- Осмелюсь предположить, что ей все равно, Джейк. Но…

Джейк перебил меня.

- У них есть работа, они ее выполняют. На сцене. Это не делает их доступными для всех. Там позади - их пространство. В нем они чувствуют себя в безопасности. Они сами решают, кому себя показывать, а не мои парни. Ей, может, и плевать, но мне-то нет. Если мои парни, которые работают с ними, не могут проявить уважение, как я должен донести это до клиентов?

- Отличная мысль, - констатировала я.

Джейк усмехнулся.

- Могу я задать тебе один вопрос?

- Можешь спрашивать меня о чем угодно, Лисичка.

Я снова кивнула.

Потом я задумалась, стоит ли мне делать то, что я собираюсь.

Я посмотрела в глаза Джейка, которые смотрели прямо в мои, и подумала обо всем, чем он поделился со мной за очень короткий промежуток времени. Он не стал сдерживаться. Не стал утаивать. Не стал увиливать. Он хотел, чтобы я узнала его, и он начал делать это с самого начала.

Таким образом, я ощущала себя в безопасности, чувствуя, что между нами нет ничего, кроме того, что мы еще не успели разделить.

И я была относительно уверена (относительно), что он не хочет, чтобы между нами что-то стояло.

Тем не менее, сделав так, чтобы между нами ничего не было, мне придется научиться «обращаться» с этим.

И сделать это с умом.

- Ладно, тогда гипотетически, - осторожно начала я, не сводя с него глаз, но на этот раз облизала губы по другой причине, а затем продолжила. - Скажем, случилось бы что-то такое, что, как я знала, тебе не понравится. Если такое произойдет, лучше тебе не говорить, так как я знаю, что тебе это не понравится. Или я должна сказать, потому что ты достаточно откровенен и хочешь подобного в ответ?

Когда я закончила говорить, казалось бы, его осанка не изменилась, но она изменилась.

Резко.

И не в хорошем смысле.

По-видимому, я не очень хорошо справлялась.

- Что случилось? - спросил он отрывистым голосом.

- Я говорю гипотетически, - напомнила я ему, и это было правдой.

Но это было не так.

- Что случилось? - повторил он.

- Джейк… - начала я, но больше ничего не смогла произнести.

Его пальцы исчезли с моего пояса и обвились вокруг моей руки.

Потом меня стянули с барного стула и потащили через клуб.

Дверь в его кабинет находилась сбоку, и он повел меня прямо туда. Там была панель с кнопками, которая отпирала дверь, и когда мы приблизились, он без промедления поднял палец, чтобы ткнуть в цифры.

Экран клавиатуры загорелся зеленым, и Джейк толкнул дверь.

Мы побывали там раньше, и я заметила, что его офис был довольно просторным и довольно приятным. На полу лежал толстый ковер с привлекательным рисунком в синих, черных и бежевых тонах, но красный цвет преобладал. У одной из стен стояла роскошная черная кожаная кушетка. Темно-синие кожаные кресла перед большим, но не слишком громоздким деревянным столом.

Здесь было не так много личных вещей, ясно, что он не проводил там много времени, находясь лишь по делам, и поэтому не беспокоился о декоре. Но он все равно сделал это место приятным.

Кабинет был также на четыре ступени выше, так что из большого одностороннего окна, выходящее в зал клуба, открывался вид сверху, и его не загораживали посетители.

Кроме того, кабинет был в основном звукоизолирован. Не полностью, музыка была слышна, но как только дверь закрывалась, значительно приглушалась.

Именно это и произошло в тот момент. Дверь за нами захлопнулась, музыка стала не такой громкой, и Джейк потащил меня вверх по лестнице и по ковру к своему столу. Он поставил меня лицом к себе и отпустил мою руку, вставая передо мной, спиной к столу, и скрестив на груди руки.

Он повторил:

- Что случилось?

- Ты оставил наши напитки в баре, Джейк, - сказала я ему, и должна была признать, что этим я хотела выиграть время. Он вызывал у меня некоторое беспокойство.

- Что... случилось? - снова повторил он.

Я изучала его долгое мгновение (надо сказать, выигрывая больше времени), затем начала:

- Во-первых, могу ли я сказать, что Алисса посоветовала мне, что я не должна…

Джейк перебил меня.

- Детка, то, что работает у Алиссы, а я догадываюсь, как это происходит, и как обстоят дела у нее и Джуниора, - это не мы. Мы не Алисса и Джуниор. Ты уж точно, черт возьми, не Алисса. И то, как я веду себя с тобой - это не то, как ведет себя с ней Джуниор.

- Но у них, кажется, очень крепкие, здоровые отношения, - заметила я.

- Так и есть. Но у Алиссы хорошая семья, все живы, любят ее как сумасшедшие, поддерживают и всегда поддерживали. Потом она младшая и получала этого гораздо больше. У тебя была Лидия. Это все, что у тебя было. Пока ты не получила меня. Но ты получила меня, когда потеряла ее. Итак, если у Алиссы за всю ее жизнь с надежным фундаментом случается какая-то херня, она может это принять. Или, если ей этого не удается, у нее есть много людей, к которым она может обратиться.

Как у Алиссы были свои соображения, так и у Джейка - свои.

- Итак, Джози. - Он наклонился ко мне. - Что случилось?

- Сегодня в Лавандовый Дом приходил Генри и уволил меня, - выпалила я.

Джейк моргнул.

Затем он откинулся назад, далеко назад, упершись о край стола, и отрезал:

- Гребаный мудак.

- Я все равно собиралась уходить, Джейк, - напомнила я ему.

- Это не делает его меньшим мудаком, - ответил Джейк и продолжил: - К черту его. Подай на него в суд. Собиралась ты уходить или нет, но ты не давала ему повода тебя увольнять. Ничего не поделаешь, это незаконное увольнение. Прижучь эту задницу.

- Он дает мне почти двухгодовую зарплату в качестве выходного пособия, - объяснила я.

- Требуй вдвое больше, - огрызнулся Джейк.

- Это не должно быть еще неприятнее, чем есть сейчас, дорогой, - мягко сказала я. - Мы продолжили разговор, и хотя он начался враждебно, но не закончился таким образом. Вместо этого, он стал печальным. Он очень заботится обо мне…

- Если бы заботился, то не уволил бы тебя.

- Пожалуйста, послушай, - прошептала я.

Джейк закрыл рот.

- Мы... ну, мы поделились довольно многим и с нашей историей, я полагаю, ты можешь понять, что мы оба упустили возможность и потратили впустую много времени и, очевидно, прийти к этому пониманию будет больно для нас обоих. А теперь, когда я двигаюсь дальше, когда я счастлива, мне трудно это принять. Он просто теряет меня. Я тоже теряю его, это больно, но у меня есть то, что облегчает этот процесс. У него этого нет.

Джейку нечего было сказать на это, и я решила принять это как согласие, что он понял.

- Итак, хотя разговор начался на трудной ноте, закончился на печальной. Я верю, что через некоторое время мы сможем возродить то, что у нас было. Тем не менее, мы договорились, что не будем делать этого со мной в качестве его работника. Это было бы слишком тяжело для нас обоих.

- Хорошо, - буркнул Джейк.

Я поджала губы.

Джейк прищурился, глядя на мой рот, потом перевел взгляд на мои глаза.

- Есть что-то еще?

- Ну... - сказала я и замолчала.

- Чтоб меня, - пробормотал Джейк и резко спросил: - Что?

- Ну, я бы... то есть, я думаю... эм, честно говоря, я не знаю…

- Джози, детка, что? – оборвал Джейк.

- Думаю, он просто хотел увидеть, попробовать использовать последний шанс, но... - я сделала глубокий вдох и объявила: - он поцеловал меня.

Гнев Джейка наполнил комнату, и я с некоторым беспокойством наблюдала, как его тело, от макушки до пят, даже прислонившееся к столу, стало совершенно неподвижным и очень беспокойным.

- Что? - прошептал он.

- На самом деле это был прощальный поцелуй, - быстро сказала я.

- Если бы это было так, ты бы не сочла нужным сказать мне, - парировал он, а затем спросил: - он проник внутрь?

Я сжала губы вместе.

Брови Джейка сошлись на переносице.

- Ты впустила его внутрь? - он перешел на зловещий шепот.

Возможно, Алисса была права.

По крайней мере в этой части.

- Это было прощание, Джейк.

Он уставился на меня. Я стояла и позволяла ему. Мне не понравилось выражение его лица. Оно пугало меня, и не потому, что было устрашающим. Потому что это был гнев, а Джейк сказал мне только за день до этого, что когда мужчина ранен, это выходит через гнев.

- Джейк…

- Никогда больше так не делай, - тихо сказал он.

Я сглотнула.

- Этот рот мой, - продолжал он так же тихо.

Я молча кивнула.

- Больше никогда, Джози. Плевать, кто это, какая у тебя история, насколько напряженная ситуация, как ты переживаешь за парня. Этот рот - мой.

Не думаю, что было бы разумно указывать на то, что Генри был единственным мужчиной, которому я позволила бы это сделать, и только в то время, в той ситуации, и никогда больше. Я сочла разумным согласиться.

- Хорошо, дорогой, - прошептала я.

- Иди сюда, - приказал он.

Я сочла благоразумным отправиться туда и сделать это немедленно.

Он раздвинул ноги и наклонился, дергая меня на себя, так что я оказалась между ними, врезавшись в него телом, а его руки сомкнулись вокруг меня. Я откинула голову назад, посмотрев на него.

- Никогда ничего от меня не скрывай, плевать, как, по твоему мнению, я отреагирую. Я буду реагировать так, как реагирую. Я никогда не причиню тебе вреда при этом. Но у меня достаточно опыта в том, что не работает между мужчиной и женщиной, чтобы знать, что держать дерьмо друг от друга - это большая гребаная часть этого опыта.

- Ладно, - согласилась я.

- Итак, если этот парень снова свяжется с тобой, ты мне скажешь.

- Хорошо, - повторила я.

- Если кто-то тебя достает, расстраивает или еще что-нибудь, это ты мне тоже скажешь. Мне плевать, если ты думаешь, что это ерунда, будь то чей-то грязный взгляд в продуктовом магазине, от которого у тебя мурашки по коже. Ты, черт возьми, мне говоришь.

- Ладно, Джейк.

Его руки напряглись, и он приблизил свое лицо.

- Каждый сантиметр тебя, снаружи, и любой способ, которым можно проникнуть внутрь тебя, детка, физически или эмоционально, принадлежит мне. Ты не делишься этим. Никогда.

Я уже согласилась с этим (по сути, он добавил новые вещи), но было ясно, что ему нужны дополнительные гарантии, поэтому я снова сказала: