– И там было про сахар? – хвостик Шнырка приподнялся и изогнулся в форме вопросительного знака.

– Об этом я и говорю. Сначала, конечно, я не понял: продукты питания, сам понимаешь, не моя специализация. Я больше по… – адвокат на мгновение задумался, потом решительно продолжил: – По терроризму. Бомбы там, взрывчатка всякая… ну, ты понимаешь.

– Ух! – не то согласился, не то восхитился Шнырок. Цапнул оставшийся стакан и присосался к нему.

Хокк тоже смочил губы уставился на спецагента. А ведь паренек на выпивку слабоват – вон, и глазки уже с трудом фокусирует, и хвостик не по делу дергается. А что, если?.. Хм. Идея, конечно, не самая гениальная, но почему не попробовать? Тем более, что ничего другого в голову все равно не приходит.

– А знаешь, я сейчас подумал, – он поднял свой стакан, – давай выпьем! За нас, за спецагентов!

Шнырок оторвался от коктейля и бодро отсалютовал:

– За спецагентов! За нас!

После чего, одним махом проглотил остатки и с недоумением посмотрел на поднос:

– А где?

– Надо бы повторить, – мягко подсказал Хокк.

– Точно! Дымок, повтори!

Поднос, пущенный слегка дрожащей рукой, полетел в сторону барной стойки, и теперь уже Длинну пришлось пригнуться, чтобы не получить в лоб. А Шнырок, выкрикнув заказ, так же громко обратился к Реджинальду:

– Бомбы, говоришь? Взрывчатка?

– Ч-ш-ш-ш! – прошипел адвокат. – Ты чего орешь? Секретная же информация!

Длинн, который уже разинул рот, чтобы обругать косорукого младшего черта, услышав про бомбу и не сознавая что делает, схватил со стойки очередной стакан, подсунутый услужливым Дымком, выпил и закашлялся.

– Что это? – просипел он через полминуты, когда снова вернулась возможность говорить.

– Думаете, слишком жесткий вкус? – деликатно ушел от ответа Дымок. – В общем, все ингредиенты чисто природного происхождения: дубовая кора на чистом спирте, мед, капелька домашней аджики, кокосовое молоко, вытяжка мяты перечной… Хотел добавить немного мускатного ореха, но мне, по случаю, удалось достать настоящей махорки, самосад, представляете? Так я сам смешал ее с брэнди пятнадцатилетней выдержки и настаивал, с вишневыми косточками, два месяца… – он, с сомнением, посмотрел на багрового, тяжело дышащего Длинна и спросил: – Вы считаете, что вишневые косточки были лишними?

Ответить Длинн не успел, в бар вломились Харрамух с Минисиахом. Точнее, Минисиах с Харрамухом – хотя всю дистанцию зам по учету лидировал, на последних метрах зам по маркетингу сделал мощный рывок и именно его копыто первым стукнуло по черной, с серыми разводами, кафельной плитке, которой был выстлан пол в баре.

– Стоять! – рявкнул Харрамух.

– Не двигаться! – команда Минисиаха прозвучала на долю секунды позже, зато намного громче.

Реджинальд замер.

«Неужели все? Неужели не успел? Такая изящная интрига, столько сил приложено, столько ума, столько таланта… ведь остались сущие пустяки: улизнуть от этого тупого спецагента, добраться до отдела кадров, а там… не успел. Сейчас эти двое меня прикончат и … и все?»

Длинн и Шнырок, в отличие от адвоката, ничего не понимали, но тоже, послушно застыли. А вот Дымок приказа старших по званию не выполнил. Во-первых, он вообще медленно реагировал (потому и карьера его в отделе ассимиляции не задалась), а во-вторых, когда в его бар ввалились демоны, Дымок держал в руках поднос с двумя стаканами «Особого». Демоны с порога начали орать и Дымок, растерявшись, вместо того, чтобы отправить заказ клиенту, швырнул поднос в сторону двери.

Минисиах успел увернуться, а Харрамух, неожиданно ловко поймал необычный метательный снаряд. Посмотрел на коктейли, на Шнырка с Хокком, потом перевел задумчивый взгляд на Минисиаха. Тот нахмурился и не менее задумчиво уставился на врага, ставшего на время партнером.

Хокк выдохнул. Похоже, немедленная смерть ему не грозит. Очевидно, демоны, по каким-то своим причинам, не желают убивать его в присутствии свидетелей. Это хорошо… нет, это очень хорошо, просто прекрасно, это полностью меняет весь расклад!

А Харрамух с Минисиахом все смотрели друг на друга. До сих пор они думали только о том, как найти вредного адвоката. Главное – найти, а потом, не задерживаясь, ликвидировать! А что получилось? Вот он, Хокк, сидит за столиком, наглая морда! Казалось бы, щелкнуть пальцами, и этот адвокатишка мелким пеплом по кафелю рассыплется… но не делать же это на глазах спецагента. Мутный он какой-то, и история его, про сахар, тоже мутная – кто знает, чем этот Шнырок на самом деле занимается? Да еще старший черт Длинн здесь, и бармен… уничтожение туземца придется объяснить, причем объяснить сразу и убедительно. А как?

– Извините, – Дымок робко выступил из-за стойки. – Но это заказ вон для того столика. Вы позволите?

Харрамух не позволил. Неловко держа поднос, он промаршировал к столику. Минисиах молча последовал за ним. Не спрашивая разрешения, демоны придвинули стулья и уселись: Харрамух напротив Шнырка, а Минисиах напротив Хокка.

– Ага, значит, сюда еще два «Особых Дымковских», – сделал вывод Дымок и вернулся за стойку. – Этот коктейль становится популярным, – похвастался он Длинну. – Не желаете отведать?

Длинн, уставившийся на столик в углу, машинально кивнул, и Дымок взялся за дело. А старший черт таращился на странную компанию и мучительно пытался хоть что-нибудь понять. Два демона, младший черт – агент службы безопасности и… и не пойми кто, дикий абориген с дикой Сельны! Сидят молча, смотрят друг на друга, а чего смотрят? Поднос с напитками на столик приземлился, а они даже не вздрогнули, не моргнули! Гипнотизируют они друг друга что ли? Длинн шевельнул пальцами и коснулся прохладного стекла. Что это, стакан? Ах да, бармен что-то говорил про «Особый Дымковский»! Надо попробовать, может, тогда в голове прояснится хоть немного?

И старший черт, под одобрительным взглядом Дымка, припал к стакану с живительной влагой.

А за столиком царило напряженное молчание. Харрамух пытался сообразить, как увести жертву (он воспринимал адвоката исключительно, как жертву) в тихое место и ликвидировать, но ничего лучше, чем положить адвокату на плечо тяжелую ладонь и многозначительно пробасить: «Пройдемте», заместителю начальника торгового отдела по учету не приходило.

Минисиах тоже думал, но он хотел, наоборот, удалить с места действия лишних персон – бармена, Длинна и спецагента-Шнырка. Сам Шнырок, растерянно поглядывал на мрачных демонов. Ему очень хотелось сделать глоточек «Особого Дымковского», но тянуться к стакану без дозволения старших по званию было как-то неловко. А предложить Минисиаху и Харрамуху выпить вместе с ним – еще более неловко.

Молчание нарушил Реджинальд Хокк, которого, наконец, осенило.

– У меня все задокументировано! – громко и уверенно объявил он. – С самого первого момента! – Бросил короткий взгляд на Шнырка и, специально для него, чтобы внести как можно большее смятение в ряды противника, добавил: – И каждый грамм!

Неожиданно, Хокку помог Длинн, незаметно подтянувшийся к столику.

– А еще он говорил про бомбы и про взрывчатку, – наябедничал старший черт и сделал большой глоток «Особого Дымковского». – Я сам слышал, так и сказал: «Бомба» и «Взрывчатка».

Строго говоря, Длинн слышал слова не адвоката, а Шнырка, но сейчас это не имело для старшего черта особого значения. Впрочем, для собравшихся за столиком, тоже. Харрамух пожал плечами, Минисиах дернул головой, словно отмахиваясь от назойливой мухи, а Шнырок его просто не услышал. Все внимание спецагента было сейчас сосредоточено на Реджинальде:

– Документация по сахару? – пискнул он. – На все семнадцать тонн? Где она?

– Все бумаги я спрятал, – многозначительно произнес Хокк. – Очень хорошо спрятал. Пакет запечатан моей личной печатью, адвоката категории «СИ» и в случае моей преждевременной гибели или исчезновения…

– Где пакет?

Харрамух спросил тихо, но таким голосом – адвокат сразу пожалел, что упомянул преждевременную гибель.