже почти старуха, а до сих пор ни разу не рожала!

В спальне было жарко натоплено, поэтому она, хоть и была нагой, не спешила забраться под одеяло. Венди знала, как ее вид действует на мужа, и это доставляло ей радость и дарило уверенность. Для эльфы она была очень красивой, но среди женщин маозов было много настоящих красавиц, и это помимо воли напрягало. До ужина они вволю наигрались, сделав несколько заходов, а когда отдыхали, Глеб рассказал о разговоре с Корном. К его удивлению, Венди восприняла сказанное довольно спокойно.

— Он прав, — сказала она. — Здесь ты уже страдаешь от безделья, а до тепла еще далеко. И верного человека среди пшеков нужно найти. Если пойдешь с дружинниками и будешь осторожным, все должно получиться. Интересно, каким ты будешь с новой внешностью? Мне и твой нос, который напоминает наши клубни, дорог, но я и от более красивого не откажусь. Хотя нос в мужчине не главное, а главное уже, кажется, отдохнуло. Тогда почему мы просто лежим? Если мы с тобой расстанемся, я должна от тебя все получить вперед!

Утром Глеб до завтрака сел писать письмо князю. Оно получилось неожиданно большим. Он не только перечислил все то, что предложил маг, многое добавил от себя. Закончив писать, юноша свернул лист бумаги в свиток, обвязал шнуром и опечатал своей печатью. После этого надел шубу и вышел во двор. В его дворе всегда дежурили два дружинника из тех, кого воевода выделил для охраны хранившихся в слободе пороха. Поначалу все оружие с корабля притащили в подвал княжеского дворца, но узнавший об этом Джон пришел в ужас и смог убедить князя привезти порох сюда. Дома не успели достроить, но сухие погреба для пороха были готовы, в них все бочонки и сгрузили.

— Онуфрий! — позвал он одного из дружинников. — Возьми свиток и этот камень и все передай лично князю!

— А если его не будет во дворце? — спросил дружинник. — Князь может быть занят, а мне нельзя надолго отлучаться. Можно отдать воеводе?

— Можно, — разрешил Глеб, у которого уже наладились отношения с Трифоном, — но лучше все же отдать князю. И заскочи в слободу, скажи там, чтобы тебя пока подменили. Так воеводе и скажи, если поинтересуется, что есть замена.

Князь был во дворце и сразу впустил гонца. Внимательно прочитав свиток, он вызвал к себе воеводу и эльфа.

— Сможешь зимой разобрать свою машину? — спросил он у Джона.

— Сложнее, чем летом, но можно, — ответил эльф. — На корабле осталось немного угля, поэтому можно разжечь топки и прогреть машинное отделение. Почему-то я не подумал о такой возможности.

— Поедете на санях, — приказал князь. — Дашь ему, Трифон, надежную охрану. Сколько саней нужно для машины?