Больше времени на размышления не осталось. Каждая секунда на пятом уровне давалась слишком дорогой ценой. Не важно, что задумал низший, ему нечего противопоставить величайшему достижению расы хронов.

– Я покажу тебе настоящее боевое искусство, – сказал Император. – Нападай!

Пето с ревом бросился вперед, намереваясь сокрушить и уничтожить заносчивого низшего. Не ему тягаться с этой запредельной мощью, даруемой пятым уровнем Высвобождения! Преториан нанес удар, вложив в него всю свою злость, но едва кулак приблизился к Императору, как хрона отбросило назад с такой силой, словно его на полной скорости сбил поезд.

– Надо же, – задумчиво произнес Траян, – как далеко улетел.

Мысли Пето лихорадочно скакали в его голове.

«Что произошло? Контрудар? Я даже не заметил движения. И его сила… судя по ощущениям даже превосходила мою. Как это возможно? Я отчетливо вижу, что он уступает мне по физическим параметрам».

Пето поднялся и тут же вновь бросился в атаку. На этот раз он действовал не так опрометчиво и атаковал ногой с дистанции. Ладонь Траяна мгновенно выстрелила – перехватывая пятку хрона и изменяя направление удара вверх. Пето ощутил, как земля уходит у него из-под ног. Оттолкнувшись руками, хрон совершил сальто и отпрыгнул назад.

– Теперь понял? – усмехнулся Император. – Это называется «техника».

– Ты… ты используешь мою же силу против меня!

– Быстро соображаешь. Меньшего и не ожидалось от бойца такого уровня, но это знание тебе вряд ли поможет. Ты больше не сможешь нанести мне удар.

Преториан замер.

«Эти приемы – нечто невероятное. Неважно насколько силен враг, низший способен отразить его силу обратно на сто десять процентов. Будь у меня возможность атаковать с расстояния… но я сражаюсь лишь в ближнем бою. Что же делать? Должен же быть хоть какой-то способ победить. Должен!»

Хрон ощутил как пятый уровень Высвобождения начал медленно пожирать его память и эмоции, пока еще совсем незначительно – уничтожая и без того забытые воспоминания, но это являлось главным тревожным звонком. Времени совсем мало.

– Тогда, что ты сделаешь, если я не буду атаковать? – спокойно спросил Пето, воспользовавшись всей своей выдержкой. Он все еще стоял на месте.

Император уверенно двинулся в сторону хрона. Преториан невольно сделал шаг назад.

– Я почти сотню лет оттачивал свое мастерство для таких умников как ты! – рявкнул Траян, хватая Пето за запястье и резко выворачивая. – Я все сделаю сам!

Хрон ощутил, как земля вновь уходит из-под ног. Одним захватом низший полностью вывел его из равновесия!

– Это еще не конец! – прорычал Император, перехватывая голову Пето прежде чем тот коснулся земли, и, придав ускорение, крутнул хрона прямо в воздухе, после чего со всей мощью впечатал ухом в гранитный пол.

Казалось, сама земля содрогнулась от чудовищного удара.

Перед глазами Преториана все плыло. Похоже, он впервые за долгое время получил столь серьезное сотрясение. Как же так? Ведь ему противостоит всего лишь человек… Нет, не человек – настоящий монстр. Но даже такие повреждения не остановят истинного бойца. Не во время столь выдающегося боя. Пето с трудом поднялся и принял боевую стойку. Бой не закончится так просто.

«Ничего не замышляй, никаких уловок, доверься своему телу, вложи в него всю свою надежду. Оно никогда не подводило тебя. Я должен ударить быстрее, чем он сможет меня схватить. Один удар. Нужен всего один хороший удар. Лучший удар».

Траян медленно приближался. Император замер перед хроном ровно на дистанции удара. Он понимал – первая же атака решит все.

Пето не мог больше ждать. Все тело хрона пришло в движение, начиная с кончиков пальцев ног и заканчивая кулаком. Лучший удар. Он не промахнется! От этого удара нельзя увернуться!

Кулак врезался в челюсть Императора, одновременно с этим Траян шагнул вперед, выворачивая голову в сторону так, чтобы удар лишь проскользил по лицу. Он перехватил предплечье Пето подбородком и изменил направление силы удара – лишая хрона равновесия. Преториан вновь увидел гранитный пол прямо перед своим носом, но в этот момент ладонь Траяна легла на его лицо и резко потянула назад – разгоняя по дуге и со всего маха вбивая затылком в землю. Тело хрона конвульсивно выгнулось дугой.

Император вытер с губ кровь. Кажется, нижняя челюсть сломана. Хоть удар задел его лишь по касательной, эта атака действительно могла стать последней. Хрон вложил в нее все остатки сил.

– Так-то лучше, – с трудом произнес Траян. В тот же момент его обхватили бледные руки.

Преториан уже мало что соображал, но он инстинктивно продолжал сражаться. Его тело скорее механически выполняло последнюю команду отданную разумом. И все же этот отчаянный захват был по-настоящему сильным. Император почувствовал, как выдавился воздух из его легких. Ребра жалобно затрещали.

«Я не хотел этим пользоваться, – подумал он, – но, похоже, выбора нет».

Траян сжал пальцы в «клюв» и нанес резкий удар в темя. Хватка немного ослабла. Сразу за этим последовал мощный удар основанием ладони в ту же точку. Две атаки, проведенные с высокой точностью и в такой последовательности, оказывают поистине страшный эффект. Кости черепа Преториана разошлись по швам. Из ушей, носа и глаз хрона потекла кровь. Руки Пето безвольно обвисли, а через секунду он упал сам.

Это конец. Император отвернулся, но пальцы хрона сжались на его ноге. Пето слепо смотрел окровавленными глазами.

– К-кто ты? – непонимающе спросил хрон, прежде чем потерять сознание. Память покинула его.

Заргал с трудом помог Лонгину добраться до лифта. Дорога к Столице отняла у хрона намного больше сил, чем он пытался показать. Из-за потери огромного количества жизненной энергии в бою с Элонимом, Заргал восстанавливался очень медленно.

– Знатно тебе потрепали, – прохрипел Лонгин. – Кто постарался?

– Мальчишка, – усмехнулся Заргал. – Ты тоже не в лучшей форме.

– Уверен, ты сам виноват. Твоя заносчивость никогда не знала границ.

Хрон посмотрел на своего товарища – тот еле волочил ноги.

– Скажи Лонгин, оно стоило того риска?

– Стоило.

Лифт пришлось ждать почти десять минут. Лонгин тяжело привалился к стене. Время от времени стена содрогалась, и доносились звуки чужих битв.

– Я знаю тебя не первый день Лонгин, – сказал хрон. – Ты легко мог одолеть того низшего с механической рукой. Как там его?

– Джейсон, – подсказал Лонгин, – Джейсон Ларс.

– Да. Он не настолько силен. Можешь не пытаться рассказывать мне о том, что хотел защитить мальчишку. Ты легко мог закончить бой за несколько секунд, если бы действительно пожелал. Я знаю тебя. Ты не просто силен, хитер или умен. Нет. Ты мыслишь совсем иначе чем я, чем какой-нибудь другой хрон или низший. Ничего не делаешь просто так, всегда сразу видишь конечную цель.

Заргал поморщился от боли в правой руке. Восстановится ли она когда-нибудь?

– Может все шло не совсем так, как было изначально задумано, – продолжил хрон, – но я знаю, ты предсказывал каждое событие задолго до того, как оно случалось. Начиная с того момента, как ты попросил меня заключить договор с Куртизом, а может и гораздо раньше. Ты провернул все так, чтобы никто не понял твоих истинных намерений, чтобы все события казались случайными, но это не было случайностью. Даже зная все это, я до сих пор не понимаю зачем? Я достаточно долго следовал за тобой не задавая лишних вопросов. Зачем все это? Скажи мне.

– Тебя никто не заставлял. Ты следовал за мной лишь потому, что тебя вело любопытство.

– И теперь я хочу знать, чем все закончится.

Приехал лифт. Лонгин попытался самостоятельно подняться, но у него не получилось. Заргал перетащил товарища в кабину.

– Какой там этаж? – спросил он, доставая платиновую карту. Без нее лифт не работал.

– Предпоследний подземный.

Некоторое время оба ехали молча. Цитадель насчитывала сто двадцать пять подземных этажей. Местные лифты двигались не настолько быстро, чтобы это расстояние получилось проехать за несколько минут.