Пепельный зомби возле Валиндры взорвался клубами черного дыма и пепла, и прежде, чем они успели разлететься по комнате и осесть на пол, палочка жадно поглотила их, пожрав останки зомби. Силора зажмурилась от порыва силы и удовольствия, и позволила палочке окончательно разложить зомби, превратив его останки в черную струю, которая ударила чертенка и отбросила его к стене. Он взвыл от боли, вокруг него начали подниматься клубы дыма.

— Что ты сделала? — довольно спросила лич, но Силора ее проигнорировала.

Она не могла ответить ей сейчас, когда сама пыталась разобраться в сущности магии, которую только что приняла.

Чертенок двигался вперед, но его движения замедлились, а сам он был покрыт толстым слоем грязи или смолы. Силора поняла, что это был пепел, облепивший его суставы и кожу. Чертенок попытался плюнуть, попробовал высунуть язык, но волшебница видела только черную слизь, которая окутала рот существа и зажала его.

Магия полностью покрыла создание, за исключением одного глаза, который чертенок сумел закрыть до удара и затем достаточно быстро открыть, чтобы полностью избежать тяжелого черного слоя. В глазу, устремленном на Силору, горела ненависть, взгляд существа испепелял, в нем пылало пламя.

Крошечный зверек продолжал приближаться, но Силора была слишком погружена в транс, чтобы даже понять, что нужно отступить или ударить снова.

Но это не важно. Чертенок свернул в сторону и юркнул в камин. Он разбросал бревна и просунул лапки под горящие угли, сжигая черное липкое нечто со своего тела. В конце концов, огонь не беспокоил создание нижних планов. Он освободился в мгновение ока и послал волшебнице последний ненавидящий взгляд, полный презрения и ужасных угроз, затем взлетел в дымоход и покинул Пепельную Прогалину.

— Это шоу стоило зомби, — жеманно произнесла Валиндра.

Силора повернулась к ней, держа перед собой загнутый почерневший жезл, который дал ей Сзасс Тэм.

— Есть нечто важнее, — сказала она с осуждением и смущением, так как знала, что могла бы вызвать с помощью энергии пепельных зомби куда более страшные и разнообразные катастрофы, только вот не очень представляла, что за бедствия это будут.

Ее глаза заблестели от осознания открывшихся возможностей.

— Ты можешь направлять силу Кольца Страха, — рассуждала лич, и Силора кивнула.

— Это опьяняет, — призналась волшебница.

— Более могущественная, чем практикуемая тобою магия?

Силора немного подумала, затем снова кивнула.

— Я думала, что мое время здесь приближается к концу, — призналась она. — Последний удар по нетерезам и жителям Невервинтера, еще одна резня, чтобы завершить Кольцо Страха, и я бы отправилась в другое место с другой миссией.

— А теперь?

Силора была слишком поглощена ощущениями от жезла, чтобы уловить оттенок озабоченности в голосе Валиндры или даже подумать, что она может не сохранить приближающийся отъезд в тайне, или что ее отъезд освободит место Валиндре Теневой Мантии как ее наследнице в Невервинтерском лесу.

Вопрос Валиндры остался без ответа, так как Силора глубже погрузилась в связь с Кольцом Страха, пытаясь выяснить, какие силы могут быть доступны ей сейчас. Она не была полностью уверена.

Но собиралась выяснить.

— Это что-то новое, — прошептала Далия.

Она расположилась на покрытом травой холме, Дзирт лежал справа от нее, а мужчина, известный ей под именем Баррабус Серый, еще дальше за дроу.

— Это появилось совсем недавно, — ответил Энтрери несмотря на то, что девушка обращалась к дроу. Она и словом не обмолвилась с убийцей с момента их вчерашней встречи. — Я следил за Силорой Салм во время твоего путешествия в Гаунтлгрим. Был всегда рядом, буквально заглядывал ей через плечо, но раньше не видел ничего похожего на эту крепость. Не было ни намека на то, что такое укрепление вообще существует.

— Странно, но это напоминает мне о моей родине, — произнес Дзирт.

Дроу не мог не провести эту параллель. В центре грандиозной крепости, на склоне каменистого холма, возвышалась башня в форме дерева цвета обсидиана. Если бы какой-нибудь волшебник украсил строение фантастическими пурпурными огнями, оно могло бы затеряться в Мензоберранзане среди скоплений сталагмитов, которые служили домами для множества семей темных эльфов.

От всей крепости веяло той же сверхъестественностью, что и от родного города Дзирта. Ее обсидианово-черные стены состояли не из отдельных блоков, а, казалось, просто выросли из земли монолитным куском, вытолкнутым наверх магией. Сторожевые башни — возможно, это были они — располагались в нескольких местах и выглядели как уменьшенные копии древовидного строения, возвышавшегося на каменистом холме. Остальные сооружения, примыкавшие в большинстве своем к стенам, которые, очевидно, тоже были созданы, а не возведены, выглядели грубо обтесанными, огромными черными глыбами в форме приземистых бараков и других необходимых зданий. Одним из них являлась открытая кузница с пылающим горном в дальней части крепости, а другим — простой каменный навес, под которым лежали луки, колчаны для стрел и огромное количество остроконечных скипетров ашмадай.

— Это сотворило Кольцо Страха, — уверенно сказала Далия, как только все поняла. — Силора, а может, Валиндра, нашли способ использовать его силы, — она окинула взглядом спутников: — Это уже серьезно.

Оба посмотрели на нее с любопытством.

— Я жила в Тэе с тех пор, как была подростком, — пояснила Далия. — Я стала свидетелем завершенного Кольца Страха, даже нескольких. Для тех, кто служил Сзассу Тэму, не было секретом, что он черпал силу из первоисточника, и его мощь превосходит все, что вы когда-либо видели, уж поверьте.

— Она пытается нас напугать, — невозмутимым тоном сказал Энтрери Дзирту. — Ты уверен, что она на самом деле выступает вместе с нами против Силоры Салм?

Веселая усмешка темного эльфа не позволила девушке бросить что-то гневное в ответ. Вместо этого воительница прищурилась и перевела взгляд с Артемиса на Дзирта — если эльф хочет позлить ее — пожалуйста.

— Если ты напуган, будь добр — уйди, — сказала она.

— В моей жизни бывало многое, — ответил убийца, — но «напуган» едва ли когда-то было в этом списке.

— До настоящего момента, — настаивала Далия.

— Включая настоящий момент.

— Тогда ты глупец, — бросила девушка.

— Если ты напугана, будь добра — уйди, — съязвил Энтрери. — Я собираюсь перебраться через стену, найти Силору Салм и убить ее наконец.

Он поднялся на корточки и прошелся вдоль гребня, чтобы осмотреть крепость с других точек. Эльфийка хотела было последовать за ним, но Дзирт придержал ее и дал убийце возможность удалиться на некоторое расстояние.

— Он не враг нам в этом, — дроу попробовал еще раз убедить девушку.

— Откуда ты знаешь? Он что, давно потерянный друг?

Темный эльф ощутимо вздрогнул — выражение можно было счесть полным иронии, беря во внимание их с убийцей нелегкое прошлое: Дзирт тогда беспрестанно сражался с Энтрери, они поочередно преследовали друг друга, ведомые лишь мыслью об убийстве.

Но были и другие времена, напомнил себе дроу, когда он задавался вопросом о мотивах убийцы. Угодив в западню под Мифрил Халлом до того, как король Бренор отвоевал это место и сделал его безопасным, Дзирт и Энтрери сражались бок о бок, чтобы выжить. Попавшие в ловушку в Мензоберранзане, в плену у дроу, Дзирт, Артемис и Кэтти-бри снова боролись вместе за спасение.

Энтрери был жестоким человеком, едва ли Дзирт назвал бы его другом, но в нем преобладал инстинкт самосохранения. Смерть Силоры Салм была в его интересах. Дзирт ни на минуту не усомнился в надежности убийцы и Далии в этом вопросе. К тому же Артемис уже доказал все в первые мгновения их встречи, когда, застав Дзирта врасплох, прыгнул вперед и пронес кинжал на расстоянии не шире волоска от горла дроу. Будь у него намерение прикончить Дзирта, дроу был бы убит на месте в тот же миг.