волновать, кто моя подружка.

Поджав губы, Чарли движется к выходу, когда его нагоняет голос Ричарда.

-Ты всегда таким был.

Стакан в руках Чарли начинает дрожать, вода выплёскивается на пол, и молодой человек с

трудом берёт себя в руки, медленно оборачиваясь к названому отцу.

-Каким?

-Тебя всегда тянуло к светлому. Яркой лампочке в гараже, маленькому ёжику, котёнку, щенку. Только лампочка обжигала, ёжик кололся, кошка царапала, а собака кусала.

Форс усмехается.

-И к чему это? Хочешь сказать, что Скай, это воплощение зла? Ричард тебе бы проверится, везде уже видишь угрозу, может у тебя и новорождённые младенцы в роддомах рыдают

чёрными слезами?

Ричард устало вздыхает, усаживаясь за стойку бара.

-Мне текилу. – Обернувшись к Чарли, он кладёт руки на колени. – Ты не понимаешь

Чарли. Николь была… понятной, она хотела поиграть тобой, почувствовать себя любимой, желанной, а потом, наигравшись бросить. Валери была слабым, но всё же противоядием

Николь, или антидотом. Сотни безмозглых шлюшек были твоим обезболивающим в

перерывах между принятием антидота. А вот Шайлер… кто она? Яда Николь в тебе

больше нет. Выходит, она новое чувство? Новая змея?

Форс стискивает в руках стакан так сильно, что тот начинает нагреваться, ещё секунда и

вода забурлит, будто при кипячении.

-Заткнись.

241

-Заткнись? И всё? Чарльз Форс потерял своё красноречие? Я ожидал услышать столько

слов, а в ответ лишь жалкий писк.

Чарли резко подаётся вперёд, перед глазами всё полыхает алым пламенем, стакан в руке

становится невыносимо горячим сгустком энергии.

Он почти не осознаёт, что делает, когда швыряет его в Ричарда.

Стакан пролетает над головой у мужчины и разбивает бутылку текилы.

-Эй! – Выкрикивает бармен. – Ты хоть знаешь, сколько она стоит?!

Улыбнувшись, Ричард качает головой и, осушив одним глотком стопку, ставит её на

стойку.

-Надо же, выходит она не просто игрушка?

-Какого чёрта та лезешь в мою жизнь?! – Чарли хватает Ричарда за ворот пиджака,

мужчина судорожно сглатывает, заглядывая в безумные глаза воспитанника. – Оставь меня

в покое! Это будет последний твой проект, в котором участвую я! С меня хватит! Больше

никогда не смей даже упоминать обо мне в своих интервью!

-Так, теперь ты запрещаешь мне говорить о тебе?! А кто дал тебе всё это Чарли?! Кто

сделал тебя человеком, о котором говорят?!

Форс бросает полный презрения взгляд на Ричарда.

-Клянусь всем, что имею, если бы я мог, лучше бы сдох там, на вокзале, чем слушал

сейчас от тебя это. Я ненавижу то, что обязан тебе. Ненавижу тебя за то, что ты в меня

поверил, ненавижу за то, что ты считаешь, будто можешь играть моей жизнью. Ты больше

ничего не решаешь! И никогда не будешь решать! Пошёл к чёрту!

Резко отпустив мужчину, Чарли бросается к выходу из бара.

-Ты же смешон! Я твой, чёрт возьми, счастливый билет! Без меня ты никто! – Лицо

Ричарда краснеет, на шее надуваются жилы. – Ты ничтожество! Скажи своей подружке, что я сверну сериал! Пошло всё к чёрту! Рейтинги, деньги, хватит с меня! Всё кончено!

7 глава

- Здравствуй Америка, сегодня с тобой как обычно воскресный вечер, и я Сэнди Дженкин.

Девушка разводит руками, как бы ожидая овации за голубым экраном, будто скрывавшим

от неё зрителей.

Она каждую неделю, как заведённая игрушка повторяла одну и ту же фразу. Как будто

Америка могла поздороваться с ней в ответ, а обыватели забыли о том, что сегодня

воскресенье.

-Итак, премьера второго сезона сериала: «Кто, если не я?» прошла в сумасшедшем ритме!

Каждый из нас видел, как Чарльз Форс официально объявил себя парой с Шайлер Адамс.

– Сэнди отчаянно хочется прокомментировать сложившуюся ситуацию и сказать о том,

что Форс пережуёт Шайлер, как стиральная машина новый кашемировый свитер, но она

лишь ледяная статья газеты, сухо повествующая о фактах. Как только она впервые

появилась в студии, режиссёр сказал лишь одну фразу: «Никому не интересно, что

думаешь ты. Оставь своё мнение при себе для любопытных родственников».

-Поздравляем влюблённую парочку, наша программа побывала на премьере и смогла взять

одно из бесценных интервью Чарли и Шайлер. Внимание на экран.

***

Взрослые всегда что-то выбрасывали.

Еще одно большое их отличие. Дети любят сберегать свои вещи.

Джулиан Барнс.

-Ты готов? – Ричард широко улыбается, смотря на крохотного мальчишку, мельтешившего

у него под ногами. Выглядит он забавно, крохотный чёрный костюмчик на тощем тельце, рукава слишком длинные, а брюки слишком широкие, от чего смотрятся несуразно.

-У меня рукава длинные.

242

Опустившись на корточки, Ричард загибает Чарли рукава, тот с открытым ртом взирает на

чудесное действо превращения его пиджака.

-Теперь порядок парень?

Чарли энергично кивает, бодро улыбаясь. Ричард видит, как мальчика бьёт мелкая дрожь, и, взяв его за руку, тянет к выходу.

- Идём, Челси нас ждёт.

-Ричард… - Робко лепечет Чарли, кусая губу.

-Да? – Ричард вновь наклоняется, его взору предстают большие серые глаза, единственное

пятно, выделявшееся на бледном лице мальчика.

-А можно… мне будет поиграть с Касси?

Тяжело вздохнув, Ричард слабо улыбается в ответ. Челси совершенно обезумела в желании

уберечь дочь от будущей крохотной звезды.

-Я что-нибудь придумаю, обещаю.- Ричард делает судорожный вздох, сегодня премьера.

Фанаты книги, журналисты, папарацци, на дорожке, выстланной перед кинотеатром, будут

все.

От мыслей о фильме у Ричарда вспотели ладони, а если у него не вышло? Вдруг никому не

понравится и он раз и навсегда останется режиссёром, попытавшимся экранизировать

книгу, но получившего полный провал?

-Ричард, идём? – Голосок Чарли заставил мужчину улыбнуться. Вот его надежда.

Чарли.

Он настоящий актёр, Джейми это он от макушки до кончиков пальцев.

Он верит в него, верит как ни в кого другого.

-Конечно малыш, вперёд. Представим тебя большому миру.

-Ты сошёл с ума! Это полный бред!

-Может, это лишь очередной всплеск гения? Может, ты хочешь больше денег?

-Или тебе нужна разрядка? На пару дней слетай на Багамы, ни о чём не думай.

-Выпей Махито.

-Да…. На Багамах делают отличный Махито.

-Нет! – Крик Ричарда заставил продюсеров вздрогнуть.

Их было четверо.

Каждый из них отвечал за сериал, как за собственного ребёнка.

Поэтому, когда Ричард решил свернуть его, идти нужно было именно к ним. Если они

позволят закончить съёмку, это финал. Плевать на телеканалы по всему миру, зрителей, рейтинги, деньги, эфиры, всё будет конечно.

Смахнув невидимую пылинку с плеча, один из продюсеров поджал губы, он бросил

быстрый взгляд на соседа, но тот, кажется, совершенно впал в ступор от слов Ричарда.

-Ричард… послушай, но это же бред. Зачем нам сворачивать сериал, когда мы так

популярны? Я понял, если бы ты захотел снять ещё один сезон, я бы даже тебя поддержал.

-Да, да именно. – Пробормотал мужчина в длинном, тёмно-зелёном галстуке, едва ли не до

колен.

-Вы не понимаете. – Ричард судорожно вздыхает, пытаясь взять себя в руки. – Актёры

совершенно не выносимы. Я не могу с ними работать.

Раздражённо закатив глаза, один из продюсеров подался вперёд.

-Ричард, это часть твоей профессии. Да, порой они бывают, невыносимы, они все

Нарциссы, самовлюбленные шизофреники. Могут устроить истерику по поводу и без, но

ты же был с Форсом с детства, он тебе как сын.

-Он мне не сын. И он хуже всех,- процедил Ричард сквозь зубы.

-Может нам просто взять другого режиссёра? – Подал голос продюсер, сидящий в самом

углу помещения, он будто и не принимал участия в какофонии голосов вокруг, Ричард