Но и она может ошибаться. Как доказать ее правоту? Побольше доказательств — вот чего я хочу. Если бы произошел еще только один случай, всего только один, тогда бы я знал... Но, боже мой,— подумал он,— ведь то, чего я так хочу, ведь это было бы еще одно убийство...».

В баре «Семь Звезд» Люк сидел за кружкой пива. Чувствовал себя он очень неловко. Более полдюжины пристальных глаз сельских жителей следили за каждым его движением. При его появлении сразу же прекратилась непринужденная беседа. Люк сделал несколько замечаний на общие темы об урожае, о видах на погоду, о футболе. Но не нашел отклика. Он должен был умерить свою храбрость. Симпатичная девушка за конторкой, с копной черных волос и румяными щеками, как он правильно рассудил, была мисс Люси Картер.

И его обращение к ней, кажется, было принято благосклонно. Мисс Картер хихикнула в дозволенных пределах и сказала:

— Только поговори с вами!

Люк, не видя никакого преимущества и выигрыша от пребывания в баре, допил пиво и ушел. Он шел по дорожке вдоль реки к тому месту, где через реку был перекинут пешеходный мостик.

Люк стоял, глядя на мост, когда дрожащий голос позади него проговорил:

— Это как раз и есть то место, где старый Гарри свалился в реку.

Люк обернулся и увидел одного из посетителей бара. Одного из тех, кто не отзывался на его замечания об урожае и погоде. А сейчас он явно доставлял себе удовольствие тем, что был в роли гида около такого места, где разыгралась смертельная драма.

— Он полетел в воду из-за скользкой грязи на мостике,— объяснял сельский работник,— и хотя эта грязная речушка мала, он все-таки утонул, упав вниз головой.

— Странно, что он упал именно с этого места,— заметил Люк,

— Он был пьян,— отозвался крестьянин.

— Да, но ведь и раньше он не раз пьяный проходил по этому месту.

— Каждую ночь,— подтвердил собеседник.— Он всегда был пьян, этот Гарри.

— А может быть, кто-нибудь столкнул его с мостика? — предположил Люк безразличным тоном.

— Может быть, и так,— согласился крестьянин.— Но я не знаю никого, кто бы этого хотел,— добавил он.

— Ом мог нажить врагов. Он ведь страшно всех оскорблял, когда был пьян.

— Да уж, язычок у него был, доложу вам, острый...

— Ну? — сказал Люк.— Все это очень печальная история.

— Не такая уж печальная для его жены и дочери: чего им печалиться?..

— Но ведь были и другие люди, желавшие его смерти?!

Крестьянин промолчал. А потом добавил:

— Может быть. Но он никому не причинял вреда. Никому!

Люк направился в сторону внушительного здания. Библиотека помещалась в двух передних комнатах. Люк прошел в заднее помещение через дверь с надписью «Музей». Там он не обнаружил ничего интересного. Несколько римских сосудов и монет. Несколько достопримечательностей южных морей. Различные индийские идолы, подаренные майором Гартоном.

Люк снова вернулся в холл. Но и там никого не было, и он не спеша поднялся по лестнице. Там была читальня. Люк поднялся этажом выше. Здесь помещались комнаты, наполненные всевозможным хламом: изъеденные молью чучела, затрепанные книги...

Люк подошел к окну. Должно быть, именно здесь сидел на подоконнике Томми Пирс, вытирая стекла, когда услышал, что кто-то вошел. Томми должен был выказать свое рвение тем, что высунулся из окна. Затем этот кто-то подошел к нему и, продолжая разговаривать, вытолкнул его из окна.

Люк осмотрелся, повернулся и вышел. Он спустился вниз и на минуту задержался в холле.

Никто не заметил, как он пришел сюда. И никто не заметил, как он поднялся по лестнице.

— Каждый мог бы сделать это! — сказал Люк.— Самая легкая вещь на свете!

Он услышал шаги, доносившиеся из библиотеки. Так как у него не было причины скрываться, то он мог остаться там, где стоял. Но, если бы он не хотел, чтобы его заметили, он с легкостью мог сделать несколько шагов и затеряться в комнатах музея.

Из библиотеки вышла мисс Уайнфлит с небольшой пачкой книг под мышкой. Она натягивала перчатки. Вид у псе был вполне счастливый и занятой. Когда она заметила его, лицо ее просветлело и она воскликнула:

— О, мистер Фнцвильям! Вы осматриваете музей? Я, право, боюсь, что там немного экспонатов... Но лорд Уайтфильд обещает достать для нас несколько по-настоящему интересных вещей.

— Правда?

— Да. Но только что-нибудь современное. Он обещает достать модели самолета и что-нибудь из электротехники.

— Это обогатило бы ваш музей.

— Я не считаю, что в музее должны быть предметы

только старой цивилизации.

— Наверное, вы правы.

— Затем, некоторые образцы пищевых продуктов. Он рассказывал, что в одном из институтов видел образцы множества видов бактерий и микробов, они экспонируются под увеличительным стеклом... Я содрогнулась. Все это сложно для меня.

— Это, наверное, было сложно и для лорда Уайтфильда,— весело сказал Люк.— Я стал бы держать пари, что он все перепутал. У вас гораздо более светлые мозги, чем у него, мисс Уайнфлит.

Мисс Уайнфлит заметила:

— Это очень благородно с вашей стороны, но, мне кажется, женщины не могут так глубоко мыслить, как мужчины.

Люк подавил в себе желание покритиковать метод мышления лорда Уайтфильда.

— Я действительно заглянул в музей, но там меня интересовали больше окна...

— Вы имеете в виду случай с Томми? Это ужасно...

— Да, это воспоминание не из радостных. Я провел около часа с этой миссис Черч, теткой Эмми Гибс. Неприятная женщина!

— Согласна. Очень противная.

— Я думаю, что она решила, что я какой-нибудь старший чин полиции.

Он остановился, так как заметил внезапную перемену в лице мисс Уайнфлит,

— О, мистер Фицвильям! Не кажется ли вам, что это было неразумно?

— Право, не знаю. Думаю, что это было неизбежно. Ведь история моего авторства очень уж неубедительна. Я не мог продолжать в том же духе. У меня возникали вопросы, которые непосредственно относятся только к этой истории.

Мисс Уайнфлит озабоченно покачала головой, и выражение обеспокоенности не покидало ее лица.

— В таком местечке, как наше, любое происшествие очень быстро становится общеизвестным.

— Вы хотите сказать, что здесь каждый будет говорить: «Вот идет сыщик», когда я буду проходить по улице? Я думаю, что теперь это уже не имеет значения. Право, таким путем я могу достичь гораздо большего.

— Об этом я не подумала.

Слова мисс Уайнфлит звучали несколько приглушенно.

— Я подумала только, что «он» узнает об этом. «Он» поймет, что вы напали на его след.

Люк медленно произнес:

— Я надеюсь, что так оно и будет.

Мисс Уайнфлит ответила:

— Но разве вы не считаете, что это очень опасно? Ужасно!

— Вы полагаете,— уловил, наконец, Люк ее мысль,— что убийца будет преследовать меня?

— Да.

— Забавно,— сказал Люк,—Я никогда не думал об этом. Хотя теперь полагаю, что вы правы. Ну, в таком случае это можно назвать неизбежным.

Мисс Уайнфлит очень серьезно проговорила:

— Я думаю, что вы недооцениваете того, что «он», видимо, человек очень умный и осторожный. И, заметьте, он приобрел уже очень значительный опыт, может быть больший, чем мы думаем.

— Да,— задумчиво произнес Люк.— Пожалуй, вы правы.

Мисс Уайнфлит воскликнула:

— О, мне это совсем не нравится. Я очень встревожена.

— Вы не должны беспокоиться. Я могу заверить вас, что буду очень внимателен. Видите ли, я очень тщательно рассматривал все возможности, и сейчас у меня есть кое-какие соображения о том, кто бы мог быть убийцей.

Она быстро взглянула на него.

Люк сделал несколько шагов по направлению к ней. Он понизил голос до шепота:

— Мисс Уайнфлит, если я спрошу вас, кого из двух мужчин вы считаете более способным к убийству — доктора Томаса или мистера Аббота? Что вы мне ответите?

— О! — только и произнесла мисс Уайнфлит.