- И никто не помог?

- Говорю же: одна жила, в глуши, кто ей поможет? Кричала, наверное, выбраться пыталась, вот только русалки на дно утащили-таки.

- Русалки не утаскивают одиноких теток, девчонка.

- Знаю. Говорят так просто. Вообще, не цепляйся к словам!

Он кивнул. Серьезно кивнул, задумчиво.

- Ясно. А с кузиной что?

- У мамы брат был. Раньше – ну, до того, как они с папой поженились, - она с ним жила и с его женой, так вот у них дочь была. Наверное, года на два-три старше меня. Жили нормально, но как мама от них съехала, они как будто с цепи сорвались. Брат ее однажды напился ночью и случайно дочь свою придушил подушкой. А жена его как это увидала, набросилась на него с ножом. Они друг друга и порешили. Последний, отца брат, на Эрин подсел, почти сразу же и умер. Вот и все.

- М-да. Так ты поэтому взъелась, когда у меня, ну, следы увидела?

- Ага. И еще страшно было.

Йен усмехнулся.

- Неужто за меня?

- Мечтай, - соврала я. – Просто если ты на тот свет отправишься, куда же я денусь? Из всех городов я знаю только Суцито, но туда, черт возьми, мне путь заказан.

- Правильно рассуждаешь. В каждом деле нужна только голова, а все остальное подождет.

- Так, я тебе все рассказала, теперь твоя очередь. Давай-давай, я ведь ни черта о тебе не знаю, кроме того, что ты алкоголик, да еще и наркоман. Начнем, пожалуй, с дальних.

Он рассмеялся.

- Э-э-э, нет. Мы так не договаривались, девчонка. Я спросил – ты ответила, а то, что ты не поставила условия, это уже не моя проблема. Просто ты дура.

- Ты поосторожнее, я ведь и сдачи дать могу.

- Пф-ф-ф, - Йен скорчил гримасу. – Даже в моем нынешнем состоянии я легко тебя уложу на обе лопатки, - он на секунду задумался. – Как бы это ни двусмысленно звучало. Ладно, все, молчу-молчу, хватит уже меня избивать! Раз уж на то пошло, негоже мне отказывать девушке. Все-таки нам еще работать в месте, так или не так?

Я в подтверждение его слов согласно кивнула. Хорошо хоть не вспоминает больше о смерти, и на том спасибо.

- Ну, сразу скажу, что дальних родственников у меня нет. Или есть, но я о них не знаю, и могу поклясться, что и они обо мне тоже ни слухом, ни духом, так что это не считается. Отец был сиротой. Работал каким-то там политиком в Северной Голиции…

- Где-где?

- В Голиции. Северной. Ай, не заморачивайся, такого государства уже давно нет, так что не важно это совсем. Там познакомился он и с мамой. Она, кстати, тоже сирота, вот так вот совпало. Мать была белошвейкой, но как Голиции не стало, так мы всей семьей переехали в Дэн. Сначала перебивались, чем могли, а потом дела, вроде как, наладились. Отец стал товаром разным торговать, поэтому мы с ним часто путешествовали, а брат с сестрой все время дома оставались с мамой.

- А когда ты стал проводником? – я боялась, что он снова замолчит, но решила спросить.

Йен вздохнул. Несколько секунд он молча помешивал в костре угли, а потом продолжил:

- Отец тогда вез тарантурский шелк тогдашнему Шестому Владетелю – да, жили мы не так-то бедно, - ну, и я с ним увязался. А чего еще делать-то было? Я ненавидел оставаться дома, не любил ничего, что с ним связано. Признаться, и маму-то я не очень любил. Была она какая-то… не моя, в общем. А вот сестренка моя и брат наоборот все время с ней таскались. Так вот заказ-то был не хухры-мухры, а дорогущий, и пришлось отцу охрану нанимать, а тогда проводники какие были? Им только заплати, они тебе что угодно сделают, ведь не родились еще такие идиоты, которые против них начали бы законы строчить.

- Он и стал твоим учителем?

- Не сразу. Да и вообще их было трое, и как только мы доперлись до Владетеля, то сразу же с ними распрощались.

- Но как тогда?..

- Стой, - Йен поджал губы. На его лице заиграли желваки. – Чтобы ты поняла, сначала я должен рассказать, почему я… почему они все погибли. Но обещай мне, что поверишь на слово и… поймешь. Обещаешь?

Я сразу же кивнула. А что? Все равно хуже уже не будет.

Йен уже открыл рот, чтобы все рассказать, но внезапно за нашими спинами в лесу хрустнули ветки. Мы сразу же вскочили на ноги и уставились на темные силуэты деревьев, на которых гуляли танцующие блики огня.

- Что это? – сглотнув, спросила я.

- Без понятия, - таким же шепотом ответил мне Йен. – Но проверить однозначно стоит.

Он вытащил свой железный кинжал, и мы медленно двинулись в сторону источника шума, внимательно озираясь по сторонам. После ночи оживших мертвецов мне что-то не хотелось снова попасть в их лапы.

Проводник беззвучно скрылся в полутьме чащи, и я пошла за ним. Правда, не так уж беззвучно, ломая буквально каждый сук, попадающийся мне по дороге. Черт, и как ему только это удается?

В лесу мы не нашли ничего. Тот, кто был здесь, уже скрылся, или это просто пробежала какая-нибудь безобидная зверушка, так что пришлось возвращаться обратно ни с чем. Но то, что ждало нас там, перепугало меня до чертиков.

Я сглотнула, сжимая в руке рукоять своего клинка.

Йен медленно присел у нашего камня, измеряя кинжалом размер длинного и узкого когтистого следа, и тихо присвистнул.

- Предлагаю нам отсюда по-быстрому свинтить. Ты как, девчонка, не против?

- Не-а, - тут же мотнула я головой.

***

- И что это было? – спросила я чуть позже, когда мы отошли от нашей стоянки на приличное и, как предположил Йен, безопасное расстояние и не подходили больше к деревьям.

- Холхост ее знает, что это за тварь была, я еще такой лапищи не встречал. Что-то назревает, девчонка, и я однозначно не хочу в этом участвовать и тебе не желаю… Да не бойся ты: если она за нами увязалась, то себя раньше времени не выдаст и на чистую поляну не выйдет, так что пока можно расслабиться.

- Вот только когда наступит это время?

Проводник пожевал губу.

- Например, когда мы спим. Подкрадется к нам и аккуратненько так глотки и перегрызет. Да, ты права, спать надо по очереди. Чур, ты первая.

- Эй! – возмутилась я, но поздно: Йен уже лег на землю и, подоткнув под голову мешок, стал демонстративно храпеть. – Ты хоть не храпи, что ли. Переигрываешь же.

В ответ он стал храпеть еще громче, и я, вздохнув, уселась рядом и с опаской оглядела травяной холм, на который мы забрались. Отсюда все видно было просто прекрасно, но вот тот лес слева все еще мрачно глядел прямо на нас.

Я вздрогнула. Да уж, повстречаться с таким чудовищем мне совсем не хотелось, так что пришлось оставаться на стреме.

Черт, вот же западло! Он мне почти все рассказал, а тут этот монстр! Мое любопытство не давало мне покоя, так что все следующие три часа я провела, ерзая на мягком месте. Могу поспорить, завтра он ни черта мне не расскажет. Что я его, не знаю, что ли?

Находясь в глубоких раздумьях, я сама не заметила, как заснула.

- Кхм, девчонка.

- М-м?

- Я, конечно, понимаю, гормоны, вся фигня. Но не могла бы ты с меня слезть? Дышать… тяжело, - внезапно прохрипел мне знакомый голос в самое ухо.

Я как ошпаренная тут же вскочила на ноги, едва понимая, что происходит. Волосы стояли торчком, видимо, пытаясь пародировать одуванчик, от губ тянулась струйка прозрачной слюны, куртка вообще расстегнута, а рубашка…

- Черт!

- Во-во, и я про то же.

Наконец, проснувшись и поглядев на Йена, я, не сдержавшись, расхохоталась.

- Чего ты ржешь, я никак понять не могу? – проводник со стонами перевернулся на бок, а потом сел, поправляя одежду и волосы. – Придавила меня, Холхост тебя побери, еще и ржет тут. Ну-ну. Тебя, блин, только на страже и оставлять, девчонка.

- Прости, - я прикрыла рот ладонью, но тут же снова прыснула.

- Пошли уже, е-мое, - обиженно заявил он.

- А завтрак?

- В дороге завтракать будешь. Наказана ты.

- Я же извинилась!

- А я сказал: нет тебе прощенья! И застегнись. Развалилась тут, понимаешь ли!..

Весь день он только и делал, что бурчал под нос и ходил с таким видом, как будто я на нем не уснула, а придушила его любимого кота, о котором он заботился всю свою жизнь. Не знаю, откуда у него взялись такие перепады настроения, но это порядком бесило. В конце концов, ему – да неужели! – надоело строить из себя обиженную принцессу, и он взялся за мое обучение. Взялся основательно, так что уже через четыре часа я искренне пожелала, чтобы вернулся ворчливый старик-Йен, а не этот больной садист.