- Зря, - прозвучал грубый голос.

Он не открывал рта, вообще никакого движения на лице. Голос просто прозвучал. Мунаши нахмурился. Очень редко он встречал сильных противников, и предпочитал быть с ними вежлив.

- Что? – спросил он.

- Зря ты узнал. Теперь вы не уйдете.

Смысл был очевиден, Кьюджин хотел сохранить инкогнито. Мунаши растянул рот в улыбке.

- Ты думаешь, никто не узнает?

- Мое имя знает моя команда и вы. Остальные уже мертвы.

- Разрушение… - открыла рот Асакура.

- Это захолустье, гражданская война. Мало ли кто здесь сражался, - оборвал ее Палач, - Но ты подписал приговор своей команде.

Мунаши не успел ответить. На какой-то миг взвыло чувство опасности, а затем сразу исчезло, и Кьюджин сдвинулся, начиная атаку. Мечник понял расклад сразу, ускоряясь и хватая напарников за руки, чтобы тут же бросить их назад, в пролом, тем самым вышвырнув наружу. Кьюджин решил выбить сначала слабых противников, что, в общем-то, было логичным ходом. Однако противник, исчезнув, вновь появился прямо перед ним, с занесенной для удара ногой. Мечник сгруппировался, не успевая уклониться или блокировать удар. Прямой удар ноги выбил его из здания, пробив несколько перекрытий и стен, и вбил в искореженный боем камень двора Храма. Сильный удар, не смертельный, но сильный.

- Мечник – мой. Остальных – убить, - скомандовал Кьюджин.

Мунаши дернулся, терять напарников, практически учеников, не хотелось. Они были сильны, вот только и противников было много. Но отвлечься не дало чувство опасности, заставившее отскочить в сторону. В место, с которого он только что отпрыгнул, приземлился Кьюджин, но не довел атаку до конца.

Мечник взмахнул Шибуки. Один из Семи Великих Мечей. Клинок метровой длинны, толстый, заточенный с обоих сторон, и покрытый небольшими порами. Клинок постоянно поглощал природную чакру, и, по желаю хозяина, из пор вытекали капли концентрированной, превращенной в густую жидкость, чакры, готовой в любой момент взорваться. Капли могли сорваться с клинка в момент блокирования атаки, когда враг останавливал удар клинка своим клинком или доспехом, но капли срывались с поверхности и оседали на теле противника. Или можно было просто взмахнуть клинком, чтобы капли повисли в воздухе и взорвались, когда к ним приблизиться противник. Именно так сейчас сделал Мунаши, создав между собой и Кьюджином стену из брызг.

Но Кьюджин лишь вырвал из земли большой кусок камня и швырнул в Мунаши. Камень собрал капли на своей поверхности, но не детонировал их. Мунаши сместился в сторону, пропуская камень мимо, и уже ждал атаки сеннина. Мечник ждал, что Кьюджин использует свою технику. Глядя в темные провалы глазниц, он мечтал о такой атаке. Атаке, которая напитает его клинок силой.

Но сеннин на миг исчез, вновь появляясь ближе и в стороне от стены. "Снова сближается" – понял Мунаши. В способности противника бить очень сильно мечник не сомневался. Но на этот раз ему не нужно выводить союзников из-под удара. Мечник взмахивает Шибуки по широкой дуге, не забывая выпрыскивать капли и за своей спиной, по всей траектории пути клинка. Не зря. Кьюджин растворяется, и появляется уже за спиной мечника. Мунаши ухмыляется, прежде чем детонировать капли. Направленный взрыв, ударная волна летит во все стороны, но не задевает его самого. Идеальная защита. Почти. Кьюджин блокирует ее, лишь на несколько мгновений замедляясь, но поглощая весь удар, и продолжает свою атаку.

Мунаши успевает развернуться и подставить под удар Шибуки. Клинок поглощает энергию атаки, поглощает сенчакру, и на его поверхности появляются уже не просто капли, а целый слой влаги. Сеннин отпрыгивает, но Мунаши взмахивает клинком вдогонку, и в полет отправляются не капли, а сгустки взрывоопасной жидкости. Кьюджин вскидывает руку, и тонкий луч чакры врезается в центральный сгусток, детонируя его, а за ним и соседние сгустки.

Взрыв, сопоставимый с ниндзютсу "А" ранга, разносит двор. Направленный взрыв, детонация все равно направляет всю энергию на сторону противника. Однако в тот же момент из поднятой пыли вылетает луч чакры. Мунаши подставляет клинок, с радостью ощущая, как Шибуки напивается чакрой. Но луч сразу пропадает, а мечник снова покрывает клинок слоев влаги, готовясь ее использовать. Ха, сеннин! Мунаши даже не начал пользоваться своими собственными техниками.

Дым и пыль резко разошлись, когда сквозь них проскочил сеннин. Миг, и он снова растворяется, сближаясь, атакую в лоб. Мунаши делает замах, оставляя вокруг себя капли для защиты, и Шибуки врезается в занесенный для удара кулак Кьюджина. Капли начинают детонацию, но сеннин снова исчезает, появляясь немного в стороне. Взрыв уходит в сторону, Кьюджин атакует, Мунаши замахивается клинком, и снова меч врезается в кулак, миг, начало детонации, и сеннин вновь отступает. Взрыв, новая атака, с другой стороны. Кьюджин в бешенном темпе атакует и отступает, каждая атака сопровождается взрывом. Мунаши не боится устать, Шибуки может продолжать это бесконечно. Но он чувствует подвох.

Новая атака, сеннин появляется рядом с Мунаши, замах клинка, капли летят в Кьюджина. Но вместо блока меч врезается в руку сеннина, отчего та рассыпается. Удар приходиться чуть ниже запястья, и срубает его. Но само запястье, покрытое каплями, летит в Мунаши. И детонация уже началась. Нет! Слишком близко. На такой дистанции направленный взрыв не спасет, мечника все равно заденет.

Усилием воли Мунаши останавливает детонацию, и в его грудь врезается удар ноги, от которого хрустят ребра. Мечник отлетает в сторону, но переворачивается в воздухе, касаясь ступнями земли и замедляя полет. Он поднимает взгляд на сеннина, пожертвовавшего ладонью ради одной атаки. Но на его глазах ладонь вырастает обратно, формируется из пыли. Пара секунд, и Кьюджин сжимает и разжимает пальцы руки, выглядящие так же, как и до боя. А Мунаши морщиться, чувствуя, что сломал пару ребер. Одновременно отменить детонацию и сгруппироваться он не успел.

- Значит, клинок не может одновременно поглощать чакру и выделять ее, - констатировал Кьюджин.

Мунаши оскалился. Не может. На переключение требуется мгновение. Но одновременно делать и то и другое нельзя.

Кьюджин вновь исчез, и появился в десятке метров от Мунаши. Вскинул руку, с которой сорвался луч сенчакры, короткий, кратковременный, но заставивший мечника блокировать атаку. Затем еще один, и еще. Кьюджин быстро шел вперед, постоянно заставляя Мунаши защищаться от лучей сенчакры. Мечник, понимая ситуацию, сложил свободной рукой печать концентрации и плюнул в противника сгустком воды. Но Кьюджин просто проигнорировал слабую технику, продолжая наступать. Мунаши отступал, пока не уперся спиной в стену. И неожиданно следующий луч чакры улетел не в него, в куда-то наверх. Мечник воспользовался моментом, сбросив накопившуюся чакру и выпрыснув ее на противника. Несколько крупных сгустков, способных половину храма разрушить, вылетают в сеннина. Тонкий луч чакры врезается в один из сгустков. Детонация.

Сродни сработавшей технике "S" ранга, взрыв, сотрясает землю. Столб пламени ослепляет. Жар даже от направленного взрыва обжигает, заставляя Мунаши покрывать тело слоем воды для защиты. Рев пламени оглушает. И мечник, помня о том, что Кьюджин зачем-то направил луч вверх, оглядывается. На него падает срезанный лучом кусок конструкции, грозясь завалить. Не слишком большой и не слишком тяжелый, для дзёнина не страшный, но все же стоит его убрать.

Мунаши складывает свободной рукой печать концентрации и выплевывает сгусток воды, сбивающий обломок над головой, разрывающий его на части. В этот момент грудь пробивает боль. Мунаши содрогается всем телом и опускает взгляд единственного глаза вниз. Дыра. В его груди, прямо на месте, где должно быть сердце, дыра. Сквозное отверстие, в которое может пройти рука.

- К-к-а-а-а-к-к? – выдавил мечник, падая на колени…

Кьюджин опустил руку. Быстро выйти из зоны поражения оказалось непросто, бабахнуло знатно. Весь бой он с трудом улавливал местоположение противника. Клинок. Клинок вытягивал сенчакру и окружающего пространства, и был как слепая зона для сеннина. Слишком расплывчатая слепая зона, чтобы по ней можно было ориентироваться. Противник мог держать клинок на вытянутой руке, в стороне от себя, перед собой или над собой, поэтому определить его местоположение было сложно. Но не в моменты, когда мечник использовал свои собственные техники. Кьюджин не был уверен, собьет Мунаши падающий на него кусок камня, или отойдет в сторону. Сбил, тем самым выдав свое местоположение. Оставалось лишь атаковать.