POV Сеня

Я бегу со всех ног, но дыхание надолго не хватает. Я промчалась мимо кухни, устремляя к табличке «Запасный выход». Оказавшись на улице, вижу небольшое здание, напоминающее сарай. Огибаю его, чтобы скрыться. Не была уверена, что Рома побежит за мной, но это вполне возможно.

Я прислонилась к деревянной стене, запрокидывая голову. Каюсь рукой грудной клетки, затем и вовсе надавливаю на неё. Сердце гремит словно сабвуфер. Я всхлипываю, понимая, что все испортила. Мне страшно. Коленки подгибаются.

Что это вообще было? Как я могла позволить ему поцеловать себя? Как я могла сама ответь на его поцелуй?

Я сопротивлялась, но это было слишком жалко. Если бы хотела вырваться, то вырвалась, а так… Мне ведь понравилось! Это было настолько невероятно, что мне не верится. Может, если я хорошенько себя ущипну, то проснусь?

Ударяю себя по лбу. Какая же я дура! Господи, и что мне теперь делать?

— Сеня! — Дверь ударяется о стену. Рома вырывается на улицу. — Сеня! Не беги от меня! Сеня! Давай поговорим?

Нет. Нет. Трясу головой: я не готова к разговору. Я не хочу знать, почему он это сделал. Уверена, что ответ мне не понравится.

— Почему ты прячешься? — слышу его голос. И это не крик издалека.

Смотрю в сторону, вижу приближающегося парня. Отступаю, чтобы он не смог зажать меня в угол.

— Мы можем поговорить? — Рома морщится. — Ради бога, можешь не шарахаться от меня? Я обещаю не приближаться… пока мы не выясним все.

— Хорошо, — сипло произношу я, останавливаясь, — говори.

— Сеня, я…

Рома обрывает фразу. Я закусываю щеку.

— Я не…

Он опять начал и не закончил. Что собирается сказать, но никак не решается? Что это?

— Говори, — выдыхаю я. — Говори, что хотел сказать. Я тебя слушаю.

Но Рома молчит. Лишь пристально смотрит на меня, словно его взгляд все сам расскажет. Но я ничего не вижу. Может, дело в том, что меня захлестывают собственные эмоции? Я не могу сейчас заниматься анализом языка его тела.

— Говори, зачем ты все это делаешь? — Чувствую странный прилив сил, делаю шаг вперед. — Говори, зачем привез меня к себе домой? — Делаю ещё шаг. — Говори, зачем сегодня позаботился обо мне? — Не моргая смотрю на него. У Ромы такой вид, словно теперь он готов отступать. — Говори, зачем поцеловал меня только что? Говори!

Подхожу почти вплотную. Я должна четко услышать его ответ.

— Я хочу вернуть твою любовь, — быстро произносит Рома, и голос его дрогнул.

— Что? — быстро моргаю. Мне это показалось?

— Хочу, чтобы ты снова меня полюбила, чтобы была рядом… Черт! Не так…

Рома ведет себя слишком странно. Никогда не видела, чтобы ему так сильно не хватало слов.

— Ты ведь шутишь, да? — Я опешила.

— Нет, но…

Я открываю рот, начинаю часто дышать, схватившись за живот.

— Удобная.

Это точно про меня. И не только Андрей так думал. Обида душит. На глаза наворачиваются слезы.

— То есть ты хочешь, чтобы я снова начала бегать за тобой? — Я резко выпрямляюсь, всхлипываю. Рома хмурится. — Чтобы вновь превратилась в собачку, следующую за тобой?

— Нет, все не так! — Рома взмахивает руками.

— А как? Ты сейчас именно это и сказал!

— Ты не так меня поняла! Я лишь хотел сказать, что…

— Пару ласковых слов, — начала я перечислять предательски дрогнувшим голосом, чувствуя, как душа разлетается на мелкие осколки, — пару взглядов, поцелуй. И вот я снова у твоих ног? Так ты хотел? Видимо, в моё отсутствие ты понял, что такой идиотки, как я, больше не существует и…

— Не говори так о себе!

— Просто смотрю правде в глаза. — Я отворачиваюсь от него. — Я давно стала реалисткой.

Боль внутри становится невыносимой. Если я сейчас упаду на колени, всевышний смилуется надо мной, и разверзнется земля? Такого унижения я не вынесу. Сердце словно превратилось в мягкую игольницу, куда трудолюбивая рукодельница начала методично принялась вставлять своих помощников.

— Я хочу быть с тобой! — вдруг выдает Рома.

— Со мной? — поворачиваюсь, удивляясь. — Что за бред?

— Это не бред! — Яростно мотает головой, двигаясь ко мне. — Ты нужна мне!

— Ещё бы, — хмыкаю, вспоминая, как бежала к нему даже когда он не звал.

— Нет, не в этом смысле! — взрывается парень. — Ты нужна мне! Я хочу быть с тобой! Я…

Рома закрывает глаза, вновь подбирая слова.

— Мы ведь можем начать все с начала? Ты и я. Я хочу быть с тобой…

— А ты спросил, чего хочу я?

Как ни крути, а жизнь вдали от него принесла свои плоды. Там, за несколько тысяч километров от него, я научилась думать о себе. И пусть мое сердце сейчас захлебывается в панике, реагируя на его слова, голова не даст ему сделать неправильный выбор.

— Сеня! — Рома вытягивает руку, чтобы дотронуться до моей руки.

— Нет! — всхлип. — Даже не думай! Я могу и сама тебе ответить. Я не хочу!

— Я не верю!

— Придётся. — Мне вдруг становится холодно. И голос леденеет. — Тебе придётся принять, как я приняла это полтора года назад. Хотя я не думаю, что твое желание продлится дольше.

— Откуда ты знаешь? — щурится, поджимая губы.

— Я тебя знаю. Я наблюдала за тобой десять лет. Я все видела. Ты никогда не любил отдавать свои игрушки, но когда получал их, они тебе быстро надоедали.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Думаю, ты считаешь меня убежавшей игрушкой, которую хочешь вернуть. А когда вернёшь, охладеешь.

— Неправда! То, что ты говоришь, не имеет ничего общего с моими желаниями и чувствами!

— Правда? Что ты хочешь от меня? Моего внимания? Моей любви? Моей заботы?

Он молчит, сдвигая брови. Я знаю, что права. Это именно то, чего он хочет. Почему я раньше не догадалась? Все ведь так просто. Лежит буквально на поверхности.

— А я отказываюсь тебе их давать. — Я вонзаю в свои легкие нож, затем прокручиваю. Грудь стонет от боли, но она отрезвляет. Я должна посмотреть правде в глаза. — Тебе не нужна я. Тебе нужна я, боготворящая тебя, следующая за тобой, готовая в любую минуту подстелить тебе соломку.

— Нет, — упрямо повторяет Рома. — И я докажу тебе, что ты ошибаешься. Я сам стану собачкой на привязи, следующей за тобой.

— Ты не сможешь.

— Почему?

Я поворачиваюсь к нему спиной, чувствуя дрожь в коленях. Сама себе удивляюсь. Такие смелые слова и такие трусливые поджилки. Меня знобит. В голову словно вату понапихали.

— Потому что это будет любовь впустую, а ты слишком гордый и самолюбивый для такого.