Я закатываю глаза.

— Ты, ты сейчас слышишь себя? Честно? Вы с папой тоже были друзьями по переписке, если ты не забыла.

— Наш случай совсем иной, — защищается она.

— Ма, Джордан совершил эту поездку в благотворительных целях, а не для того, чтобы найти девушку, — я беру её руки и сжимаю их, — но ведь дело не в этом. Дело в моей придуманной истории и в том, что все купились на это.

— Не все, — говорит она, освобождая руки и скрещивая их на груди, — мне всегда казалось, что ты что-то недоговариваешь, и я оказалась права. Ты лгала всё это время. Что теперь все скажут, а? Будет очень неловко, когда все узнают.

Я вздыхаю. Это никогда не кончится, всегда мнение других о её дочери будет стоять между нами.

— Меня больше не волнует, что они скажут и подумают, Ма. Теперь — не волнует. Они в любом случае что-то, да скажут. Я просто надеюсь, что ты сможешь понять, почему я так поступила, даже если мне пришлось лгать.

— Чем он зарабатывает? У него вообще есть работа? Он специалист как Кевин?

О, Боже. И здесь Кевин со своей новой лицензией и новым назначением, которое он только что заработал. Ма всегда про статус. Чем профессиональнее, тем лучше. В конце концов, я — доктор — специалист, — и, по её мнению, заслуживаю того, чтобы быть с равным себе. Что будет, когда она узнает, что Джордан не врач, не архитектор и даже не бухгалтер?

— Ма, давай не будем волноваться о мнении других людей или о том, чем он зарабатывает на жизнь. В конце концов, это не так уж важно.

— О, конечно! Он уборщик или механик? Что скажут люди? Ты не только врушка, но ещё и легла под того, кто ниже тебя классом. А твоё образование…

— Я стала врачом не для того, чтобы подцепить врача. Я стала врачом, потому что хотела.

— И все же, чем он занимается? — спрашивает мама.

— Он подрядчик. Делает разные вещи, — я никогда не произносила это слово с такой гордостью. Джордан гордится тем, что он делает, и любит то, что делает. Иначе он бы не стал строить школы и больницы в чужой стране.

— Что ты имеешь в виду, говоря, что он подрядчик? — хмурится Ма. — Ты имеешь в виду, что он строитель?

— Да.

Ма всплёскивает руками.

— Замечательно. Я уверена, что он даже колледж не закончил.

На этот раз я поднимаю руки, показывая точку в разговоре. Я не дам ей обсуждать образование Джордана или его отсутствие. Не каждый мужчина должен быть Кевином.

— Да, это так. Я понимаю, что ты шокирована, и не виню тебя. Мне жаль, что я тебя обманывала, но всё в прошлом. Сейчас моя цель впустить Джордана в нашу с Пайпер жизнь. Давай сосредоточимся на этом.

— Ди, но он же не пошёл в колледж. А ты — доктор. Ты получила…

— И что? Меня не волнует, ходил он в колледж или нет, — говорю я. — Он отец Пайпер и он хочет быть с нами. Хочет быть частью нашей жизни. Можешь хоть раз порадоваться за меня? И если не за меня, хотя бы за внучку, потому что у неё теперь будет отец. Настоящий и не тот, который якобы пришёл из чашки.

— О, Ди, я поговорю с отцом Фланнаданом об этом. И тебе придётся исповедаться. Пайпер необходимо крестить как можно скорее. Ты не можешь это и дальше откладывать. Вам двоим тоже следует пожениться.

— Я не выйду замуж, только потому, что он сделал меня беременной. Пятидесятые давно прошли, и мы не на Филиппинах. А если ты будешь настаивать на браке, то нам больше не о чем разговаривать. Этот разговор окончен.

— О, это хуже, чем я думала. Ты, похоже, не в себе, потому что Эдди, которую я знала, никогда бы так не сказала, — говорит Ма, отодвигая стул и поднимаясь. — Я собираюсь попрощаться с Пайпер и затем пойду домой. А тебе следует подумать о замужестве. Серьёзно подумать. Тогда я буду счастлива. Боже, что скажут люди? Можешь себе представить весь этот позор?

Какой позор? Почти спрашиваю я вслух.

— Нет, Ма, не могу.

— Ты просто не представляешь, что только что натворила, Ди. Нет. После всего, что я для тебя сделала, вот так ты отплатила мне. Ты солгала. Как теперь я смогу тебе верить?

Я не считаю нужным отвечать. Никто не подумает, что она вырастила святую. Ничего не сделает Ма счастливой, и я не буду продолжать пытаться. Не сегодня. Я смотрю, как она встаёт из-за стола и идёт в детскую.

Спустя пять минут, которые кажутся вечностью, мои родители выходят из детской, и я беру Пайпер из рук папы. Ма ничего не говорит, собирая свою сумочку и направляясь к двери. Когда они выходят, папа кидает мне сочувствующий взгляд.

— Я понял всё в тот момент, когда увидел его, Орешек.

Когда я закрываю за ними дверь, то чувствую навалившуюся усталость. Я должна была почувствовать себя лучше, рассказав всё родителям. Но вместо этого я чувствую себя хуже, зная, что Ма скоро расскажет всё своим друзьям, и, как она говорит, что скажут люди?

Тем друзьям, которым она хвасталась моими достижениями, которые всегда сравнивали своих детей со мной, я помню, что мои кузины люто меня ненавидели из-за этого. Мама не понимала, что она создаёт проблемы. Что её слова отражаются на других так, как она не представляет. Некоторые из них даже не утруждались обсуждениями наедине.

Только посмотрите на дочку Амелии. Она отличница. А ваши?

Эддисон поступила в медицинскую школу. А вы? Где ваше письмо о приёме в колледж?

Ты действительно думаешь о техникуме, хотя ты можешь учиться как твоя кузина Эдди?

Не нужно говорить, что мне никогда не были рады на семейных вечеринках, где меня показывали как сверхуспешную, единственную получившую награды, которые Ма выставляла всем на обозрение, пока другие пытались изо всех сил улучшить свои оценки. Некоторым из них было сложно из-за языкового барьера, особенно недавним эмигрантам из Филиппин, которым пришлось повторно пройти программу, чтобы наверстать информацию. Было больно понимать, что у них были свои достижения в сравнении со мной, но я радовалась вниманию, когда была моложе, потому что не видела других вариантов. И уже меньше меня это привлекало, когда я стала старше. С каждым новым сертификатом, званием, мама становилась все более и более заносчивой.

Сначала я была дочерью-отличницей, потом дочерью-студенткой меда, затем дочерью-доктором. И наконец, дочь-специалист по почкам, доктор нефрологии. Ни у кого не было шансов против Эддисон Роу.

Был необходим разрыв с Кевином, чтобы напомнить людям, что я всё ещё человек, даже если моя мама продолжала настаивать, что мы снова будет вместе. Впервые мои кузины увидели, что Мисс Совершенство провалилась.

Она не может сделать мужчину счастливым.

Она слишком умная.

Она останется старой девой.

Пригодились ей сейчас её сертификаты?

Мои кузины не скрывали своего отношения, после стольких лет накопленной обиды. И после того, как одна из них сказала, что наконец-то победила меня — у неё был муж и двойняшки, когда я была одинокой, без пары на юбилее своих родителей — я сбежала с единственным желанием позвонить Кевину и попросить вернуться. Тогда я стала бы снова совершенством.

Вместо этого я забрела в бар «У Полли» и встретила Джордана.

Глава 12

Джордан

Сколько себя помню, я всегда что-то строил. Моим первым творением была простая игрушка, упряжка с лошадью, которую я попросил отца помочь мне сделать, чтобы я мог подарить её девочке по имени Мелисса, которая жила двумя домами дальше. Она не была впечатлена. Она больше интересовалась Барби, чем самодельной штуковиной, которую сделал для неё мальчик. Хоть это и разбило моё семилетнее сердце, я знал, что полюбил работать руками.

Когда стал работать с отцом, я начинал с низов, как и другие. Он хотел, чтобы я изучил всё с самого низа, понимал всю работу изнутри. Некоторые мои дни были наполнены непосильным трудом, другие полны возни с бумагами для подачи заявок и разрешений в Департамент недвижимости.

В конце концов я нашёл свою специальность: изготовление изделий из дерева на заказ, которым меня научили Дэн и Винстон. Сейчас это неотъемлемая часть О’Халлоранов, хотя однажды я смогу заняться самостоятельным бизнесом.

Последний папин заказ — реновация квартиры на 15-ом этаже Верхнего Вест-Сайда, с великолепным видом на Нью-Джерси и реку Гудзон. Новые владельцы, пара с планами на детей, хотят превратить только что купленную квартиру с 2-мя спальнями и 1,5 ванными комнатами в три спальни и две полноценные ванные комнаты. Они также хотят больше места, поэтому мы выдираем всё: оконные рамы, высокие плинтуса, паркетные полы, старую сантехнику, чтобы модернизировать и обновить пространство. У папы есть пять месяцев для завершения проекта, а это значит, что у него нет лишнего времени, поэтому мы приступаем к работе, как только приезжаем. После того, как будут сделаны черновые работы, установлена сантехника и проведено электричество, мы сможем провести измерения для нестандартного шкафа.

Я пишу Эддисон во время обеденного перерыва, чтобы сообщить ей, что буду в городе весь день. Я не планировал увидеться с ней, не тогда, когда я буду слишком уставшим для чего-то, кроме сна, но я хочу поговорить с ней, хотя бы на экране моего телефона, возможно, она пришлёт фото. Я хочу знать, чем она занята там, на другом конце города. Я хочу иметь связь с ней и с дочерью.

Я не дожидаюсь ответа, не тогда, когда мои парни начнут расспрашивать меня о моих приключениях в течение всего перерыва. Мы заканчиваем в пять, и когда отец обсуждает пару вещей с мастером на завтра, я проверяю свой телефон. Моё сердце пропускает удар в тот момент, когда я вижу уведомление, что Эддисон ответила. Она прислала это два часа назад.

Эддисон: Прости, я пропустила твое сообщение. Пайпер не здоровится.

Джордан: Что с ней?

Эддисон: Ничего страшного. Колики, прогулка в парке отменилась.

Джордан: Я могу чем-то помочь? Я ещё в городе.

Эддисон: Любая помощь пригодится. Я в отчаянии, лол.

Джордан: Должен предупредить тебя. Я весь день ломал стены.

Эддисон: Приму любую помощь, которую смогу получить. У меня есть душ, который ты можешь принять.