ГЛАВА 4

Движущие силы открытий

Я становлюсь изобретательной. А может, просто наглой и самоуверенной. И коварной. Сама удивляюсь: откуда это во мне?

— Сонечка, я сама клеточки почищу, — предупредительно извещаю свою напарницу, заметив, что та направляется к животным, — не трать время, занимайся своими делами.

— А я уже всё сделала, — на полпути замирает девушка.

— Здорово, — воодушевляю её. — Значит, можешь отдыхать с чистой совестью.

— Да? — всё-таки лёгкое сомнение проскальзывает по лицу. — Ещё три часа до конца рабочего дня.

— И что? — пожимаю плечами. — Никита в отпуске. Леонова нет. Кто узнает?

Еще несколько секунд Соня колеблется.

— Тогда я пошла? — нерешительно уточняет, снимая халат.

— Давай, давай, — делаю прощальный жест ручкой. — До завтра.

Глупо? Это только кажется. Сколько Сонька будет возиться с животными? Правильно, все три часа. Копуша она страшная. А я? Да минут двадцать, максимум. Зато всё оставшееся время — моё!

А раз так, значит, не будем терять его напрасно. В шустром темпе ношусь по лаборатории, заканчивая работу и предвкушая новые впечатления. Ох, скорей бы!

Доза снотворного, которая сегодня достаётся Эдеру, внушительная. Хорошо, что препарат безопасный — Ян не лгал, когда утверждал, что сюда поставляют только лучшее.

Едва сдерживая волнение, я готовлюсь к операции «Залезь туда, куда тебя не просят». Как бы по шапке потом не получить! От скрытного братика. Который точно в курсе!

Фыркаю возмущённо. А вот не надо было тайн разводить!

С боевым настроем нахожу в программе сохранённые вчера параметры пойманного изображения и активирую нейроскан. С минуту прибор зондирует участок, а я терпеливо жду, созерцая уже привычную серость небытия. Наконец, картинка появляется. Медленно, словно нехотя, расплывается непонятными движущимися пятнами. Яркими — красными. Тёмными — синими. Светлыми — белыми. В ушах — гулкие отзвуки, будто искажённый разговор. Вот оно!

Варьирую настройки, меняя чувствительность прибора, глубину проникновения, скорость считывания… Всё, что доступно. В разных комбинациях. На обычной интуиции, потому что никаких зависимостей не замечаю. И, в один прекрасный момент, словно проваливаюсь в этот цветовой колодец. Даже глаза зажмуриваю, настолько явное возникает ощущение падения.

— А мне кажется, ты поступаешь очень глупо, — смешливый тенор говорит так близко, словно прямо в ухо.

Распахиваю глаза, осознавая, что тот, в чьих воспоминаниях я нахожусь, тоже поворачивает голову на звук.

— Почему? — слышу его собственный голос. Низкий, чуть хрипловатый, спокойный.

Взгляд останавливается на стоящем рядом человеке. Светлые волосы гладко зачёсаны назад, малахитовые глаза искрятся смехом, рот тоже кривится, старательно сдерживая не то улыбку, не то усмешку.

Стоп!

Останавливаю считывание, всматриваясь в такие знакомые черты. Точно! Это же брат моего отца. Я видела его пару раз. Лет в десять и в шестнадцать, когда он в гости приезжал. Но это, вне всяких сомнений, дядя Рома! И очень молодой. Наверное, ему тут не больше двадцати пяти.

Открытию я радуюсь неимоверно. Как тесен мир! И насколько я права! Эдер действительно человек!

Облегчённо выдыхаю, вновь запуская программу. Дальше!

— Да потому, что ты — квалифицированный пилот. И прекрасный боец. А в группе внедрения тебе всё это не понадобится, у них иные методы. И капитан тебя не поймёт.

Рука моего дяди сжимает плечо Эдера. Тот бросает на кисть быстрый взгляд, и резкость изображения на мгновение теряется. А потом возвращается, едва изображение вновь фокусируется на лице собеседника, в зелёных глазах которого пропадают смешливые искорки, сменяясь пристальным вниманием.

— После всего, что случилось? — раздаётся неприятный смешок в ответ. — Поймёт. А что касается остального… — Эдер замолкает, отворачиваясь. — Приспособлюсь. А у тебя большой выбор, найдёшь мне замену. Я своего решения не изменю.

— Как знаешь, — слышен недовольный голос дяди. — Больше я тебя уговаривать не буду.

— Спасибо, — не оборачиваясь, язвительно откликается Эдер, и, судя по звукам, его собеседник уходит.

— Дихол! — отчётливое шипение заполняет пространство. — Мне только этого не хватало!

Изображение гладкой серебристой стены дёргается в сторону, открывая моему взору глубокую черноту космоса и мерцающие в ней звёзды.

Ого!

Не удерживаюсь и вновь останавливаю считывание.

Смотрю на потрясающую воображение картинку и глазам не верю. Эд сидит рядом с прозрачной стеной. А за ней — космос. С ума сойти можно. Особенно с учетом того, что по времени… Начинаю усиленно высчитывать, соотнося происходящее с возрастом дяди, которому сейчас за шестьдесят. Значит, это примерно конец прошлого века! Сомневаюсь, что космические станции в то время имели такие иллюминаторы, да и мой дядя явно не мог там находиться.

Уровень моего любопытства, подстёгиваемый загадочностью увиденного, взлетает до небес.

Продолжим!

Мои надежды на то, что дальше будет что-то интересное, разлетаются в пух и прах. Негодный Эдер, простояв ещё несколько минут в неподвижности, просто-напросто отправляется спать. Оказывается, он в своей комнате. Или каюте. Не поняла толком.

Ах ты так?! Ладно!

Осторожно смещаю угол, ловя новое изображение.

Опять у себя. Ест.

Это неинтересно. А ждать, пока он закончит и соизволит куда-нибудь пойти, я не могу. Время в его памяти и то, которое реально для меня, синхронизированы. Нельзя ускориться и просмотреть всю его жизнь за шесть часов. Максимум — набрать кратких эпизодов на ту же сумму. То есть временной отрезок.

Значит, какая будет самая правильная тактика? Верно. Аналогично тому, как я это делала вчера, ловить моменты. Просто прыгать по воспоминаниям, в надежде поймать что-то интересное. Жаль, что у меня нет возможности ориентироваться. О том, какое событие происходило раньше, а какое позже, останется только догадываться. Но это лучше, чем ничего.

Налюбовавшись на тарелку с рагу, я меняю угол восприятия.

Идёт куда-то. Коридор узкий, длинный, с мигающим красноватым освещением. Ну и пусть себе топает. Возможно, Эдер так полчаса бродить будет. Мне оно надо?

Ух, как встряхивает картинку! Где это он? А! В тренажёрном зале. Бежит по дорожке. Молодец, важное занятие. Дальше.

М-м-м… Это… Не понимаю, что это!

Давящая темнота и призрачный, тускло светящийся сиреневый силуэт, порхающий на расстоянии вытянутой руки. Хриплое дыхание и стук сердца, который я явственно слышу.

Бред какой-то. Может, это его сон?

А тут?.. Снова занимается.

В зону видимости попадают руки, тянущие вниз штангу тренажёра. Ничего такие, рельефные. Кожа светлая. Пальцы сильные. Мне нравится.

Пару минут любуюсь на размеренные движения.

Чёрт! Что ж мне так не везёт! Хоть бы раз наткнуться на то место в воспоминаниях, где Эдер в зеркало смотрит!

Так… Лежит, созерцая переливчатый потолок. Что он там интересного нашёл?

Опять ест.

Да что ж такое?! У меня ощущение, что этот тип только и делает, что в одиночестве где-то бродит, питается и спит. А! И тренируется.

Ух ты! Прогресс, однако!

Гладкая металлизированная поверхность напротив, белёсый пар, заполняющий пространство, и бьющие в лицо тонкие водяные струи… В бане он, что ли? Или в душе?

Вязкий прозрачный гель, вытекающий на ладони из дозатора, скольжение рук по груди, на бедра… Ой!

Глазки чуть прикроем. Я девушка приличная. Хотя… Он же меня видел раздетой! Почему я должна стесняться?

Шучу. Не буду я на него смотреть. Пусть живёт спокойно в своих воспоминаниях.

Наугад меняю направление считывания.

— Уходи! — тут же бьёт по ушам низкий голос. — Эдер, уходи в канал! Немедленно!

— Не могу! — он практически выкрикивает, оглушая меня. — Не хватает энергии для стабилизации!

Распахиваю глаза, пытаясь разобраться — что происходит?

Мелькание ярких вспышек среди глубокой серой мглы. Гигантская спираль, висящая рядом, словно свитая из световых потоков. Живая. Подвижная. Она вращается и пытается захлестнуть меня крайним витком, стремительное приближение которого вызывает стойкое желание отпрыгнуть куда подальше. А самое дикое то, что поверх этого безумия — полупрозрачный экран, испещрённый мелкими символами. Бегущие строки, вспыхивающие знаки, указатели… У меня глаза разбегаются от обилия поступающей информации.

Батюшки-светы! Да это же всего лишь транслируемая картинка! Эдер смотрит на изображение, так же, как и я. С одним существенным отличием: для него происходящее — реальность.

— Дихол! — эмоционально выдаёт невидимый собеседник. — До планеты дотянешь?

— Ничего не гарантирую, — снимает с себя ответственность Эд. — У нас энергия почти на нуле.

Пилот! Меня осеняет догадкой. Он управляет чем-то! Чем-то?! Как бы не так! Кораблём! Космическим!

Насладиться прозрением я не успеваю.

— Угораздило же тебя разбить этот дурацкий кристалл! — зло ругается всё тот же голос.

— А я тут причём? — немедленно отзывается ещё один. — На нём степень риска не написана. Как и инструкция по применению. Кто ж знал, что он окажется опасным? — в интонациях явное недоумение. — Я вообще первый раз с подобным столкнулся!

Эх, жаль не видно, кто это так прокололся, а любопытно было бы посмотреть! Впрочем, что ж тут можно увидеть, если пилот всё так же сосредоточенно изучает информацию на экране? Только то, что неприятная структура за ним постепенно тает, растворяясь в мутной серости, темнеющей всё больше и больше.

— На этом прииске таких целая друза, — басовитый голос становится чуть спокойнее. — Да и на других, скорее всего… Надо бы предупредить, что они могут быть опасны… — словно задумывается и зовёт пилота: — Эдер. Связи так и нет?

— Будет. Если я отключу жизнеобеспечение, — бурчит тот. Шутит, наверное.