Эйдан останавливается перед моим домом всего через десять минут — я предложил ему достаточно, чтобы он бросил всё, чем бы ни занимался.

— Что всё это значит? — спрашивает он у сотрудников СЗД, как только выходит из машины. — Дата слушания ещё даже не определена, и вы не имеете права забирать под опеку…

Альфонсо суёт бумаги в лицо Эйдану. Он хватает их и читает. Я жду, надеясь, что он рассмеётся. Что он ответит им на их хрень.

— Как, чёрт побери, вы получили это? Почему привлечён второй судья?

Рита сжимает мою руку.

— Они же не могут забрать её, не так ли?

— Они могут, — говорит Эйдан. — С этим, — он трясёт бумагой. — Но они не должны были оказаться способны получить это, это безумно неоднозначно.

— Кто они? — шепчет Рита.

Подъезжает другая машина, и я указываю:

— Они.

Майкл и Шерил выходят из машины, делая вид, что сбиты с толку.

— Что происходит?

— Как будто вы не знаете, — криво усмехаюсь я.

Эйдан хватает меня за руку.

— Дикон, не нужно.

Я прикусываю язык и смотрю на них сверху вниз с каменным лицом. Элси смотрит на меня:

— Почему бабушка и дедушка здесь?

— Анна, — говорю я. — Забери Элси в дом.

— Нет, — вмешивается Альфонсо. — Вы не можете.

— Вы издеваетесь надо мной? — огрызаюсь я. — Вы хотите, чтобы она была здесь, слыша всё это?

— Она может подождать в нашей машине, — говорит Майкл.

— Как вы вообще догадались приехать сюда? — спрашиваю я, бросая взгляд на Майкла и копа. Никто никому не звонит, едрить мой зад.

— С нами связался наш адвокат, — произносит Шерил.

— Папочка, ты обещал, — говорит Элси. — Ты обещал, что мне не придётся идти с ними.

Я уставился на родителей Стейси, пылая яростью в каждой клеточке своего тела.

— Эйдан, — спрашиваю я, — есть ли хоть что-нибудь, что мы можем сделать?

Он просматривает бумаги.

— Родители Стейси получают временную опеку, и слушание уже назначено и ускорено — через неделю. Слушание определит окончательную опеку.

— Так, — произношу я, — вы собираетесь травмировать мою дочь, заставив её думать, что она теряет своего папочку на целую неделю, только чтобы я выиграл суд и получил её обратно?

— Посмотрим, — отвечает Майкл. — Это к лучшему, что она будет в безопасности от тебя так быстро, как только возможно.

В безопасности от меня. Безопасности… от меня.

Чувствую, как Эйдан хватает меня за руку, которая сжимается и разжимается для удара, и шепчет мне на ухо:

— Я не думаю, что у них высокие шансы. Разве что ты прямо сейчас сделаешь что-то довольно глупое, что даст им тогда реальный шанс.

Я впиваюсь ногтями в свою ладонь.

— Элси, иди с бабушкой и дедушкой. Ты останешься у них на выходные и ещё на несколько дней после.

— Я не хочу, — говорит она. — Тётя Анна или Рита не могут присмотреть за мной?

— Нет, — отвечаю я. — Нам всем приходится делать что-то важное. Тебе придётся остаться с бабушкой и дедушкой ненадолго.

У Элси, Риты и Анны — у всех глаза полны слёз.

Майкл протягивает руку к Элси, она вскрикивает, бьёт его по руке и убегает прочь.

Я догоняю её и подхватываю на руки.

— Смотри, Элси, мне так жаль, что это происходит с тобой… с нами.

Она плачет так громко, что я даже не знаю, слышит ли она меня.

— Тебе придётся остаться у них ненадолго. Они твои дедушка и бабушка, ты будешь в порядке. Это не будет длиться…

Боюсь, что лгу ей. Снова. Боюсь проиграть иск, и тогда она возненавидит меня, когда вырастет. Что Майкл и Шерил настроят её против меня, а последняя вещь, которую я ей говорю, пока она всё ещё со мной, — ложь.

Но нет, я не проиграю. Она моя дочь, и я умру прежде, чем потеряю её.

Я отвожу её к машине Майкла и Шерил. Коп двигается ко мне, словно собирается выхватить её из моих рук. Бросаю на него такой угрожающий взгляд, что он отступает, ни мгновения не колеблясь.

Помогаю Элси устроиться на заднем сидении и пристёгиваю её.

— Я не хочу уезжать, — говорит она, её лицо красное и мокрое от слёз.

— Знаю, — отвечаю я. — Я тоже не хочу, чтобы ты уезжала, но ты должна верить мне, окей? Я знаю, ты уже большая девочка, и знаю, что ты можешь понять, что происходит, верно?

— Бабушка и дедушка хотят забрать меня, — произносит она. — Ты им не нравишься.

Я киваю.

— И полиция приняла сторону бабушки с дедушкой.

— Но ты — мой папочка!

— Я знаю, что так и есть, — отвечаю я. — И всегда буду, и никогда не откажусь от тебя, Элси.

— Так не заставляй меня уезжать!

Я смотрю обратно на копа.

— Если ты не поедешь, тогда полицейский арестует меня. Если он арестует меня, я никогда не смогу забрать тебя обратно, понимаешь?

Её губа дрожит, пока Элси смотрит на меня, а затем обнимает.

— Пожалуйста, забери меня обратно, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!

— Заберу, — отвечаю я.

Рита, Анна и я стоим там, пока Майкл и Шерил садятся в машину. Элси не прекращает плакать и, не отводя взгляда, смотрит на меня, пока коп закрывает дверь перед ней. Внедорожник отъезжает, увозя мою дочь от меня.

Сотрудники СЗД и полицейский покидают нас, оставляя то, что осталось от моей семьи, и меня наедине с Эйданом.

— Как это могло случиться? — произношу я, опустив взгляд на Эйдана.

— Твои родственники, должно быть, кому-то заплатили, — говорит Эйдан. — Не Лоусону, а другому судье.

— Прекрасно! — отвечаю я. — У них СЗД и копы, но не Лоусон, спасибо за великолепные грёбаные новости, мудак.

— Эй, — говорит Эйдан. — Не стреляй в курьера! И Лоусон всё ещё остаётся судьёй, которая примет окончательное решение. Смотри, насколько я могу судить, это всё, что они смогли потянуть. Они запаниковали, что ты намерен победить на слушании, и подкупили всех, кого смогли. Если бы тот парень не забил твой туалет, если бы не было пожара, я даже не знаю, удалось ли бы им хоть что-то сделать против тебя.

— Великолепно, — отвечаю я.

— СЗД были отправлены найти что-нибудь, всё, что угодно, и получили это, верно? Может быть, если бы они не увидели то, что видели, они бы попытались усилить противостояние с тобой и довести тебя до состояния, когда бы ты сам слетел с катушек.

— Почему все думают, что у меня настолько бешеный грёбаный характер? — рычу я.

Все трое смотрят на меня, как на идиота.

— Потому что так и есть, — говорит Эйдан. — И они пытаются использовать это против тебя. Не позволяй им. Эти следующие несколько дней чрезвычайно важны. Ты должен вести себя как можно лучше. Я бы отменил все твои встречи с клиентами — мы не можем рисковать нарваться на очередную байкерскую разборку.

— Отлично, — заявляю я. — Сделано. Что ещё?

— Как я сказал, — произносит Эйдан, — судья не у них в кармане. Её нельзя купить, так что воспользуйся, насколько сможешь, шансом доказать, что обстановка здесь, с тобой и Ритой, является безопасной и это хорошее место для развития Элси… и тогда ты справишься с этим.

— Мы справимся с этим вместе, — отвечаю я, сжимая ладонь Риты.

— Отличная работа с поддельной женой, — заявляет Эйдан. — Кстати, очень благопристойно выглядит. Во сколько она тебе обходится?

— Извините меня? — говорит Рита, вспыхивая.

— Ох, — произносит он. — Не поддельная? Даже лучше.

Глава 22

Рита

Мы все входим в дом после того, как Эйдан уехал. Дом стал таким пустым без Элси. Тихим, пустым и холодным.

И Дикон, словно бурлящий котёл, ожидающий момента, чтобы выплеснуться наружу. Я не знаю, как успокоить или утешить его.

Я кладу ладонь на его предплечье, а он напрягается и сжимается.

Анна начинает готовить, я думаю, не потому, что кто-то из нас хочет есть. Она, наверное, просто не знает, что ещё делать. Я, чёрт подери, сама не знаю, как поступить.

— Мне нужно выбраться отсюда, — произносит Дикон, поднимаясь. Его стул проезжает по деревянному полу.

— Куда мы идём? — спрашиваю я.

Он бросает на меня взгляд, открывает свой рот, потом закрывает его.

— Дикон? — требую я.

— Мне нужно пройтись где-нибудь в одиночестве, — отвечает он.

— Где? — настаиваю я.

— Дай мне немного пространства, Рита, хорошо?

— Я просто хотела узнать, где…

— Снаружи, — говорит он. — Окей? Я не могу справиться со всем этим дерьмом, мне просто нужно, нужно…

Я вспоминаю, что он рассказывал. Выпивка или наркота никогда не были его пороками — были женщины.

— Мы можем, — говорю я, чувствуя себя неловко и слишком по-девчачьи, — сделать что-то… вместе, если ты понимаешь, что я имею в виду…

Он фыркает.

— Я ухожу. Не беспокойся обо мне.

Он выходит, едва не хлопнув дверью.

Я начинаю плакать, как только он уходит.

Анна выбегает из кухни.

— Что произошло? Дикон ушёл? Вы… — она смотрит на меня сверху вниз.

Она садится рядом со мной, подтягивает стул и обнимает меня.

— В чём дело?

— Я не знаю, куда он отправился, но… но… что если он, ну ты знаешь? Ушёл, чтобы подцепить другую женщину?

— Он без ума от тебя… — говорит Анна не совсем уверено.

— Тогда почему он оставил меня, когда больше всего нуждается во мне?

Анна нахмурилась.

— Мужчины не всегда поступают осмысленно, Рита. Иногда они думают, что должны брать все тяготы на себя. Они считают, что доставляют тебе неудобство, делясь своим горем с тобой. Когда Стейси умерла, было также. Он не хотел разговаривать со мной, даже несмотря на то, что я его сестра.

— Я его жена, — говорю я, чувствуя себя опустошённой и подавленной. — Его поддельная жена, ты же слышала, что сказал тот тупой адвокат?

Анна похлопывает меня по спине.

— И Дикон даже не сказал, что я настоящая! Он просто позволил этому бестолковому адвокату думать всё, что ему захочется.

— Давай забудем об адвокате, — произносит Анна. — Никого не волнует, что думает этот мудак.

— Хочешь выпить со мной? — спрашиваю я, сопя. — Прошло немало времени с тех пор, как мы пили вместе.

— Конечно, — отвечает Анна. — Позволь мне только выключить плиту, прежде чем опять начнётся пожар.

Глава 23

Дикон

Выхожу из машины, чувствуя себя виноватым, как смертный грех. Я не должен чувствовать вину, но чувствую. Иду сквозь темноту, между участками света, отбрасываемого уличными фонарями. Без единого звука прохожу сквозь хорошо смазанные ворота и ступаю на покрытую росой траву.