— У меня есть для тебя новости, сладкие сиськи.

— Что бы ты ни собирался сказать, не говори этого.

Телохранитель хватает меня, его рука обхватывает моё запястье, и мужчина притягивает меня к себе. Его член прижимается ко мне, и тело автоматически реагирует. Он шепчет мне на ухо.

— Отношения, отношения, отношения.

— Ты не можешь заставить это слово звучать сексуально, просто прошептав его.

— Нет? — спрашивает он. — Держу пари, если бы я сунул руку тебе между ног, то обнаружил бы, что ты мокрая.

— Ты ошибаешься, — вру я. — На миллион процентов неверно.

— Я никогда не ошибаюсь, — произносит Макс, посмеиваясь и отпуская меня. Отвернувшись от меня, он машет мне рукой, чтобы я следовал за ним. — Ну же. Шевелись, а то будет поздно.

Я догоняю его, жар между ног отвлекает меня, пока иду. Он совершенно не прав. Быть в отношениях не заводит меня. Это последняя вещь в мире, которая могла бы меня завести.

Никаких отношений и уж точно не слово на букву «Л». Единственные счастливые концовки, которые я хочу, это те, которые связаны с оргазмом.

Верно?

Через несколько минут Макс останавливается.

— Вот мы и на месте, — говорит он, указывая на две камеры, надёжно прикреплённые к стволу дерева на берегу реки.

— Что это такое?

— Это я показываю тебе, как нужно хорошо проводить время, — объясняет он, присаживаясь на корточки, чтобы развязать верёвку, обвязанную вокруг ствола дерева. Телохранитель поднимает глаза и одаривает меня улыбкой. Моё сердце пропускает удар, что кажется — настолько всё плохо — когда он находится рядом.

— Тем способом, который не предусматривает моего члена.

— Это хорошее времяпровождение?

— Тюбинг, — отвечает он мне. Макс протягивает мне одну из камер. — Ты хотела знать, чем мы занимаемся в Кентукки летом. Мы сплавляемся вниз по реке и пьём пиво. Я покажу тебе, что такое веселье для нас, простолюдинов.

Я смеюсь.

— Ты не простолюдин. Ты же американец.

Макс фыркает, открывает рюкзак и достаёт пиво. В банке.

— Никакой разницы.

— Поразительно. Пиво продаётся в банках? — размышляю.

— Чёрт возьми, женщина, ты самая защищённая девушка, которую я когда-либо встречал, — говорит он, качая головой, и я ненавижу, что он по-прежнему может думать, что я защищённый сверх привилегированный сноб.

Я выхватываю банку из его руки и открываю крышку, делая глоток и морщась.

— Я не защищена, — с трудом выдыхаю я. — Но даже ты должен признать, что это пиво — помои.

— Тебе повезло, что ты такая чертовски горячая, — комментирует парень, роясь в сумке и доставая что-то, что он натягивает на мою банку пива.

— Это что, презерватив для моей пивной банки?

Макс смеётся.