- Пойми, не всем везет как тебе. У нашего сына нет одноклассника Никиты. Позволь ему самому выбрать место работы.

- Бог с ним, пускай работает, где хочет. Пойми, я просто желаю ему добра.

- Я знаю, именно поэтому ты должен поверить сыну и дать ему этот шанс.

- Хорошо. – опустив голову сказал Иван, - Сейчас пойду и скажу ему это.

- Только будь спокоен, милый, – это «милый» прозвучало как давно заученное и бесконечно часто повторяемое, и потому так же бесконечно, надоевшее.

Иван спустился в прихожую, где и увидел Александра, который собирался уезжать. В руках его был чемодан с вещами.

- Уезжаешь, сынок? – голос Ивана был тихим и спокойным.

- Да, - холодно ответил Александр.

- Что ж, это твое решение. Я не могу тебя держать, поэтому, я отпускаю тебя. Работай, где хочешь.

- Не понял, - удивился Александр, - ты меня отпускаешь? Даешь мне вольную, как крепостному крестьянину?

- Да понимай это как хочешь, - укол Александра был слишком остр для похмельного состояния Ивана, его снова понесло в горячку спора.

- Значит я все-таки твоя собственность? – Александр все больше разгорался.

- Да, - гневно сказал Иван, - ты моя собственность, если хочешь, моя вещь! И я, от всего сердца, добровольно, дарю тебя этому Павлу Андреевичу, этой сраной компании «Сладкие гроздья»! И чтобы духа твоего больше не было в моем доме, даже когда новый хозяин выгонит тебя взашей, и ты будешь побираться по улицам, в поисках двух рублей на кусочек черствого хлеба, даже тогда не смей заявиться в мой дом!

- Ноги моей здесь больше не будет!

Александр буквально вылетел из дома. Лицо его горело, мысли терялись, ноги несли его вдоль дороги в ближайший кафетерий. Он зашел внутрь, и сразу направился к барной стойке.

- Водки, двести грамм, - резко сказал он.

Администратор, молодая девушка, посмотрела на него, потом взглянула более внимательно, остановилась и произнесла:

- Вы же сын Ивана Болотного?

Александра охватил гнев. Даже здесь, в кафетерии, его, прежде всего, воспринимали как сына Ивана Болотного. Он не знал этой девушки, но она знала его из-за его отца. В это время девушка поднесла ему водки.

- Уже нет, - резко ответил Александр на ее вопрос, потом залпом выпил водку и ушел, так и не расплатившись.

Самолет увез его обратно в Питер. Больше Александр не видел своего отца.

Ум

Похороны отца, завершение эксперимента, выявление вреда «чистого» алкоголя – все это не просто утомляло Ивана, он боялся, что сорвется и бросит весь свой бизнес. Но он понимал, что должен быть сильным, что все, что не убивает человека, делает его сильнее. Поэтому он с новым рвением взялся за работу. Не смотря на выявленный вред его продукции, он увеличил производство и заключил договора с иногородними потребителями. Теперь его продукция была известна во всем округе. Многие одобряли действия фирмы и стремление Ивана Болотного работать и зарабатывать. Многие завидовали его успеху, многие хотели присоединиться и ухватить сочный кусок от пирога Ивана Болотного. Новый, винный продукт, пришелся по вкусу многим. Он полностью передавал вкус вина, его цвет, запах, вот только стоил дешевле. Никто не мог понять, в чем особенность производства этих вин. Даже государственные инспекции не могли придраться к процессу производства, все было настолько реально и законно, что ничего нельзя было противопоставить ни фирме, не ее продукту. Иван вертелся как волчок, заключая все новые и новые сделки.

Его помощник, Михаил Грецкий, также работал не покладая рук. Он выпускал все новые и новые виды алкогольной продукции, словно модельер, подготавливая коллекцию к новому сезону. Он устраивал презентации, заключал контракты с молодыми рок-группами, чтобы они рекламировали его продукцию. Разумеется, официальная реклама запрещена, но когда молодежь остается после концерта на банкете своих кумиров и они употребляют именно алкоголь от Ивана Болотного, количество потребителей вырастает на порядок. «Популяризация алкоголя среди молодежи – это превосходная идея» - говорил Михаил, «их слабый мозг еще не способен отличать настоящее вино или коньяк от подделки. Так почему этой подделкой не может стать качественная продукция известной фирмы, к тому же местной!»

Естественно, находились желающие заработать на имени Ивана Болотного и его «чистом» алкоголе, но Михаил жестоко расправлялся с подделками. Здесь действовали не только связи в силовых структурах, но и хорошие отношения с теневыми воротилами. У каждой стороны свои методы работы, и иногда приходится выбирать, какие из методов эффективнее. Поэтому Михаил анализировал ситуацию и, в зависимости от результата, обращался либо к одним, либо к другим. Так же беспощадно он решал вопросы судебного порядка, которые порой возникали. Михаил точно знал, что товар Ивана Болотного может быть смертелен для потребителей, поэтому заранее готовился к возможным судебным производствам по качеству продукции. Он должен был учитывать все возможные ситуации, именно за это Иван платил ему такое хорошее жалование.

В семье же у Ивана все шло под откос. Отношения с сыном были отвратительные. Александр не желал общаться с отцом. Он уже точно знал, что по завершении обучения поедет работать к дяде Паше, в его фирму «Сладкие гроздья». Александр не мог простить отцу тот разговор. Он прекрасно понимал, что отец наговорил это все сгоряча, но сам факт понимания того, что отец считает его своей вещью, не давал покоя его гневу. И ведь наверняка отец также относится к матери! Александр не мог понять, почему она все это терпит. Да, она добрая, нежная, ранимая, но нельзя же во всем потакать отцу. Надо уметь дать отпор.

Лиза давно привыкла к тому, что Ванечка строг, что отдается целиком работе, что задерживается на заводе ночами, что иногда он изменяет ей со случайными женщинами. Ей казалось, что нет никакой разницы, с кем он проводит время на стороне, если возвращается в родной дом. Семья превыше всего, считала она, хотя и видела, что ее семья рушиться, и что не она тому виной. Чувства, которые она ранее испытывала к своему Ванечке, остывали, покрываясь морозной кромкой льда. Стена между ее сердцем и сердцем мужа с каждым днем становилась все выше, как будто ее стоили трудолюбивые китайцы. Лиза терпела все это, стараясь сохранить то единственное, что у нее осталось – семью. Она часто выезжала в гости к своему сыну, Сашеньке, иногда она там встречалась с Павлом. Они втроем мирно беседовали, вспоминая былое. Эти беседы отогревали ее сердце, хотелось улыбаться. Только улыбка всегда омрачалась печалью о Ванечке, таком родном, который слишком отдалился от реального мира и своей собственной семьи. Она говорила, что Ваня поглощен работой, что его фирма растет, что она рада видеть увлеченность мужа этой работой.

Павел слушал ее и понимал, что за всей этой ширмой радости живет плачущее сердце одинокой, красивой женщины. Ему всегда нравилась Лиза, но она была и оставалась женой его друга, хотя теперь уже бывшего. Воспитание не позволяло Павлу даже думать о возможности встречаться с Лизой, его устои были жестокими по отношению к нему самому, и он им подчинялся.

Долгая зима закончилась бурным апрелем, когда снег окончательно растаял, давая свободу молодой траве и толстым почкам. Воздух нес с собой аромат перемен и оживления. Все вокруг несло в себе новую жизнь. Молодежь высыпала на улицы – лавочки по вечерам были заполнены небольшими компаниями, распивающими пиво и поющими песни под гитару. Уже вскоре грянет прекрасный май, освобождающий учеников от школ, выпускников от детства, а девушек от теплой одежды. Совсем скоро парни будут сходит с ума от желания обнять свою прелестницу и увлечь ее в темный уголок, чтобы предаться чарам Бахуса, а пока жил апрель, пробуждающий сонную природу от зимнего умиротворенья.

Александр шел по Невскому, радуясь свежему бризу, доносившему запах моря. Солнце щедро дарило тепло, что не могло не радовать людей, вышедших прогуляться по Невскому проспекту. Размышления о природе и весенней теплоте прервал назойливый телефонный звонок. Александр взял трубку.