— Ничего не случилось интересного?

Малик покачал головой.

— Эта веревка их, конечно, не обманет: они обыщут весь замок.

— Поживем, увидим.

Гирланд сходил в ванную, умылся, затем проводил туда Джулиан. Она уже включила воду, когда снизу донесся шум.

Гирланд осторожно перегнулся через перила. Отсюда просматривались только лестничные площадки третьего и четвертого этажей. Их тоже никто не охранял. Шум слышался с первого этажа, но слова невозможно было различить. Гирланд вернулся к Малику. Появилась бледная Джулиан, она была явно напугана.

— Они, конечно, уже заметили веревку,— сказал Гирланд.— Сейчас, пока лестница не охраняется, мы можем подняться этажом выше. Они ведь наверняка сюда доберутся.

Малик кивнул.

Они прошагали по коридору и остановились у пролета, ведущего на шестой этаж. Прислушались. Гирланд, с пистолетом наизготовку, осторожно забрался наверх.

Убедившись, что там никого нет, он махнул рукой Джулиан и Малику, те поднялись за ним. На площадке Гирланд сел, прислонившись спиной к стене.

— Дальнейших событий подождем здесь. Я бы с удовольствием выпил сейчас чашечку кофе и съел яичницу с беконом,— вздохнул он.

Малик посмотрел на него, но ничего не сказал. Он осуждал подобную слабость. Джулиан скривилась. Ее паническое состояние одну мысль о еде делало неприятной.

Примерно в восемь часов они услышали внизу громкий голос:

— Приказываю отправиться на розыски в лес. Вооружайтесь. Нужно найти этих двоих. Пойдут решительно все.

Гирланд и Малик переглянулись, потом Марк встал.

— Следите за лестницей,— шепнул он.

Затем вышел в коридор, толкнул первую дверь справа и оказался в маленькой пустой комнате с небольшой лестничкой, ведущей в одну из башенок,

Он поднялся наверх — через амбразуру можно было следить за лужайкой и лесом,— подождал. Минут через пять он увидел, как первые люди фон Гольца пересекли лужайку. Марк стал их пересчитывать: пятнадцать, двадцать, тридцать... Они рассыпались цепью и исчезли в чаще.

Гирланд продолжал наблюдение. Появилось еще пять человек, за которыми плелся громадный толстяк, напоминающий шеф-повара. Через десять минут из замка выехала машина с женщинами. Она направилась в сторону Гермиша. Наконец Гирланд заметил фон Гольца, который вместе со старшим слугой пересек лужайку и углубился в лес.

Подождав еще десять минут, Гирланд решил, что больше никого не будет, и спустился.

Малик, перегнувшись через перила, смотрел вниз. Он выпрямился и быстро повернулся к Гирланду.

— Ну что?

— Тридцать восемь человек отправились в лес, женщины уехали с территории замка. Граф тоже в лесу. А вы ничего не слышали?

— Они посылали троих в комнату на пятом этаже. Эти люди отвязали веревку и ушли.

Мужчины переглянулись.

— Это наверняка ловушка,— пробормотал Гирланд.— Они без сомнения оставили здесь убийцу, и тот поджидает нас внизу.

— Да... Ну что, спустимся и поищем его?

— Не будем рисковать, у нас есть время. Пусть подождет часок или два. Он не уверен, что мы в доме: пускай немного понервничает.

Малик согласился.

— Я посижу, а вы поднимитесь в башенку. Нужно убедиться, что они не прекратили поиски и не вернулись.

— Хорошо. Пошли, Джулиан.

Гирланд проводил Джулиан в маленькую комнатку и сказал:

— Я отправлюсь выше, а вы присядьте на пол или на ступеньку. Ждать придется долго. Попытайтесь отвлечься. Думайте обо всем хорошем, что успели сделать в жизни... если успели... это вас позабавит.

Джулиан покраснела.

— Временами мне хочется убить вас. Вы обращаетесь со мной как с ребенком.

— Нет, Джулиан, не так...

Он внимательно посмотрел на нее и начал подниматься по лестнице.

Джулиан заплакала. Самое неприятное заключалось в том, что она думала о себе так же, как Гирланд.

Лю Сьюк неподвижно сидел в кресле, держа «люгер» на коленях. Тишина, царившая в замке, утомляла. По Сьюк привык к тишине. Ему было привычно и ожидание. Он не сомневался, что рано или поздно Гирланд спустится, и тогда...

Сьюк готов был провести гак весь день, если понадобится. Граф удержит своих людей до вечера. Если даже Гирланд, заподозрив ловушку, воспользуется шпагой пли кинжалом из коллекции, Сьюку это не страшно. Никто в мире не мог с ним соперничать, когда в руке у него был пистолет, Сьюк в этом не сомневался.

Сыоку хотелось курить, но он не собирался рисковать. Он расслабился, прислушиваясь и уставившись единственным глазом в дверь. В вестибюле стояли часы, тиканье которых уже начало раздражать Сьюка. У него даже появилось желание остановить их, но это было опасно, ибо Гирланд тоже мог слышать ход часов и в наступившей тишине наверняка бы насторожился.

Пробило девять, потом десять. Раньше Сьюк думал, что у него стальные нервы, но уже через два часа ожидания почувствовал, что начинает выходить из себя.

Желание курить усиливалось. Он начал размышлять о Гирланде. Этот человек прошел суровую школу ФБР. Сьюк скривил тонкие губы. Его первое задание состояло в убийстве именно такого агента, собравшего столько доказательств против Радница, что их вполне бы хватило для того, чтобы посадить последнего в тюрьму навечно. Агента следовало устранить. В те времена Сьюк был в себе уверен. Агент едва не прикончил его, выстрелив в лицо. В конце концов, Сьюк, правда, убрал его, но потом провалялся полгода в госпитале и потерял один глаз. С тех пор Сьюк бессознательно сторонился людей ФБР. Постепенно все стало забываться, ибо последующие «клиенты» походили на жертвенных овечек.

Радниц посоветовал ему быть осторожным с Гирландом. Сидя в кресле, Сьюк вспомнил слова Гольца: «А вы уверены, что не нужно оставить с вами двух-трех человек?» Он вытер лоб рукой. Часы в вестибюле пробили одиннадцать.

Гирланд выбрался из башенки. Три долгих часа он наблюдал за лесом, но не увидел никого из людей Гольца.

— Джулиан, предлагаю вам принести хоть какую-то пользу. Поднимитесь в башню... если заметите хоть одного человека, предупредите меня. А сейчас мне нужно сказать пару слов Малику.

Он отправился к последнему.

— По-моему, пора что-нибудь сделать,— тихо шепнул он.— Вы ничего не слышали?

— Ничего. Мы теряем время. Похоже, обитатели покинули замок, но я не хочу рисковать. Убийца может подстерегать нас. Если он действительно здесь, то только в большом салоне. Лишь оттуда можно следить за лестницей. Я спущусь на веранду и выгляну.

Гирланд покачал головой.

— Слуги забрали веревку, а без нее не обойтись: шуму наделаем. Он увидит и услышит нас.

— До какого этажа можно сойти незамеченным?

— До третьего.

— Тогда идите. Настало время психологической атаки. Я выйду на балкон и постучу по перилам.

Гирланду понравилась эта идея.

— А я что должен делать?

— Оставайтесь на лестничной площадке. Увидев его на террасе, я подам вам сигнал: два удара. Если вы поторопитесь, то сможете спуститься до второго этажа прежде, чем он вернется на место.

— Хорошо.

Малик с Гирландом беззвучно, как призраки, спустились на третий этаж. Гирланд остался на площадке. Малик шагнул в коридор, осторожно открыл одну из дверей и проскользнул в комнату. С бесконечным терпением, очень медленно, чтобы ставни не заскрипели, он распахнул их. Эта операция заняла не меньше пяти минут, но ему удалось проделать все бесшумно.

Выйдя на балкон, он отметил, что окна салона расположены внизу справа. Малик лег плашмя, так чтобы наблюдать сквозь решетку, и дулом пистолета застучал по перилам. Стучал он беспорядочно.

Встревоженный непонятным шумом, Сьюк напрягся. Выпрыгнув, как кошка, из кресла и держа пистолет в руке, он замер, прислушиваясь. В тишине раздавалось только тиканье часов. Он подождал и в конце концов решил, что это был случайный звук. Убийца провел ладонью по вспотевшему лицу. Снова потянулись долгие минуты. Ему опять захотелось курить.