— Да, у нас был секс, если ты об этом. А теперь прости, мне бы хотелось принять душ и лечь спать. — Чтобы не обижать подругу, целую её в щёку. — Давай поговорим об этом завтра.

Если бы не дьявольская усталость, мой истерический хохот над ошалелым выражением лица Алисы долго сотрясал бы стены квартиры.

Жалкий десяток шагов до ванной комнаты в буквальном смысле слова доползаю: ноги словно налились свинцом, а голова напрочь отказывается соображать. Стаскиваю платье, которое больше никогда не надену, даже если будет повод, потому что один взгляд на него — и я начну вспоминать Максима. Настраиваю нужную температуру и вхожу под тёплые струи, которые острыми иглами прошивают моё промёрзшее тело насквозь. Немного пугаюсь, когда вижу кровавые разводы, стекающие по ногам, но вовремя вспоминаю, что я больше не «девочка».

Завернувшись в большой махровый халат, выхожу из ванной и замечаю полоску света, выбивающуюся из-под двери на кухне, слышу грохот посуды и приглушённое ругательство голосом Алисы: её после алкоголя всегда тянет перекусить. Тихо прокрадываюсь в гостевую комнату, которая с недавнего времени стала моей и без сил валюсь на кровать, даже не потрудившись разобрать её.

Уже проваливаясь в сон чувствую, как под чьим-то весом прогибается вторая половина кровати, а после Алиса обнимает меня и легонько гладит по голове.

— Спи, старушка, — тихо шепчет она. — Завтра мы со всем разберёмся.

И я проваливаюсь в спасительный сон.