Джесс сосредоточился на Рэне.

- Моя мать мало говорила о своей вере и не рассказывала особо много историй.

Она слишком долго болела. В последние три года ее жизни, каждый вздох был наполнен борьбой за бесценное существование. Мама берегла силы для выживания, а не для разговоров.

– А если и рассказывала, то всегда приглушенным тоном.

Поскольку ужасно боялась, что ему причинят боль за их наследие.

«Лучше сливаться, чем выделяться, penyo. Тот, кто летит против стаи, всегда летит к вражде. Каким бы сильным не был зверь, рано или поздно он устанет от своего изнурительного путешествия.

И когда он упадет, то будет один».

Слова матери по-прежнему были с ним.

Несмотря на это, Джесс никогда не придерживался этого совета. Что в итоге доказало, насколько мудра и права оказалась мать. В конце концов, он умер в одиночестве, безмерно уставший.

Тогда и сейчас.

Джесс откашлялся.

- Так что тебе придется простить мое невежество.

- Умный человек никогда не спорит с решением матери относительно ее ребенка. Если он не хочет столкнуться с ее когтями, ведь нет ничего опасней матери, защищающей свое потомство.

С этим Джесс не мог поспорить.

- Ты, вероятно, хочешь переключить на громкую, чтобы Эбигейл тоже слышала.

- Замечательно. – Джесс включил громкую связь. – Мы слушаем.

Эбигейл нахмурилась.

- В начале времен, когда был создан Кодекс порядка, Первый Страж запер все зло, которое нашел в мире. Творения Темных, созданные с единственной целью – извести человека и причинить боль. Первый Страж знал, что человечество не достаточно сильно, чтобы противостоять тьме. Поэтому Страж изгнал все темное на Западные Земли, куда садится солнце, чтобы каждую ночь зло оставалось бессильным.

Рэн выдержал паузу.

- Но Зло всегда коварно и находчиво. Со временем оно набралось сил с Отцом Солнцем, и крошечный кусочек тьмы сбежал, чтобы найти озлобленного воина, чье сердце почернело от зависти к собственному брату. Воин принял зло в себя, и оно соблазнило его обещанием, что причинив достаточно боли другим, он станет сильным и изгонит собственную боль. Зло объяло его точно любовница, и воин воспринял безумие всем своим существом. Так началась свирепая резня, а безумец подчинял себе земли, пока не стал править ими своим кровавым кулакам.

- Дух Гризли, - тихо сказал Джесс.

Он знал эту легенду от Чу Ко Ла Та.

Рэн продолжил:

- Война привела его в царство Стража, и они бились год и один день. Их битва была настолько ожесточенной, что навсегда оставила шрамы на Матери-Земле.

Гранд-Каньон. Говорят красный цвет у него из-за крови от ран, которые эти воины нанесли друг другу во время сражений.

- В конце концов, воин допустил ошибку, и Страж смог одолеть его. Он изгнал зло из воина, но было уже слишком поздно. Они настолько облились потом и истекали кровью в тот год, что ткань платья Матери-Земли, частички песка которые несут человека в странствие по жизни, уже были насыщенны и навсегда пропитаны кровью. Стало невозможным собрать все зло и вновь отбелить платье. Последствия были не обратимы.

- Как же Страж поступил?

Джесс улыбнулся, заметив, что Эбигейл была полностью поглощена рассказом.

- Страж понял свою ошибку. Не существовало возможности удерживать зло взаперти вечно. Это чистая эссенция и подобно добру ее невозможно отвергнуть или утаить. Как день и ночь делит небо между собой, так должно добро и зло делить мир. Только тогда возможно равновесие и гармония для человека. Лишь тогда достижимо какое-то подобие мира. Страж изгнал завладевший воином Дух Гризли и запер его за Западными Вратами Земли, чтобы его ярость не навредила людям. Затем, взяв у Матери-Земли восемь сосудов, чтобы удержать язвы, которые помогли Тьме бежать, он запечатал их своими слезами, чтобы ими никогда не смог воспользоваться Гризли. Эти сосуды Первый Страж отдал четырем Стражам: Защитникам Севера, Юга, Востока и Запада. Ими стали самые сильные люди из разных уголков мира, которых могли призвать для защиты Западных Врат, чтобы те никогда не были открыты. Двое Стражей управляли Тьмой, а двое - Светом. Идеальный баланс.

- А как он их выбрал? – спросила Эбигейл.

- Все, кроме Восточного, прошли испытание, созданное, чтобы узреть достойного. Первые трое были избранными.

- А Восточный?

- Воин, которым овладел Дух Гризли. Первый Страж считал, что он лучше всех понимает, зачем нужно защищать Западные Врата. И он однозначно выстоит против угроз, дабы предотвратить повторный побег зла. Не говоря уже о том, что после сражения Первый Страж знал, что воин достойный противник любому, кто осмелится пройти сквозь врата.

- В этом есть смысл.

- Раздав сосуды, Первый Страж предупредил защитников, насколько серьезна их миссия, и что не при каких обстоятельствах они не должны дрогнуть или сомневаться. Должны держаться вместе и поддерживать друг друга. Затем он удалился на Западные Земли, чтобы отдохнуть после сражения. Говорят, он и по сей день все еще дремлет там.

- А Стражи?

Рэн слегка усмехнулся.

- Каждый взял свои сосуды и спрятал их в священной земле, где Огонь касался Земли, и скрыл место захоронения, чтобы никто не смог использовать язвы против людей и их самих.

Джесс вздохнул: картина стала складываться воедино.

- И Койот уже распечатал свои сосуды.

«Скорпионы и осы».

- Да. На протяжение веков Койот пытался найти ключ, чтобы отпереть Врата и освободить Дух Гризли. Он знал, пока Старый Медведь и Чу Ко Ла Та вместе, нет способа одолеть ни одного из них и открыть Врата. Теперь, когда один пал, Койот и Змей могут объединиться.

- И отыметь нас по-королевски, - прошептал Джесс.

- Ты даже не представляешь как, брат мой.

- Но почему? – спросила Эбигейл. – Зачем Змею присоединяться к Койоту?

- Змей по природе всегда ведомый. А он служил Тьме слишком долго. Этого боялся Первый Страж, когда назначал двух Темных Стражей на их посты. Он знал, насколько коварной будет Тьма и насколько продажным может оказаться даже самое благородное сердце. Первый надеялся, что Восточный Страж будет следить и защищать Змея от темной стороны его природы. Но на случай, если Восточный Страж потерпит неудачу, он назначил конечный предел службы Стражей. В следующем году во Время вне времени наш календарь перезапустится, крылатый змей явит свой цвет и ночью, когда взойдет первая звезда, будут избраны новые Стражи, которые завладеют ключом. Поскольку Старый Медведь мертв, выбор падет на Чу Ко Ла Та. Если Койот и Змей убьют его, они смогут выбрать новых Стражей.

Эбигейл нахмурилась.

- Почему это столь важно?

Джесс ответил раньше Рэна:

- Тот, кто назначает Стражей, управляет ими и, самое главное, контролирует Западные Земли.

- Наивысшая власть, - добавил Рэн. – Каждое твое желание исполняется. Тебе принадлежит весь мир.

Кто бы этого не хотел?

«Ну, хорошо, я. У меня достаточно проблем в собственной жизни, и мне совсем не нужно нести ответственность за всех остальных».

К сожалению для всего мира, у Койота противоположная точка зрения.

- Змей уже давно является верным слугой Койота, - продолжил Рэн. – Единственное, что удерживало их на расстоянии – Светлые Стражи.

Эбигейл поморщилась.

И Джесс не пропустил тяжелый страх в интонации Рена.

- Что ты от нас утаил?

- Один из сосудов Старого Медведя содержал Ветер Провидец[38], чуму, способную отворить Западные Врата и освободить Дух Гризли.

«Дерьмо. Нет охрененная куча дерьма».

Джесс вздрогнул лишь от одной мысли.

Эбигейл в замешательстве нахмурила брови.

- Я не понимаю. Если Первый Страж жив, почему он снова не может удержать Дух Гризли от побега?

- Это не так просто, Эбигейл. Никто не получал известий от него на протяжении множества веков. Мы знаем, что Гризли мог убить его, когда вышел за Врата или овладеть им. Вы не представляете, на что он способен. Поверьте мне. Мы должны помешать Койоту со Змеем открыть сосуд. Если Гризли снова освободится…