Дзирт очень хорошо знал, что за этим последует.

Он отправил стрелу в полет, сильно промахнувшись, так как он уже был в движении, когда, поднявшись со своего насеста, сразу же отпустил тетиву. На самом деле, он выпустил ее больше с целью освободить лук, чем с какой-либо другой.

Дроу спешил вперед по веткам, ловко балансируя, пока убирал магический колчан, а затем и лук за плечи, и к моменту, когда он достиг конечной точки и тонкие ветви начинали гнуться под его весом, он уже держал в руках скимитары.

Дерево взорвалось за ним, огненный шар мага превратил вечерние сумерки в полдень. Это был не просто оглушающий взрыв, хотя Дзирт хотел бы этого, потому что воздух вокруг моментально стал закипать и жалить языками пламени. Теперь дроу воспользовался упругостью веток, прыгнув вверх и в сторону, в попытке убежать.

Лишь магические поножи спасли его от ужасных повреждений из-за сильнейшего взрыва — не новичок был этот маг! Без магического ускорения шагов этот огненный шар полностью настиг бы Дзирта, не приведя ни к чему хорошему.

И хотя темный эльф выбежал из зоны этого взрыва, он оказался более чем в двадцати футах в воздухе, свободно паря, без веток для опоры, без возможности ухватиться за что-либо, и только с твердой землей под ним, которая и послужит ему подушкой при падении.

Он почувствовал некое удовлетворение, даже наслаждение, при виде ужаса на лице мага, когда обрушился на него сверху. Он подметил местность, и понадеялся, что перед ним, по большей части, будет чисто.

Дроу развернул себя в воздухе и приземлился с кувырком вперед, вскочил, пролетая мимо мага и нанеся отчаянный удар клинком, а затем снова покатился в другом кувырке и в третьем, гася движущую силу. Он болезненно пролетел сквозь какие-то кусты, но ему удалось встать на ноги относительно невредимым.

Чего нельзя было сказать про мага, который развернулся вокруг себя с бьющейся кровавой струей из глубокой раны, которую нанес скимитар Дзирта, разрезав его горло поперек.

Дзирт пытался сориентироваться, чтобы сообразить, где могут быть его товарищи. Картинка об его клинках, погружающихся в спину Энтрери, вспыхнула в сознании, и принесла удивление наравне с гневом — ненавистью, которую он быстро сфокусировал на ситуации, в которой оказался. Он помчался на полной скорости вперед, двигаясь от укрытия к укрытию, от дерева к кустам, а оттуда к валунам, затем даже по низким веткам другого дерева. Крики раздавались повсюду вокруг него, так как враг пытался взять его в кольцо, скоординировать свои действия против него.

Дроу изменил направление движения, затем еще раз, спрыгнув с веток дерева на открытую местность позади какой-то поросли, затем промчался сквозь нее на полной скорости к удивлению пары шадовар, выкрикивавших указания и до сих пор указывавших на дерево, на которое карабкался дроу.

Они почти выхватили свое оружие, чтобы защититься.

Дзирт бежал, оставив этих двоих корчиться на земле. Злость росла вместе с его скоростью, подпитываемая картинками Энтрери и Далии, разделяющих этот сокровенный интимный момент.

Он слышал впереди крики и знал, что его обнаружили, знал, что те спереди выставят улучшенную защиту — от его скимитаров, по крайней мере.

Поэтому он на бегу спрятал в ножны клинки и достал свой лук, выстрелив в область троицы. Одна, две, три стрелы улетели прочь, отбросив одного шейда в сторону, подняв его в воздух, подкосив второго, пронзив его стрелой от плеча до плеча, и заставив третьего в панике отпрыгнуть в сторону.

Дзирт промчался между ними, пересекая их позицию, и исчез в кустах так быстро, что оставшийся шейд даже не был уверен, в каком направлении скрылся дроу.

— Мы не можем поймать его, — нетерезский командир сказал это лорду Алегни, когда присоединился к тифлингу у магических ворот. — Он двигается как призрак — по деревьям так же быстро, как мы по земле.

— У вас есть волшебники, — ответил Алегни, и посмотрел назад на нескольких других шейдов, которые приближались, некоторые из которых с тревогой оглядывались через плечо.

— Двое мертвы, работа дроу! — ответил шейд, и по мере усиления своего голоса он едва мог сдерживать ужас в нем.

— Что с другими двумя? — спросил Алегни — спросил всех, когда остальные торопливо подошли. — Скажите мне, глупцы, что вы убили Далию и Баррабуса!

Это больше походило на угрозу, потому что сам Алегни не верил в подобную возможность, как и не хотел он подобного исхода. Не в этом месте, не в это время и не таким способом. Тифлинг слегка удивился своим чувствам относительно этого явно унизительного поражения. Лорд нетерезов, в конце концов, никогда не был спокойным и сострадательным касательно поражений.

— Нет, мой господин, — ответил воин. — Боюсь, они ускользнули от нас.

— Меч, — спросил Алегни. — Нес ли Баррабус мой меч?

Командир задумался на мгновение.

— Дроу нес его, но за спиной. Он дрался более мелкими клинками.

Алегни не совсем понимал, что из этого следует. Почему троица пошла в дикие местности? Он посмотрел на северо-восток, на разрушенную гору, ту, которая взорвалась и сожгла старый город Невервинтера десятилетие назад.

— Куда вы идете? — тихо спросил он пустоту.

— Мой господин? — переспросил солдат.

Алегни махнул ему на портал. Не было пользы от попыток развернуть шадовар обратно для другой бесполезной битвы. Они проиграли.

Но это не было его поражением. Он оспаривал подобного рода действия, доказывая Дрейго Проворному и остальным, что они поступят правильно, если дождутся, пока он восстановится достаточно для личного участия в битве. Он спорил, приводя убедительные доводы, что ему понадобятся силы в разы большие и в более удобном месте, которое он сам выберет.

Скорее всего ему все же припишут это поражение, но это никак не повредит его планам.

Тифлинг по-прежнему остается единственным, кому поручат возвращение меча, и он почувствовал уверенность в том, что сможет убедить Дрейго Проворного позволить ему сделать это своими методами.

Когда потрепанные и побежденные остатки шейдов вернулись в магический портал, не неся в своих руках ничего, кроме своих же павших товарищей, которых они просто не могли там оставить, Дрейго Проворный почувствовал себя повинным в том, что должно было восприниматься как поражение Херцго Алегни.

Да, тифлинг не был огорчен, когда основные силы его побежденной банды вернулись к нему, и ему пришлось изрядно потрудиться, чтобы скрыть любое проявление сарказма или удовлетворения в своем голосе, когда он отдавал приказ возвратиться сквозь портал.

Но он был взволнован, когда думал об этой разбитой горе и чудовище, которое, как он знал, скрывалось под ее обрушенными склонами. Он почувствовал тихий зов в невидимом бризе, словно Коготь тянулся к нему, умолял его. Он не знал, было ли это на самом деле, или это просто была игра воображения, но он подозревал первое.

Коготь звал его, потому что Коготь боялся.

Бросив последний взгляд на север, на лес, где Далия, Баррабус и дроу в очередной раз сбежали, Херцго Алегни так же вернулся в Царство Теней.

Держа Тулмарил в руке, Дзирт быстро обогнул большое скопление кустов шиповника, срезав путь между двумя растущими вязами. Он знал, что шейд была перед ним, он мог слышать ее частое дыхание, ощущал запах отчаяния этой женщины. Уверенный, что она не устроит ему засаду, Дзирт припустил практически без оглядки, полностью сосредоточившись на стелящейся под его ногами земле.

Он пересек два больших наполовину сожженных бревна, словно каменные защитники охранявших вход к величественному сооружению, которым казалась поросшая травой холмистая гряда. Огромный прыжок перенес его на вершину этого гребня, где он, наконец, обнаружил свою жертву.

Темный эльф выровнял Искатель Сердец, его руки медленно двигались, следуя ее движению, когда женщина пробиралась вперед, двигаясь и падая на четвереньки, пока ей снова не удавалось встать на ноги. Она двигалась вверх по краю холма, и когда Дзирт проследил за ее передвижением, предугадывая направление, он понял ее путь, так как там была расположена мерцающая черная сфера, обрамленная магическим пурпуром — врата, и темный эльф мог достаточно легко догадаться, куда они вели.