ГЛАВА 7

Нежданные проблемы

Негромкий посторонний звук, похожий на шелест ткани и перестук деревянных палочек, врывается в сознание. Что-то яркое бьёт по глазам, заставив зажмуриться сильнее и отвернуться. Первое помогает — раздражающий свет исчезает. А вот второе…

— Ну, так не честно! — чьё-то тяжёлое тело опускается рядом. Инерция движения передаётся и мне, ощутимо подбросив вверх.

Ощущения, которые дарит моему чувственному восприятию внешний мир, настолько непривычны, что я моментально просыпаюсь. Отталкиваюсь от волнообразно покачивающегося матраса и занимаю более удобную позицию для осознания окружающей действительности. Сажусь я, короче, натягивая на себя одеяло и широко распахивая глаза. А опознав рядом вполне определённую темноволосую личность, ещё и рот открываю от удивления.

— Вот, совсем другое дело! — вижу улыбку до ушей и искрящиеся смехом глаза. — А то я уж испугался, что ты до обеда не встанешь! — Сильным движением Ян отталкивается от матраса, вновь подбрасывая меня в воздух. — Одевайся и спускайся вниз. Завтракать!

Провожаю взглядом шикарную фигуру в тёмно-коричневой футболке и коротких шортах того же цвета. Ловлю себя на том, что моя челюсть в нормальное положение так и не вернулась, скорее, даже отвисла ещё больше, и немедленно исправляю досадное упущение. Аж зубы клацнули. Ну ничего себе!

Это я не о качестве эмали, выдержавшей подобный удар, а о ситуации в целом. Как-то не рассчитывала я, соглашаясь на подобное соседство, что Ян будет так бесцеремонно врываться ко мне по утрам. Та-а-ак! А почему Эдер не среагировал на вражеское вторжение?

Ищу глазами своего защитника, заодно рассматривая спальню, в которой провела ночь.

Комната большая, светлая. Белые стены и мебель им в тон, сливочного цвета диван и кресла, медового оттенка ковёр, такие же портьеры, отдёрнутые в стороны и открывающие широкий оконный проём до пола, за которым балкон с прекрасным видом на озеро. И ничего похожего на чёрный глянец в зоне видимости не наблюдается.

Кровать, на которой я сижу, не самая маленькая, двуспальная, и бельё смято только с моей стороны. Значит, сегодня рядом дог не спал. Подозрительно. Впрочем, не только это!

Ахаю от болезненного осознания того факта, что я банально не помню, как здесь оказалась!

Что за безобразие! Вроде как я спиртного вчера не употребляла. Или всё же пила?

Припоминаю ужин, перебирая в памяти попавшие внутрь моего организма напитки. Сок, минералка, чай. Ничего алкогольного. Точно. Откуда же тогда такие провалы в памяти?! Я себя сейчас чувствую, как герой анекдота: «Тут помню, тут не помню, а тут мы селёдку заворачивали».

А вправду, на каком месте заканчивается моё «помню»?

Встряхиваю головой, заставляя себя начать соображать нормально.

Застольный разговор забыть трудно. Как и моё принудительно-добровольное согласие, выцарапанное этим кареглазым шантажистом. И довольную физиономию, которую мне весь вечер демонстрировали.

Что ещё?

Еда. Чего он там назаказывал? Овощной салат, мясо с грибами и картофельным пюре. А! Ещё пироженки — мои любимые, с заварным кремом. Эдеру, кажется, основательный шмат мяса перепал. Ага… С этим разобрались. Дальше.

Вот именно с «дальше» и начинаются некоторые проблемы. Впрочем, нет! Не «некоторые», а вполне определённые! Потому что, хоть убейте, но вспомнить, что было между «чай с пирожными» и «ну, так не честно!» я не могу!

Вывод? Элементарный. Этот гад напичкал меня снотворным. И как только ухитрился! А главное — зачем? Я бы и так поехала с ним. Что ж он за личность такая непонятная?!

Так. Со мной всё ясно. Относительно, конечно. А что с Эдом? Его тоже усыпили? Ой-ой! Как-то мне нехорошо. И страшно. И вообще — нужно всё выяснить!

Поспешно скидываю одеяло, спрыгиваю на ковёр и пугаюсь окончательно, потому что из одежды на мне о-о-очень немногое. Кому за это сказать спасибо? Хватаю сложенные аккуратной стопкой на кресле вещи и привожу внешний вид в приличное состояние, успокаивая себя тем, что сняли с меня не всё, а значит, переходить обозначенных им же самим границ мужчина не стал. Ну, хоть в этом не обманул.

Интересно, он вчера попросил меня надеть платье, чтобы снимать было легче?

Добываю в сумке, стоящей рядом, расчёску, обнаруживаю дверь в туалетно-ванную комнату, любуюсь в зеркало на свою растерянную, помятую физиономию и отправляюсь на поиски столовой. Меня же туда пригласили?

Разведывательная операция заканчивается быстро. Небольшой коридор, в котором, кроме двери в мою спальню, есть ещё несколько, закрытых, и соваться в них я не рискую. Лестница вниз, и сразу вход в просторное помещение.

Внушительный длинный стол, накрытый тёмно-вишнёвой скатертью, вокруг него — стулья. Стены, мебель и паркет — всё из червлёного дерева. Огромные окна в обрамлении бордовых занавесей, и только яркий солнечный свет спасает это мрачноватое помещение, делая его более светлым и уютным. Ночью здесь, наверное, жутко.

Пробежав по мне заинтересованным взглядом, сидящий где-то очень далеко Подестов морщится.

— Опять брюки? — вздыхает обречённо. — Садись, — кивает на место рядом. — Чай? Кофе? — смотрит вопросительно, ожидая ответа.

— Чай, — решаю на первый вопрос не отвечать. Подхожу, приземляясь на мягкое сиденье и наблюдая, как он наливает коричневый напиток в пододвинутую ко мне чашку.

— Сахар, — на смену заварочному чайнику является сахарница. Правда, всего лишь опускается рядом. — Есть омлет, булочки, масло… — продолжается перечисление.

— Ян, — прерываю его монолог, — ты мне ничего объяснить не хочешь?

— Что именно? — открытый взгляд и невозмутимое выражение лица. Даже не смущается, зар-р-раза!

— Снотворное зачем понадобилось? — иду ва-банк. Терять мне совершенно нечего.

Лучезарная улыбка и пальцы в замок, с опорой локтями на стол.

— Хотел сделать тебе ещё один сюрприз, — подбородок ложится на соединённые кисти. — Ты же никогда не была в моём доме. Вот и подумал, что так впечатлений будет больше. И интереснее.

Ах, это его жилище, значит. Не гостевой домик. Любопытно…

— Допустим, — решаю не сдавать позиций. — А раздел ты меня тоже в качестве сюрприза?

— Малышка, ну не мог же я оставить тебя на всю ночь в одежде? — удивляется Ян моей непонятливости, даже руками сокрушённо разводит. — Это ведь неудобно. К тому же, если уж тебя это так волнует, я практически ничего не видел. В комнате темно было. — И глаза честные-пречестные! — Ты чай пей, — возвращает меня к процессу питания.

Послушно добавляю в чашку молока и утягиваю с соседней тарелки сладкую булочку с творогом.

— А Эдер где? — продолжаю допрос, откусывая воздушное тесто.

— Эдер? — проследив за моими действиями, Ян тоже принимается за уничтожение продуктового запаса. — Он согласился провести эти дни в другом месте, — поясняет, наконец.

— Что? — не подавилась я только потому, что проглотить булку успела чуть раньше. — Это как?

— Я с ним поговорил, — губы растягиваются в загадочной улыбке, — всё объяснил, и он меня прекрасно понял. Так что можешь расслабиться и немного отдохнуть. Я же вижу, как тебе иногда с ним тяжело. Хоть это и твой… — почти незаметная пауза, — питомец. И вообще, ты же в курсе, какой у тебя умный пёс! — пронизывающий взгляд, словно Подестов весьма недвусмысленно на что-то намекает. Но ведь… Не может он знать!

Хотя после такого заявления я уже не знаю, что и думать.

— Ты только представь, — Ян мечтательно закатывает глаза к потолку. — Пять дней полной свободы! Не нужно ни за кем ухаживать, выгуливать, кормить. Можно просто жить в своё удовольствие. А о тебе буду заботиться я, — добивает меня окончательно. — Кстати, твоему четвероногому другу я именно это и пообещал.

Ну-ну. И почему у меня большие сомнения в том, что Эдер с этим согласился? Как бы выяснить, что произошло на самом деле и где мой телохранитель?!

— А с ним точно всё будет в порядке? — делаю вид, что не против озвученной перспективы.

— Конечно, — беспечно пожимает плечами Ян. Допив… не знаю, что у него в чашке… наверное, чай, отодвигается от стола. — Ты закончила? Пойдём.

— Куда? — неприятные мурашки бегут по телу. Кто знает, что ещё придумал этот тип?

— Покажу тебе дом. И окрестности. Должна же ты здесь как-то ориентироваться.

Моя ладонь оказывается в прочном захвате — мужчина помогает мне встать и тянет за собой.

Через пятнадцать минут я получаю вполне сносное понимание планировки здания, а ещё через полчаса — топографии прилежащей местности. Ну и географического положения дома относительно того самого озера, где мы так эффектно катались в прошлый раз.

— Может, хочешь повторить? — меня коварно пытаются соблазнить перспективами приятного времяпрепровождения.

Заманчиво. Очень. Но…

— Холодно… — я зябко передёргиваю плечами, потому что кое-кто так торопился вывести меня на природу, что не озаботился верхней одеждой. Нет, не то что б я уж совсем замёрзла, но вот в водичку мне как-то не хочется. — Потом. Если потеплеет.

— Договорились, — короткое согласие, и что-то тёплое закрывает мои плечи и спину.

Непроизвольно вздрагиваю от неожиданности, но вовремя спохватываюсь и придерживаю сползающий предмет гардероба. Вопрос: как у Яна кофта оказалась, да ещё и моя собственная, забытая в спальне, — остаётся открытым. Вроде в руках ничего не нёс. А может, это я такая невнимательная?

— Чем тогда желаешь сегодня заняться? — присев на поваленное дерево, Ян упирается ногой в соседнее, перешнуровывая кроссовок.

Мне от одного взгляда на него становится ещё холоднее. Я-то хоть в джинсах, а этот типчик так и разгуливает, отсвечивая голыми конечностями. Нет, эффектно, конечно, но… Бр-р-р!

— Погуляю, — заставляю себя прекратить пялиться на демонстрируемые мне рельефные формы. — Можно? — уточняю на всякий случай.