Они зашли в штабную палатку и сели на стулья за небольшой столик. Через несколько минут бойцы ввели эльфа.

— Почему он у вас в таком виде? — спросил майор, имея в виду ободранную скулу и скованные за спиной руки задержанного. — Сопротивлялся?

— Пытался оказать вооруженное сопротивление, — ответил старший группы, — а когда выбили кинжал, бросился бежать. На кинжале насечки, в которых яд. Купца и его старшего сына тоже задержали, но они пока в городе. Амулет с него сняли.

— Займитесь купцом, — приказал Федор. — Мы здесь справимся сами.

— Не будем с ним возиться, — сказала Ларка, когда ушли бойцы. — Я его подчинила и сейчас попробую допросить. Таким, как он, ставят блоки, но наша баронесса научилась их обходить. Он не выполнит ничего, что принесет вред хозяевам, поэтому начнем с того, что убедим в безвредности разговора. Ты кто?

— Караванщик Март Сандр, — безразлично ответил эльф.

— Мы поговорим, и тебя отпустят. Наш разговор не причинит никому вреда. Может быть, мы даже после него уйдем, оставив вам все товары. Скажи, кто и для чего тебя отправил в Сартис.

— Мой командир, — ответил Март. — Нужно через купцов восстановить против вас жителей города. Это должно уменьшить жертвы.

— Благородная задача, — похвалила его Ларка. — Против меня выступили одни купцы или с ними кто-то еще?

— К ним присоединились великие графы. Графиня Белла пока думает, но вам от нее помощи не будет.

— А как к этому относятся остальные? — спросил майор. — Королеву поддерживали многие!

— Им открыли глаза, — ответил эльф. — Династия наших королев потеряла право на власть, а король вообще не эльф, а чужак. После захвата ваших запасов их пообещали разделить между всеми, кто к нам присоединится. Присоединились многие, остальных отдали магам.

— Но это противно традициям! — возмутилась Ларка.

— Другая жизнь — другие традиции, — по-прежнему равнодушно ответил он. — Восстановим жизнь, и никто из магов к нам в головы лезть не будет. А пока можно использовать все, что способствует победе.

— Сколько у вас бойцов? — спросил Федор.

— Запрещенный вопрос, — сказал караванщик. — От него будет вред.

— Можешь не отвечать, — разрешила Ларка. — Сейчас тебя выведут на дорогу и отпустят, а мы будем думать, когда уходить. Мы тоже не хотим с вами драться. Когда вы хотели сюда прийти?

— Дня через три, — ответил он. — Срок точно не определен. Товары оставите?

— Если уйдем, то продукты и одежду оставим, — пообещала девушка. — Стекло и доски нам тоже не нужны. А сейчас выйди из этого шатра и подожди тех, кто выведет тебя из лагеря.

— Хотите его отпустить? — спросил майор, когда эльф послушно вышел из палатки.

— Пусть идет, — сказала девушка. — Нужно только предупредить, чтобы больше никого не слали, потому что таких «казачков» будем вешать. А купца, если принял предложение, нужно повесить и всем объяснить, за какую провинность он казнен. И вообще всех купцов нужно проверить магией. Три дня…

— Город я удержать не смогу, — предупредил Федор. — Для этого у нас слишком мало времени. Днем всех могут отогнать пулеметчики, но ночью их вырежут. Нужно возводить укрепления и ставить прожектора, а мы это сделать не успеем. И в город входить нельзя, не настолько я уверен в горожанах.

— Успеете защитить лагерь? — спросила Ларка. — Что вам для этого нужно?

— Здесь я удержусь против целой армии, — ответил он. — Сделаем по периметру укрепления и соединим их ходами сообщения. Ни днем, ни ночью к нам не подойдут. Нужно только забрать в лагерь семьи тех, кто у меня служит. Насчет патронов к пулеметам и гранат я вам говорил, а больше ничего не нужно. Палаток у нас много, еды — тоже, а вода теперь своя. Да, подкиньте несколько надувных бассейнов, а то к реке нас не подпустят, а в них можно организовать помывку. Не скажете, для чего нам здесь сидеть? Воевать вы не хотите, да и у меня для победоносной войны нет возможностей, а эльфы нас в покое не оставят. У вас должны быть другие картинки этого мира. Я имею в виду не королевство, а какие-нибудь дикие места, хотя бы те, по которым сюда шли. Если не хочется бросать этот мир и не получится ужиться с вашими подданными, может, уйти туда? Жаль бросать дворец, но все грузы можно будет забрать.

— Не все так просто, — ответила девушка. — Передавать придется через Землю, и такая передача займет неделю или две. Я еще не готова ответить на ваш вопрос. Укрепляйте оборону, а мы будем решать.

— Что вы мне хотите сказать Варк? — спросил своего ответственного агента старший группы вторжения перевертышей Галер Баршом. — Судя по вашей радостной физиономии, они наконец сцепились?

— Скоро сцепятся, — поправил его Варк. — Армия покинула столицу и двинулась на запад. В ней триста тысяч самцов.

— Прекрасно, прекрасно! — потер руки Галер. — Сколько их осталось в королевстве?

— Я думаю, тысяч пятьдесят, — ответил Варк. — Для нас это немного, а самки нам не помешают, их можно будет пустить на мясо.

— Длинноухие в королевстве остались?

— Вы понимаете, что я не мог стать даштом, а в таком виде по королевству не погуляешь, поэтому скажу только то, о чем слышал. Дикари вроде бы не стали убивать небольшую группу мастеров и членов их семей. Но у них нет оружия, поэтому справиться будет нетрудно, а потом тоже отправим на мясо. Все равно никто у нас отчета не потребует, важнее результат!

— Сколько сбежало длинноухих? — спросил Галер. — Вы ведь отправили кого-нибудь из агентов по их следам?

— Один из моих парней слился со славным купцом, — ухмыльнулся Варк. — Я знаю, что он жив, но для связи слишком далеко. Как только пройдет армия дикарей, кого-нибудь за ними пошлю. А осталось… Я думаю, что больше двухсот тысяч. Мы не мешали эльфам вывезти продовольствие, так что для мора им еще рано.

— Старайтесь, Варк! — торжественно сказал Галер. — Ради этого мира стоит постараться. Дурацкие правила, которые нас заставляют соблюдать, скоро не будут помехой. Все равно оставшиеся самки и немногочисленные самцы не смогут развиться в самостоятельную цивилизацию! Хотелось, конечно, обойтись без грязной работы, но наши парни из первой партии напортачили, и теперь это придется исправлять! Мы долго боремся за этот мир, и скоро он будет нашим.

— Сколько людей завербовали? — спросил Игорь у вернувшегося из Владивостока Славина. — Вы вернулись на два дня раньше срока. Были причины?

Он встретился со своим директором в одной из лабораторий НТЦ, где наблюдал за установкой термостатов.

— Завербовал почти всех для цеха и тех инженеров, которые вам нужны для НТЦ, — ответил Олег Николаевич. — Добрать остальных будет нетрудно, они нам всё равно все сразу не нужны. А вы, я вижу, уже начали оборудовать лаборатории?

— Купили только половину оборудования, его потихоньку и ставим, — ответил Игорь. — Монтажом будем заниматься еще месяц, но начать работу центра можно раньше. В цехе поставили две трети того, что купили, но там осталось намного больше работы.

Пришел вызов по мобильному телефону, и он поспешно снял его с пояса. Звонила жена.

— Ты где? — спросила она. — Нам нужно срочно поговорить.

— Сейчас подойду, — ответил ей Игорь и обратился к Славину: — Нужно ненадолго уйти, а когда вернусь, подробно расскажете о поездке.

Его коттедж стоял в трех минутах ходьбы от центра и был самым крайним в заводском поселке. Отворачивая лицо от холодного ветра, он быстрым шагом добрался до дома и с облегчением снял с себя тонкое пальто.

— Совсем отвык от зимы, — сказал Игорь ждавшей его в прихожей жене. — Еще только плюс пять…

— Потом пожалуешься, — перебила Ларка. — У нас назревает переворот, поэтому нужно срочно решать, что будем делать. Пойдем в гостиную, расскажу подробно.

— Это не назревает, — сказал он, когда девушка рассказала обо всем, что сегодня узнала, — Переворот уже произошел. Нас с тобой признает только один маленький городок, да и то только до тех пор, пока в него не зашли мятежники. Фактически нас уже свергли. Черт, не хочется мне оттуда уходить!