Она шагнула к порогу, и, убедившись, что поблизости никого нет, — в конце концов, уже минула полночь — наклонилась вниз и вставила свой посох между камнями. Глубоко вздохнув, Далия прыгнула с разрушенного балкона и приземлилась прямо на пустую мощеную булыжником улицу.

Она быстро обулась, разломала свой посох на два цепа, чтобы легче было его нести, и побежала через залитые лунным светом улицы спящего Лускана.

Довольно долгое время эльфийка выжидала неподалеку от маленького ювелирного магазина, обращая внимание на редкие признаки движения на улице — что угодно, что она могла бы использовать. Поблизости находилось несколько городских стражников, но, разумеется, не стоило ожидать, что большинству из них есть дело до ювелира Корабля Курта. Так обстояли дела в Лускане: Городская стража была Корабельной стражей, преданной только одному верховному капитану.

Воспользовавшись тем же приемом, что позволил ей попасть на второй этаж, в комнату над разрушенным балконом, Далия вскоре была на крыше магазина. Она пробралась на самую верхушку и оттуда вычислила участок крыши, находящийся прямо над витриной с бриллиантами. Используя свой посох, она расколола несколько плиток кровли и к своему удовлетворению обнаружила, что многие из них были расшатаны суровым морским воздухом Лускана. Всегда влажный и ветреный, часто ледяной — Город Парусов особенно остро ощущал ледяной рев океана.

Далия обвязала конец своей веревки вокруг дымохода и спустилась вниз к нужному месту. Используя двухфутовую секцию посоха, она вырвала шифер и начала бить по гнилым доскам под ним. Вскоре она извлекла достаточное количество кровли и просунула голову и руки в образовавшееся отверстие. Женщина зажгла свечу и удовлетворенно кивнула головой, отметив, что находилась прямо над витриной. Постепенно отпуская веревку, обвязанную вокруг ее талии и продетую сквозь металлический карабин на ее поясе, Далия отпустила веревку и опустилась внутрь комнаты головой вниз.

Она подошла к витрине и поставила свечу прямо на стекло. В рюкзаке был стеклорез и присоска, и она раздумывала, использовать их или применить более прямолинейные методы, когда голос оторвал ее от раздумий.

— Ты так разочаровала меня, — отметил Бениаго, выходя из тени в другой стороне комнаты.

Далия среагировала, как только первые слова сорвались с его губ. Зажатой в руке Иглой Коза она разбила верхнее стекло витрины. В то же время эльфийка отстегнула карабин от пояса, освобождаясь от веревки, схватилась за нее свободной рукой и перевернулась, приземлившись ногами на металлический каркас колеблющейся витрины.

— Постараюсь исправиться, — холодно ответила она, как будто ожидала встретить здесь этого человека. Женщина приняла оборонительную позицию, утвердившись на ногах на узких гранях витрины, и медленно вращая в руках перед собой свой восьмифутовый посох.

Бениаго подошел ближе, петляя по пути, словно ожидал, что Далия бросит в него какой-нибудь предмет.

— Бриллиант, — сказал он, — предложенный тебе верховным капитаном Куртом в качестве подарка.

— Нет здесь никакого подарка.

— Цинично, прекрасная госпожа.

— Научена горьким опытом. Подарки предполагают условия.

— Так ли плохи эти условия, особенно в свете ваших отношений с Кораблем Ретнора — весьма грозным противником?

— Он меня не пугает.

— Очевидно, что нет.

— Как и Корабль Курта.

— Но все-таки я был бы плохим слугой верховному капитану Курту, если не повторил бы для вас наше предложение еще раз. Возьмите выбранный вами бриллиант…

Едва он договорил, как Далия начала действовать. Она соединила свой посох в виде двух четырехфутовых жезлов и опустила их вниз, словно щипцы. Уверенно контролируя их, она схватила обернутый в вельвет бриллиант и легким движением запястья подбросила камень в воздух перед собой. Снова соединив свой посох в единое целое, она взяла его в руку, а другой рукой направила опускающийся камень прямо в свой карман. И все время, даже в момент, когда она выполняла данный маневр, эльфийка не сводила глаз с Бениаго.

Убийца не скрывал своего удовольствия и удивления, с улыбкой покачав головой.

— Возьмите выбранный вами бриллиант, — повторил он, посмеиваясь, — и я даже заплачу за ремонт витрины, а ведь стекло не такое уж дешевое в Лускане в это время года. Видите? Вы получили для себя еще более выгодную сделку. Присоединяйтесь к нам…

— Нет.

— Моя госпожа…

— Нет.

— Тогда я вынужден забрать бриллиант.

— Прошу, попробуй.

Меч появился в левой руке Бениаго, а украшенный драгоценными камнями кинжал — в правой, и на мгновение Далия подумала, что это странная комбинация, так как поначалу ей казалось, что Бениаго правша.

— Неважно, — прошептала она.

Она спрыгнула, приземлившись на полпути между Бениаго и витриной, выбросив свою ногу при приземлении в точности так, чтобы размахнуться своим длинным посохом прямо перед собой. Остановив свой удар слева в середине движения, она отвела его и шагнула вперед, нанося колющий удар Бениаго в живот.

Более слабого противника она бы могла снести взмахом посоха или пронзить насквозь, но ей не удалось даже задеть Бениаго — она на это и не рассчитывала. На что надеялась Далия, так это то, что Бениаго, возможно, плашмя ударит по Игле Коза своим мечом и получит удар молнией, что, скорее всего, выбьет меч из его руки.

Но Бениаго не только избежал подобного случайного контакта, но и улыбнулся Далии, словно показывая ей, что разгадал ее намерения.

Однако это не обеспокоило эльфийку. Как раз наоборот. Она предпочитала способных и хорошо натренированных противников. Далия снова атаковала жезлом и прыгнула вперед, чтобы оттеснить Бениаго, и он действительно отступил, но агрессивная эльфийка выяснила еще кое-что благодаря этой атаке — Бениаго не отключил напольные ловушки!

Половицы обрушились под передней ногой Далии, и только ее ловкость и реакция удержали женщину от падения в неожиданно образовавшуюся яму. Однако нога ее все же опустилась внутрь, и этого оказалось достаточно, чтобы наступить на ближайшие из шипов. Мерзкие и острые штуковины легко проткнули подошву ее ботинок и впились в ступню.

Она почувствовала легкий прокол и почти мгновенно последовавшую жгучую боль. Женщина не сомневалась, что шипы были отравлены, оставалось лишь надеяться, что они недостаточно глубоко проникли в ее тело, чтобы впрыснуть смертельную дозу.

Бениаго воспользовался возможностью и ринулся вперед, хладнокровно работая мечом, и потерявшей равновесие Далии пришлось очень постараться, чтобы отбить удар в сторону. Ей никак не удавалось сфокусировать свою энергию, чтобы выпустить разряд молнии из своего оружия. Однако при последующем своем отступлении ей пришлось постараться еще больше, чтобы увернуться от сильнейшего удара усыпанного драгоценными камнями кинжала.

Далия отпрянула назад и повернула голову, но все-таки получила царапину маленьким клинком. Всего лишь царапину.

И в тот момент, когда она раздумывала перевернуться и напасть на мужчину, Далия осознала ужасную правду.

Ее едва задело, легкая царапина на щеке, но в этом контакте между клинком Бениаго и своей плотью Далия увидела смерть. Настоящую смерть. Она почувствовала, как ее душу что-то вытягивает, словно клинок выпивал ее жизненную суть. Она почувствовала холод полного забвения, пустоту небытия. Эльфийка снова почувствовала себя изнасилованной, как в тот далекий день много лет назад, когда Херцго Алегни напал на ее деревню и разорвал ее детство на куски.

Далия отступала так быстро, как только могла, не желая даже слегка наступать на пол, устланный смертельными ловушками. А она знала теперь, что они смертельны, поскольку ее раненая нога начала неметь, и ей стоило немалых усилий делать каждый новый шаг и не позволять ноге подгибаться и скользить.

Бениаго продолжал атаковать с улыбкой на лице, словно добыча уже была у него в руках.

Далия собралась с силами и отдернула голову от нервирующей и нечистой силы ужасного кинжала. Она разломала свой посох на две части, разбила эти четырехфутовые части на цепы и начала их вращать вверх и вниз по направлению к своему противнику.