Селби засмеялся.

— Да, мы умные,— согласился он.

Селби, шериф и Сильвия вышли из комнаты и захлопнули за собой дверь. А в комнате остался Питер Риббер, в задумчивости потиравший лоб.

— Все в порядке, Рекс,— говорил Селби.— Теперь яйцо у нас и мы положили его в инкубатор. Посмотрим, что вылупится.

— Вылупится? — переспросил шериф.— Какого именно цыпленка ты ждешь?

— Будь я проклят, если знаю, но что-то должно вылупиться.

— Вылупится,— сказала Сильвия.— Я уверена. Видели бы вы его лицо, когда рассказывали о двух друзьях.

— Я боялся, что он учует крысу, которую я ему подложил.

— Теперь он будет волноваться больше, чем за все предыдущее время.

— Ну, для него здесь нет ничего волнительного,— проговорил Селби.— Мы нашли револьвер с его отпечатками. Все вышло по плану.

— Но что это даст, Дуг?

Селби пожал плечами:

— Я думаю, мы на правильном пути, но трудно предугадать, каков будет конец.

— Может быть, нам лучше вернуться и спросить у него? — предложил Брандон.

— Нет,— ответил Селби.— Пусть побудет в одиночестве, но надо понаблюдать за ним, Рекс.

— А если он вызовет Карра и тот явится к нему? Карр все поймет и обвинит тебя в применении третьей степени. Что тогда?

— Он слишком умен. Мы же не пытались заставить его говорить. Что же это за третья степень, которая не развязывает преступнику язык?

— Но, по-моему, все же лучше, чтобы Карр не разговаривал с ним.

— Я не уверен. Карр посмеется над этим: Но он очень умен, этот Карр. И Риббер это знает. Риббер проведет сегодня бессонную ночь.

Шериф засмеялся:

— Ты думаешь он будет размышлять, а нам доложат, что он храпел всю ночь.

— Надо найти какую-нибудь шляпу его размера, Рекс,— сказал Селби.— Часов в десять вечера прислать ребят, чтобы они ему ее примерили. Лучше всего взять черную шляпу с пятнами крови. Причем пусть его вызовут из камеры для примерки, а потом отправят назад. А после полуночи надо проделать такой же трюк с перчаткой на правую руку. Держу пари, что после всего этого он не заснет.

— Но, запротестовал Брандон,— допустим, что это он убийца. Он знает, как это произошло и когда. Он знает, где была шляпа и была ли, где были перчатки и что он с ними сделал.

— Верно. Но он будет думать, что именно Карр выдал нам эти улики.

— Черт возьми,— усмехнулся Брандон.— Ты здорово все придумал, .

— Хуже всего, Дуг,—сказала Сильвия,— если Карр догадается, что вы хотите сделать, и предупредит Риб-бера.

Селби обнял Сильвию за плечи.

— Все будет в порядке,— успокоил он.

— Что вы собираетесь делать, Дуг?

— Рассказать ему.

— Рассказать ему?

— Вот именно.

— Вы с ума сошли, Дуг.

— Он хитер как лиса! — с восхищением сказал Брандон.

— Но я не понимаю, Дуг.

— Если я расскажу Карру о наших намерениях, он, естественно, предупредит своего клиента,— объяснил Селби.

— Конечно.

— И поскольку это правда,— продолжал Селби,— Карр расскажет Рибберу все, что узнает от меня, и передаст наш разговор. Иначе говоря, он повторит Рибберу все полностью.

— Ну и что? — не понимала Сильвия.

— Все, что мне нужно, это напомнить Рибберу, что его подсунули вместо другого. Если то, что я скажу Карру, прозвучит достаточно убедительно и Карр расскажет об этом Рибберу, то последний начнет думать, что Карр лжет.

— Дуг, это похоже на бред,— сказала Сильвия,— но мне это нравится. Это уже не третья степень. Это четвертая...

Селби ходил взад и вперед по своему кабинету. На его столе лежала крупномасштабная карта. Несколько концентрических окружностей было проведено вокруг Медисона разноцветными карандашами. Они были на расстоянии 42, 43, 44 и 45 миль от центра. В здании было тихо. Все уже ушли. Вдруг он услышал шаги, приближающиеся к его кабинету. Селби прислушался, потом быстро свернул карту и убрал ее в ящик стола. Раздался стук в дверь. Селби подошел к двери и открыл ее.

На пороге стоял Карр. Он широко и дружелюбно улыбался.

— Вы поздно работаете,— упрекнул он.

— Входите,— пригласил его Селби.

— Спасибо. Я случайно встретил привратника, и он сказал мне, что вы еще здесь.

Селби кивнул.

— Надеюсь, я не помешаю вам,— сказал Карр.

— Нет. Такая уж у нас работа, что приходится подолгу задерживаться.

Карр уселся в кресло.

— Какого черта вы пытались сделать с моим клиентом? — неожиданно спросил он.

— Вы имеете в виду Риббера?

— Конечно.

Селби усмехнулся:

— Пытался применить третью степень.

— Я не знал, что вы считаете это этичным,— заметил Карр.

— Я считаю этичным все, что ведет к правде.

— Судя по словам Риббера, это, скорее, искажение правды.

— Возможно. Человек пытается разгадать загадку убийства и действует методами, которые, по его мнению, ведут к правде.

— Я не уверен, что мне нравятся подобные методы.

— Возможно,— согласился Селби.

— Послушайте, Селби. Вы прекрасный человек. Я не хочу связываться с вами, но вы слишком далеко зашли, когда сказали Рибберу, что я позволю повесить его.

Селби поднял брови.

— Что заставляет вас думать, что я говорил ему что-либо подобное? — удивился он.

— Он мне все рассказал. Конечно, вы преподнесли это в форме притчи, но суть остается той же.

— Напрасно вы так думаете, Карр. Я вообще не упоминал вашего имени.

— Вы знаете, что я имею в виду.

— Нет,— усмехнулся Селби.

— Что у вас на уме?

— Слушайте, Карр,— прямо сказал Селби.— Вы представляете вашего клиента. Естественно, вы думаете, что он невиновен. Я не уверен, что вы правы.

Карр настороженно посмотрел на него.

— И что же? — спросил он.

— Если он невиновен, встает вопрос: кто? Я не могу поверить, что такой опытный человек, как Риббер, убивая человека, оставляет свое оружие с отпечатками на месте преступления.

— И я не могу,— приветливо согласился Карр,

— Значит, единственное решение в том, что Риббер стрелял в труп.

— Я надеялся, что вы раньше додумаетесь до этого.

— Я и додумался раньше.

— Так вы отменяете дело?—с надеждой спросил Карр.

— Не знаю. Мне кажется, вы просмотрели один очень важный факт.

— А именно?

— Если Риббер стрелял в труп, то зачем? Естественно, чтобы спасти кого-то. Кто же этот неизвестный? Вероятно, убийца. Следовательно, если мы сможем найти человека, которого защищает Риббер, мы сможем найти убийцу.

— Понимаю,— кивнул Карр.

— Следовательно,— продолжал Селби,— я полагаю, что нам надо использовать психологическую третью степень. Мне казалось, что надо заставить его задуматься, что человек, которого он защищает, может бросить его на произвол судьбы. Я хотел, чтобы он думал, будто у нас есть новые улики.

Глаза Карра заблестели.

— Значит, вы не нашли новых улик?—спросил он.

Селби засмеялся:

— Конечно, нет. Мы надеялись, что сможем одурачить Риббера, но мне и в голову не приходило, что удастся одурачить вас, поэтому-то я вам и рассказываю все.

— Значит, этот револьвер ничего не доказывает.

— Абсолютно ничего. Это револьвер шерифа.

— А как насчет отпечатков?

— Ну, это ерунда,— осторожна отозвался Селби.

— Значит, это не отпечатки Риббера?

— Да,— нерешительно согласился Селби.

Карр внимательно посмотрел на него.

— В общем, это не отпечатки Риббера,— сказал Селби.

Карр закурил сигару. Несмотря на кажущуюся независимость, он был немного смущен. .

— Мне кажется,— сказал Селби,— что мы должны как-то договориться. Я полагаю, Карр, что если ваш клиент невиновен, то в ваших интересах сообщить нам факты.

 — Естественно.

 — И в интересах вашего клиента вы должны помочь нам найти человека, которого он защищает, потому что этот человек настоящий убийца.

 — Понимаю.

 — Следовательно, если вы нам поможете, я думаю, мы поймаем убийцу и отменим дело против вашего клиента.