Ангуса это не смущало, я слышал его смех и смутно различил, как он поднял кулак к небу. Потом он внезапно прокричал команду. Десятки Морских Змей молниеносно вскарабкались по такелажу и так быстро свернули паруса, что мне показалось, будто это случилось в мгновение ока. В то же время были подняты вёсла, манёвр, который я уже видел во время ночного боя с чёрным кораблём и восхитился.

В темноте мне сначала показалось, что мы медленно движемся к этой чёрной стене, но теперь всё происходило стремительно. Только что крутые скалы были ещё далеко, а потом мы оказались посреди ревущего прибоя.

Под моими ногами палуба поднималась и опускалась, поворачивалась и крутилась так сильно, что для меня было загадкой, как Ангус мог стоять на ногах. Сам я давно уже обмотал вокруг тела верёвку и крепко привязал себя к фонарю. Один раз я уже потерял равновесие и смог спастись только благодаря натянутым верёвкам. Но теперь, когда увидел мчащиеся нам навстречу тёмные скалы, я лишь надеялся, что смогу достаточно быстро обрезать верёвку, если случится немыслимое, и «Снежная Птица» разобьётся.

Я не в первый раз поклялся себе, что научусь плавать при первой же возможности.

Серафина стояла рядом с Ангусом, её глаза были закрыты, а одна рука лежала на правом плече фарландца. Верёвка, которую она обернула вокруг тонкой талии, удерживала её на месте, но казалось, она в ней не нуждается. Она ни разу не потеряла равновесие, не говоря уже о том, чтобы упасть.

Но теперь её напряжение тоже было заметным, когда она кричала инструкции Ангусу на ухо, чтобы он хотя бы что-то мог расслышать в таком шуме.

В какой-то момент команда отреагировала слишком медленно, и со стороны левого борта вёсла были подняты не вовремя. Почти полдюжины сломалось, когда скала безжалостно их согнула. Морских Змей, держащих вёсла, отбросило назад, словно кукол. Эльгата громко выругалась, затем я услышала зловещий стон корабля, когда он флангом проскреб вдоль невидимой скалы.

И только благодаря быстрой реакции гребной команды это не привело к серьёзной катастрофе.

Почти так же быстро, как вёсла были потеряны, другие Морские Змеи задействовали новые, храбро прыгнув в брешь, вместо своих раненных товарищей.

В темноте тёмные скалы с обоих сторон казались мне ещё более грозными, и не один раз я думал, что между ними недостаточно места для корабля, или что Ангус ещё вовремя успеет повернуть корабль на следующем повороте.

Но внезапно палуба под ногами перестала раскачиваться так сильно, высокие скалы отступили и шум прибоя стих.

30. Тёмное зеркало

«Снежная Птица» бесшумно скользнула в тёмную гавань, где ветер был едва заметен. Только дождь лил так сильно, что можно было пить из ладоней.

Ангус отдал последнюю команду, вёсла подняли, и «Снежная Птица» повернула влево, показав тёмной тени впереди нас бронированный нос корабля. Эльгата выругалась и отдала тихий приказ, после чего полдюжины Морских Змей поспешили в носовую часть, чтобы подготовить баллисту.

Благодаря хорошему ночному зрению Зокора смогла подтвердить, что находится впереди: корабль того же типа, что взял на абордаж наше «Копьё». Один из чёрных кораблей.

— Могли бы и догадаться, — заметила Эльгата. — Альдерлофт находится недалеко от Теролхайма. Конечно, они укрылись от шторма здесь!

— Сомнений нет? — тихо спросил Варош.

— Едва ли, — ответила Эльгата. — Очевидно, что это тот же корабль, что напал на Теролхайм.

— Нам повезло, — заметил Мнеделл. Он поднял голову и вытер воду с лица. — Дождь нам помогает, иначе судовая вахта уже давно бы нас заметила.

Ангус прищурился, мрачно уставившись в темноту, затем решительно покачал головой.

— Дело не в этом. Они не выставили охрану, они чувствуют себя здесь в безопасности. — Он указал на далёкие огни на берегу, едва заметные сквозь дождь. Было слишком темно, чтобы разглядеть подробности, но мне показалось, что там примерно с полдюжины длинных, низких зданий и большой дом, вроде большой фермы или гостинцы.

— Они оставили людей на корабле, но охрану не выставили. Да и с какой стати? В такую погоду и ночью… кто осмелится проплыть через пролив в гавань? Этот корабль больше нашего. Чтобы пересечь пролив, им пришлось сильно постараться. Они знают, что при такой погоде через него практически невозможно пройти.

— Нам это удалось, — пояснил Ангус.

Менделл пристально посмотрел на него.

— Да, — согласился он. — Даже если я никогда не пойму, как.

— Может благодаря тому, что я самый лучший штурман, которого вы когда-либо встречали? — скромно предложил Ангус.

— Думаю, это скорее не ваша заслуга, — сказал Мнеделл, невольно глядя на Серафину, которая, казалось, игнорировала перепалку. Она, прищурившись, смотрела на берег, где далёкие огни были почти не видны.

— Если там сотня солдат, в придачу экипаж корабля, то контрабандистам остаётся мало места в их гнезде, — подсчитала она.

— Верно, — сказал Ангус. — Но только если контрабандисты ещё живы.

— И что будем делать теперь? — задал Менделл вопрос, который крутился у всех нас на языке.

Эльгата одно долгое мгновение изучала тёмную тень перед нами, затем перевела взгляд на берег. Она подняла голову к небу, где молнии теперь освещали тёмные массы.

До того момента, как шторм настигнет нас в полную силу, осталось не так долго.

— Шторм нас прикроет. В такую погоду большинство из них спрятались под сухую крышу. Мы атакуем. — Она по очереди посмотрела на всех нас. — Мы захватим корабль и сразимся с этим выводком на суше.

— Тогда будем надеяться, что Борон к нам милостив, — заметил Варош. — Я буду молится, прося его благословение.

— Вреда от этого не будет, — сказала Эльгата. В темноте я увидел, как блеснули её зубы. — Но мы, Морские Змеи, и обучались именно для таких случаев. Наш противник даже не поймёт, что с ним случилось.

Зокора коснулась плеча Вароша.

— Там, — тихо сказала она. — На корабле возле перил. Там стоит один из них и облегчается в воду. Быстрей, пока он не вскинул голову.

Варош поднял арбалет и снова опустил.

— Я ничего не вижу, — пожаловался он.

— Тогда я одолжу тебе свои глаза, — промолвила Зокора, кладя руки ему на виски. Варош оторопел, но потом улыбнулся, поднял арбалет и выстрелил. Я посмотрел вперёд, но увидел лишь тёмные тени.

— Он упал в воду, — с удовлетворением сообщил нам Варош.

— Хороший трюк, — заметила Эльгата, с любопытством глядя на Зокору. — Вы сможете его повторить?

— Да хоть всю ночь, — ответила эльфийка.

— Звучит как хорошее предложение.

— У меня есть идея получше, — сказала Зокора.

— И какая? — спросила Эльгата.

Но Зокора лишь молча развернулась и спустилась вниз. Мы с удивлением смотрели ей вслед.

— Она всегда такая? — спросил Менделл Вароша.

Тот пожал плечами.

— В большинстве случаев она ничего не объясняет.

Эльгата позвала капрала Деркина, и мы вместе спустились в нашу каюту, чтобы провести военный совет. Там мы также нашли Зокору, на которой теперь были одеты лишь тонкие брюки из тёмной кожи и короткий жилет, открывавший живот. Когда она наклонилась, чтобы взять из поклажи вторую кожаную портупею с тонкими кинжалами и крест-накрест перекинуть через плечо, я увидел, как играют её мышцы под кожей. Я быстро отвернулся, но Зокора, казалось, совсем не осознавала свою наготу.

— Я позабочусь о чёрном корабле, — заметила она, проверяя, местоположение кинжалов. На каждом ремне находилось по десять таких смертоносных клинков.

— Кроме того, я задам ещё парочку вопросов. Возможно, смогу узнать больше о том, что этот князь хочет от Лиандры.

— Но… — начала Серафина и запнулась. — Это действительно «Кровь Шипов»?

Зокора кивнула.

— Да. — Она уставилась на Эльгату. — Я позабочусь о корабле, вы о солдатах на суше.

— Мы не знаем, сколько людей на корабле, — напомнила Эльгата. Вы уверены, что…

Зокора злобно улыбнулась. Она коснулась пальцем одного из своих метательных ножей.

— Их можно использовать и по нескольку раз, — заметила она, повернулась и отодвинула занавеску на окнах, чтобы открыть одно из них. — Здесь темно, — сказала она и словно тень, выскользнула на улицу. Мы с Варошем подошли и одновременно выглянули в окно, но она уже исчезла в темноте и под дождём, как будто её никогда и не было.

Деркин тихо присвистнул.

— Она времени зря не теряет, да?

— Похоже на то, — сказала Эльгата, но, казалось, не особо обрадовалась. — Однако в таких случаях я предпочитаю координировать наши действия. Всё же надеюсь, что Борон поможет ей.

— Вы немного напоминает мне Сантера, — сказал Деркин, с трудом затягивая ремни моих кожаных доспехов. — Некоторые злословят, что большие размеры мы держим на борту только из-за него.

На мне теперь тоже были доспехи Морского Змея, как и на всех других. В них, якобы, даже можно было плавать.

Ну, что касается этого, одень я хоть боевую броню, разницы бы не было.

— Кто такой этот Сантер? — спросила Серафина, которая как раз помогала Варошу застёгивать доспехи.

— Легенда среди Морских Змей. Он почти такого же роста, как генерал и такой же крепкий. Он несокрушим, самый живучий парень, которого я знаю. Амос хорошо был с ним знаком и высоко его ценил. — Деркин тихо засмеялся. — На самом деле, такой как он, должен был бы пойти в легион Быков, но он предпочёл что-то более респектабельное. — Он отступил и удовлетворённо кивнул. — Я закончил. Когда последний корабль Сантера потонул, он плыл в холодном море добрых двенадцать миль до ближайшего берега. Мало того, он всю дорогу тащил за собой ещё одного раненого товарища. Также он самый меткий стрелок Морских Змей. В течение четырёх лет он каждый раз выигрывал легионерский чемпионат. — Он вздохнул. — Если бы он был сейчас с нами, я бы так сильно не волновался.

Когда мы садились в лодку, Серафина тихо спросила меня, кто такой Амос.

— Первый помощник говорил о нём так, будто ты его знаешь.