— Я спросил просто так, — ушел от ответа Хейз. — Я вам не так давно обещал место начальника отдела. Вы прекрасно провели расследование, но, к сожалению, у меня не получилось выполнить обещанное. Сейчас опять нужно будет хорошо поработать. Место вашего шефа я на этот раз обещать не буду, сделаем по-другому. Создадим новый отдел, который будет заниматься только маозами, а вас поставим его начальником. Так что постараться стоит. Слушайте, что нужно сделать…

Получив задание, Грэг выехал в Овен. По прибытии он, нигде не останавливаясь, поспешил в Университет, где встретился с деканом Аланом Ривером. Ученый выслушал гостя и пришел в растерянность.

— Как мы можем дать вам ответ по такому описанию? — спросил он. — Ясно, что во взорвавшихся бомбах было что-то сильнее черного пороха, но я даже не знаю…

— А почему вы выделили слово «черный»? — спросил Грэг. — Разве он бывает какой-то другой?

— Мы придумали порох, который не так дымит и в три раза сильнее обычного, — нехотя ответил ученый. — Он во всех отношениях лучше черного, но изготавливать его не будут. Производство черного налажено, и никто ничего не хочет менять. Но у Нельсона его не могло быть, во всяком случае в больших количествах.

— Он не знает его секрета?

— Дело не в знании, — сказал Ривер. — Знать и мочь это не одно и то же. Черный порох он может сделать вообще без всякого оборудования, достаточно иметь нужные вещества и знать пропорции. Просто он без оборудования будет хуже.

— А чем вообще занимался сбежавший ученый? — спросил Грэг.

— Почему вы думаете, что он сбежал? — удивился Ривер. — Маг…

— Потому что магия действует недолго, — перебил его агент, — и нельзя часто обновлять внушение, эльф может просто свихнуться. К тому же магией можно только вытянуть какие-то знания, но не заставить творить. Вы мне уже когда-то говорили о его работах, но ведь он чем-то занимался и самостоятельно.

— У него были две мысли, — задумчиво сказал ученый. — Больше всего Джон носился со снарядами, для которых не нужно орудий. Второй его идеей была мысль сделать совершенную машину вместо наших паровых. В паровой слишком большие потери тепла, и лишь небольшое количество угля используется для дела, остальной сгорает зря. Обе эти темы к вашим взрывам никакого отношения не имеют.

— Не могли же это придумать сами маозы! — с досадой сказал Грэг. — Если он смог придумать такое без вашего оборудования, то вы с ним тем более должны придумать!

— Вы не понимаете, о чем говорите! — рассердился Ривер. — Оборудование важно, но оно не заменит мозги!

— А что у вас не так с мозгами? — не понял агент.

— У меня с ними все в порядке, — с сарказмом ответил декан. — Старые только. Но я вам ничем помочь не смогу, по крайней мере быстро. Обещаю, что подумаю и дам задание подумать тем немногим на нашей кафедре, кто этим умеет заниматься.

— А есть и такие, кто не умеет? — ехидно спросил Грэг. — Для чего же вы их здесь держите?

— Пропади все пропадом! — рассердился старик. — Вы знаете, кто сейчас идет в студенты? Это в большинстве те молодые люди, которые никогда не воспользуются полученными здесь знаниями! Исключения очень редки. Большинство преподавателей заучили свои предметы и читают их по когда-то написанным конспектам! Наукой занимаются единицы, причем не потому, что у остальных не хватает мозгов, просто это никому не нужно. За последние пять лет ничего из того, что мы придумали, кроме новых красителей для тканей, не пошло в дело! И для чего тогда корячиться? Может быть, Джон действительно сбежал, потому что здесь ему не давали работать. Оборудование есть, а на нужные вещества и работы не выделяют деньги. Я не уверен, что от снарядов без орудий будет польза, а от новой машины она могла быть! Можно было плавать гораздо дальше и быстрее и меньше зависеть от ветра. Можно было даже летать!

— Как летать? — удивился Грэг.

— О воздушных шарах вам должны были говорить в школе, — сказал ученый. — Их сейчас наполняют не горячим воздухом, а легким газом. А если к очень большому шару подвесить гондолу и двигатель с винтом, то полетишь уже не по ветру, а куда нужно. На паровом двигателе такого не сделаешь, а вот на двигателе Джона можно было попробовать.

— И он такое сможет сделать?

— Пока не сможет, но если достанет или сделает станки, тогда да. Помощников он себе найдет и обучит, лишь бы король маозов за все это платил.

— У них князья, — поправил декана Грэг. — Ладно, напишите все то, что говорили мне о Джоне Нельсоне и его работах. У вас это выйдет лучше, чем у меня. И постарайтесь все-таки подумать над тем, что он мог применить.

Получив отчет Алана Ривера, агент устроился на ночлег в гостиницу рядом с Университетом, рассчитывая утром выехать в столицу, но все планы пришлось менять. Едва он успел поужинать, как был найден курьером. Получив пакет, Грэг ушел в свою комнату и прочитал вложенную в него записку Джастина Хейза следующего содержания:

«На портовый город Монтей совершили налет маозы. Разграблены портовые мастерские. Когда закончите с Университетом, езжайте туда и проведите расследование».

До места происшествия Грэгу пришлось добираться три дня. В небольшом порту Монтея стояли три боевых корабля, а вход на его территорию был перекрыт нарядом военных моряков. Он предъявил свой жетон и был пропущен, а служебную карету завернули в город. У капитана порта находился и капитан одного из военных кораблей.

— Вы кто? — неприязненно спросил он у Грэга.

Агенту пришлось еще раз показать бляху и предъявить предписание.

— Как провели налет? — спросил он, обращаясь к капитану порта.

— Захватили коммерческий корабль, приплыли в порт и всех нас повязали, — ответил тот. — У этого эльфа было полсотни вооруженных головорезов, а у меня всего несколько матросов, которые не носят с собой оружия. Их всех захватили прямо на пристани, рассовали по складам и заперли.

— За ними хоть гнались? — спросил агент.

— Нет, — ответил капитан военного корабля. — У них мощные машины, полно угля, который можно не экономить, и два дня форы. Гнаться было бессмысленно, тем более с тремя кораблями, а других поблизости не было.

— С ними точно был эльф?

— Самый настоящий, — подтвердил капитан порта. — Он на голову выше меня, лицо симпатичное, а больше я о нем не знаю, что сказать. Но он точно верховодил у маозов.

— Что хоть взяли? — спросил Грэг.

— Из механических мастерских взяли все, кроме паровой машины, — ответил капитан порта. — Шесть самых разных станков, все инструменты и металлические прутки, которым запаслись для работы. Они вообще все там выгребли, даже резину забрали. Все наши грузчики и сами маозы целый день грузили все это на угнанный корабль. Понятно, что у нас забрали оружие и порох.

— О чем речь? — не понял агент. — Какой порох?

— Перед тем как уйти, они проверили портовые склады, а на них было с полсотни бочек с порохом для отправки на одну из факторий Черного континента. И у нас забрали ружья и пистоли.

— Хорошо прибарахлились, — со злостью сказал военный моряк. — Грузчики говорили, что из корабля даже выбросили часть балласта. Теперь нужно организовывать охрану побережья и портов. А пассажиров надо разоружать и везти под замком, а то начнут захватывать корабли даже из-за их машин. И так к этим дикарям много всего попало! А предателя нужно найти и убить!

— Пойду осмотрю мастерские, — сказал Грэг. — Там сейчас есть кто-нибудь из мастеров?

— Должны быть, — ответил капитан порта. — Вас проводить?

Агент отказался от помощи и прошел в длинное здание механических мастерских. Там он встретил двух мастеров, которые о чем-то между собой спорили и были недовольны его вмешательством. Недовольство было только до тех пор, пока они не узнали, кто он такой и откуда.

— Оцените возможности того оборудования, которое у вас украли, — приказал Грэг.

— С его помощью можно делать любой ремонт корабельных машин, — ответил мастер. — Можно даже делать другие станки или машины, хоть это будет долго и потребуется кое-что отливать. Подшипники не сделаешь, но маозы их много забрали. А прутков из латуни и стали взяли столько… Мы их себе для работы купили самое малое лет на пять. Опять же инструмента взяли лет на десять, много крепежа…