— Я... — начала я и замолчала, не зная, что сказать.

Я глянула по сторонам, потом обернулась назад на свою машину, на «Чероки», затем осмотрела дом. Картинка точно такая же, как на сайте. Верно?

Я снова посмотрела на мужчину:

— Извините. Я ожидала увидеть того, кто присматривает за домом.

— Присматривает?

— Да, мистера Эндрюса.

— Вы про Слима?

Слима?

— Э-м-м... — ответила я.

— Слима здесь нет.

— Вы здесь, чтобы передать мне ключи? — спросила я.

— Какие ключи?

— От дома.

Несколько секунд он просто смотрел на меня, потом пробормотал: «Дерьмо» — и вернулся в дом, оставив дверь открытой.

Не зная, что делать, я постояла на крыльце, а потом решила, что, возможно, открытая дверь означает приглашение последовать за ним. Что я и сделала. Я закрыла дверь ногой, потопала по коврику, чтобы сбить снег с сапог, и осмотрелась.

Полностью открытое пространство. Полированное дерево. Великолепно. Обычно на интернет сайтах изображения мест отдыха выглядят лучше, чем на самом деле. Здесь же все было наоборот. Никакое фото не могло бы адекватно передать красоту этого дома.

Слева находилась гостиная. Широкий и длинный диван с покрывалами. Рядом с диваном, лицом к окнам, стояло огромное кресло, в котором уютно (и крепко обнявшись) могли устроиться два человека, а перед ним пуфик для ног. Между креслом и диваном находился крепкий, грубо отесанный стол, а прямо перед диваном — еще один стол, пониже, но с большой квадратной столешницей. Помещение освещала лампа на маленьком столе. Ее основание было сделано из ветви дерева. В углу комнаты, рядом с окнами стоял торшер, сделанный из более длинной и толстой ветви, с бегущими бизонами на абажуре. За решеткой огромного, сложенного из камня камина, чей дымоход исчезал в скате крыши, весело горел огонь. Сзади в нише стояло бюро с убирающейся крышкой, а перед ним старомодный вращающийся стул. В углу располагалось кресло-качалка, а рядом еще один включенный торшер с основанием в виде бревна. Винтовая лестница вела на второй этаж, который нависал над первым и был огорожен перилами. Внизу, под полом второго этажа, были еще две двери, одна из которых, как я знала, вела в совмещенный санузел, а другая, скорее всего, в кладовку.

Согласно фотографиям второго этажа, которые я видела на сайте, там находилась двуспальная кровать, а также гардеробная и фантастическая ванная комната с небольшой сауной.

Справа от меня располагалась кухня, возможно, не самого современного дизайна и технического оснащения, но далеко не ветхая. Гранитные рабочие поверхности образовывали букву «П». Одна сторона шла вдоль боковой стены дома, вторая была двойной — низкая и широкая столешница, а над ней барная стойка — и выходила в жилую зону. Перед барной стойкой стояли два стула. Множество шкафчиков с блестящими дверцами из некрашеной сосны. Утварь из нержавеющей стали. Еще одна ниша, в которой находилась раковина, слева от нее — холодильник. И обеденный стол на шесть мест рядом с окнами, тоже из некрашеной сосны. В центре стола стоял большой стеклянный подсвечник в виде керосиновой лампы, наполненной серовато-зеленым песком, в котором была закреплена толстая сливочно-белая свеча. Над столом висел светильник, также сделанный из ветвей.

— У вас есть документы?

Я была настолько поглощена осмотром и мыслями о красоте этого места и о том, что этот потрясающий дом стоил долгих недель сомнений в правильности своих действий и семнадцати часов изматывающего путешествия, что испуганно вздрогнула и уставилась на мужчину.

Он стоял в кухне и держал в руках радиотелефон. Я направилась к нему, положила пакеты с продуктами на барную стойку и принялась копаться в сумочке в поисках бумажника. Достав бумажник, я вынула подтверждающие бумаги.

— Вот, — сказала я, вручив их мужчине. Он взял документы, одновременно набирая номер большим пальцем.

— Какие-то проб... — начала я, но его взгляд метнулся ко мне, и я замолчала.

У него были серые глаза. Ясные, светло-серые глаза. Я никогда не видела таких глаз. Особенно в обрамлении длинных и густых черных ресниц.

— Слим? — сказал мужчина в телефон. — Да, у меня тут женщина... — Он опустил взгляд на документы. — Мисс Шеридан.

— Миз1, — автоматически поправила я, и его ясные серые глаза вернулись ко мне.

Несмотря на сложившуюся ситуацию, я отметила, что у него на удивление привлекательный голос. Низкий, очень низкий, но не мягкий, а резкий, почти хриплый.

— Миз Шеридан, — прервал он мои размышления, подчеркнув «миз» тоном, который я бы не назвала приятным. — Она ищет ключи.

Я ждала, что Слим — который, подозреваю, и был мистером Эндрюсом, отсутствующим управляющим, — объяснит этому потрясающему мужчине, что у меня подтвержденная, заранее оплаченная бронь на две недели с довольно солидным залогом на маловероятный случай ущерба. Я также ждала, что Слим скажет этому потрясающему мужчине об очевидно имевшей место ошибке и посоветует ему освободить помещение, чтобы я могла разгрузить машину, убрать в холодильник скоропортящиеся продукты, принять душ, поговорить с Найлсом и, что самое важное, лечь спать.

— Да, ты облажался, — сказал потрясающий мужчина в трубку и закончил разговор словами: — Я разберусь.

Затем он нажал отбой, бросил трубку на столешницу и сообщил мне:

— Слим облажался.

— Э, да, начинаю понимать.

— Внизу на горе есть гостиница, милях в пятнадцати отсюда.

Кажется, я открыла рот, но не уверена, поскольку мой мозг отказался мыслить. Потом я спросила:

— Что?

— Гостиница в городе. Чистая, неплохие виды, хороший ресторан. Вниз по горе, откуда вы приехали. Выезжаете на шоссе, поворачиваете налево, около десяти миль.

С этими словами он отдал мне бумаги, подошел к двери, открыл ее и встал, придерживая ее и пристально глядя на меня. Я осталась на месте, потом посмотрела сквозь треугольные окна на снежный вихрь и снова на потрясающего, но — как я с опозданием заметила — неприветливого мужчину.

— У меня бронь, — сказала я.

— Что?

— Бронь, — повторила я, потом объяснила по-американски: — Заказано заранее.

— Да, Слим облажался.

Я растерянно покачала головой:

— Но я внесла предоплату за две недели.

— Я же сказал, что Слим облажался.

— И залог, — добавила я.

— Получите возврат.

Я моргнула и спросила:

— Возврат?

— Да, возврат. Вам вернут деньги.

— Но... — начала я, но замолчала, когда он громко вздохнул.

— Слушайте, мисс...

— Миз, — снова поправила я.

— Неважно, — коротко сказал он. — Произошла ошибка. Я здесь.

Такого не случалось уже довольно давно, но, кажется, я начинала сердиться. Опять же, я больше семнадцати часов провела в дороге, находилась в другой стране, в другом часовом поясе; на улице поздно, темно, идет снег, на дорогах опасно; в моей машине лежат продукты на сотни долларов, некоторые из них испортятся, если их не положить в холодильник, а в гостиницах нет холодильников, по крайней мере больших холодильников; я устала, у меня начинается простуда. Так что меня можно простить за то, что я рассердилась.

— Что ж, я тоже, — ответила я.

— Да, вы тоже, только это мой дом.

— Что?

— Я владелец дома.

Я снова растерянно качнула головой.

— Но он же сдается.

— Когда меня нет. Когда я дома, он не сдается.

Происходящее наконец-то дошло до меня.

— То есть вы хотите сказать, что моя подтвержденная бронь на самом деле не подтвержденная и вы отменяете сделку в самую что ни на есть последнюю минуту?

— Именно это я и говорю.

— Я не понимаю.

— Я говорю по-английски, мы с вами разговариваем на одном языке. Я вас понимаю.

Я снова был сбита с толку.

— Что?

— Вы англичанка.

— Я американка.

Он нахмурился, и от этого стал выглядеть немного страшно, в основном потому, что его лицо при этом потемнело.

— Ваша речь звучит не по-американски.


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: