Гирланд услышал, как осторожно отворилась дверь зала. Звук был настолько тих, что Джулиан не обратила на него никакого внимания.

Гирланд схватил девушку за руку, а свободной ладонью зажал ей рот. Он абсолютно ничего не видел в темноте и на всякий случай нащупал рукоятку пистолета... Затем дверь закрылась. Наступила тишина, и рядом едва слышно прошептали!

— Гирланд, это я, Малик...

Секунду или две ошеломленный Гирланд не мог произнести ни слова.

«Малик? Здесь?!»

Он сразу вспомнил его голос,

Гирланд отодвинул Джулиан за спину и опустил предохранитель пистолета. Щелчок резко прозвучал в тишине.

— Не шевелитесь,— сказал Марк,— я вооружен.

— Вы просто не узнали меня, Гирланд, иначе бы вам оружие не понадобилось.

Гирланд зажег фонарь и возле двери увидел Малика с поднятыми вверх руками.

Джулиан вскрикнула.

Гирланд опустил фонарик, чтобы не слепить гостя,

— Никак не ожидал встретить здесь вас,— заметил он.— Каким ветром?..

— Мне показалось, что вам пригодится моя помощь.

— Но почему у вас возникло желание помочь мне? — поинтересовался Гирланд.

— Я ваш должник.

Гирланд смутился, потом улыбнулся.

— Понимаю... когда мы виделись последний раз, вы обещали поставить мне стаканчик. Вероятно, нынешний свой поступок вы и называете стаканчиком?

— Говорите что хотите, но я пришел выручить вас.

Гирланд протянул Малику руку, и тот крепко пожал ее. Они беседовали так тихо, что прижавшаяся к стене Джулиан не могла разобрать ни слова. Этот гигант с серебристыми волосами напугал ее, и страх до сих пор не исчез.

— Пойдемте, я представлю вас Джулиан Шерман,— сказал Марк.

Они подошли к ней.

— Джулиан, позвольте рекомендовать вам моего старого врага. Его зовут Малик.

Джулиан взглянула на последнего с ужасом.

— Малик, это Джулиан Шерман, дочь будущего президента США. Знакомьтесь.

Джулиан отодвинулась, а Малик сунул руки в карманы.

— Я ее знаю,— бросил он по-немецки.— Мне бы хотелось поговорить с вами... Она немецким владеет?

— Нет.

— Хорошо.

Малик зажег фонарь, пересек зал, уселся в огромное кресло и закурил.

— Он собирается сказать мне пару слов,— объяснил Марк Джулиан.— Не беспокойтесь, подождите меня здесь.

— Я боюсь этого человека, он плохой.

— Не волнуйтесь, он для меня — раскрытая книга.

— Вы так уверены в себе,— зло прошипела она. —  А я повторяю, что это скверный тип!

Гирланд ощупью нашел ее лицо, взял за подбородок и поцеловал. Потом тоже включил фонарик, приблизился к Малику и уселся с ним рядом.

— Сигарету? — предложил Малик.

Гирланд кивнул. Некоторое время они молча курили.

— Я хочу, чтобы вы были в курсе, Гирланд,— заговорил Малик по-немецки.— Нахожусь я здесь потому, что работаю вместе с вами.

Эта новость не удивила Гирланда. Из различных источников он знал, что Малик в немилости: его отстранили от оперативных заданий.

— Я вспоминаю то, что вы сказали в последнюю нашу встречу,— продолжал Малик.— «Мы профессионалы, а маленькие сволочи, которые тянут за ниточки,— любители». Я часто об этом думал. Мы должны делать то, что нам приказывают, дабы заработать на жизнь. «Но придет время, когда мы сможем отомстить маленьким сволочам». Вы бросили Дорна. А я сейчас сумею рассчитаться с Ковски.

— А-а-а, дорогой Серж Ковски! Ну, как он поживает?

— Сегодня лучше, чем будет завтра,— мрачно изрек Малик.— Он поручил мне выяснить, зачем Шерман приезжал в Париж, для чего Дорн преподнес вам проектор и с какой стати вы отправились в Баварию.

— И каковы ваши успехи?

— Неплохие, спасибо.

Малик так глубоко затянулся, что добрую минуту лицо его освещалось огоньком сигареты.

— Эта девушка снялась в порнографическом фильме, которым шантажирует теперь своего отца. Она член организации, руководимой Раснольдом, фотографом, специализирующимся на порнографии. Раснольда уже нет в живых. Едва Дорн понял, что не сможет действовать официально, он обратился к вам, и вы помчались следом за этой парочкой. Понятия не имею как, но обо всем пронюхал и Радниц. Этот замок принадлежит ему. Вас пригласили... и вот вы в ловушке. Я видел почти все, происходившее здесь: перелез через стену.

Гирланд улыбнулся в темноте.

— Прекрасная работа, Малик! Человек, который уехал в машине Раснольда, послан за фильмами... их три. Получив пленки, бандиты сразу . избавятся от девушки, и на этом операция будет закончена.

— Но они устранят и вас!

— Конечно. Зачем же мне ждать?

— Мы можем выбраться отсюда немедленно,— сказал Малик.— Спустимся по той веревке. Вход охраняют три человека в сторожке. Там же расположен рубильник, выключающий ток на стенах. Вдвоем мы запросто с ними справимся. Пистолет у меня с глушителем.

— Но девушка не сумеет воспользоваться веревкой!

— Она не в счет, почему бы ее не бросить тут?

— Об этом говорить не будем... Помимо прочего существует еще одна небольшая сложность. Я не уеду без фильмов. Вместе с девушкой мы останемся до возвращения посыльного. Он появится не раньше шести вечера.

— Очевидно, за это вам платит Шерман?

— Иначе я бы не взялся за такое задание.

Малик бросил сигарету на пол, растер ее ногой и мрачно произнес:

— Вы всегда были неравнодушны к деньгам.

— А вы?

— Нет... Ибо в моей стране денег немного... Они там не ценятся... Значит, вы собираетесь дожидаться пленок?.. А потом что будете делать?

— Возьму их и уйду.

— А конкретнее? — настаивал Малик.

— Куда уж конкретнее. Под дулом пистолета один из графских прихвостней выведет нас отсюда.

Малик помолчал.

— Выходит, мне придется посидеть с вами до вечера.

— Никто вас не заставляет.

— Я же сказал, что хочу помочь вам. Сами вы не выпутаетесь. Вас необходимо прикрыть, не то аккурат получите пулю в затылок. Вы видели, как он убил Раснольда? Прямо в голову. У вас ни малейшего шанса удрать.

Гирланд потер щеку.

— Я обязан заполучить эти фильмы. Они стоят десять тысяч долларов. И я их, пожалуй, подожду.

Малик зажег фонарь и посмотрел на часы. Было ровно десять.

— У нас еще восемнадцать-двадцать часов. Почти. Без еды? — задумчиво проговорил Гирланд.— Знаете, я спущусь вниз, поищу чего-нибудь.

— Вы недооцениваете местного убийцу. Я же объяснил вам, что он прекрасный стрелок.

Гирланд поднялся.

— Итак, вы остаетесь?

— Да.

— Мне действительно пригодится ваша помощь... спасибо. Пошли отдыхать. В соседней комнате есть постель.

— Я не хочу спать,— сухо сказал Малик.— Идите ложитесь, я постерегу.

Гирланд, любитель задать храпака, не спорил. Он вернулся к Джулиан.

— Пошли, Малик покараулит.

Она двинулась за ним. На пороге они постояли, убедились, что страж продолжает выводить носом замысловатые рулады, и проскользнули в комнату с кроватью. Стараясь не шуметь, они улеглись.

— Я не понимаю,— прошептала Джулиан,— этот человек действительно агент?

— Да, один из лучших.

— А что он делает здесь?

— Не ломайте себе голову, я хочу спать. Просто они не желают, чтобы кое-кого избрали президентом.

Она приподнялась.

— Но как они пронюхали о моем существовании?

— Для них не существует ничего невозможного, но не беспокойтесь... Я уже сплю.

В половине седьмого сквозь деревянные ставни пробились солнечные лучи, и Гирланд проснулся, Он потянулся и встал.

Джулиан тоже собиралась подниматься.

— Подождите,— прошептал он, осторожно приоткрыл дверь и выглянул в длинный коридор. Страж исчез. Одна из створок дверей большого зала была распахнута. За ней Гирланд увидел Малика, сидящего в кресле.

— Стражник свалил полчаса назад,— чуть слышно произнес Малик.— Напротив ванная комната, я уже обследовал.

Гирланд подошел к нему поближе.