Я встал и собрался уходить.

— Хорошо, Берни. Я весь вечер буду дома.

— Хочу сказать вам еще вот что,— задумчиво проговорил Берни.— Этот Эд был звездой среди писателей. Много денег, прекрасная репутация. Я в этом дерьме мало смыслю, но даже в бардаке найдутся люди более приятные, чем в его книжках. Это дело вкуса, и меня, как работника полиции, это не касается. Кроме денег у него была красивая жена, много друзей и никаких забот. Хотелось бы мне знать, почему все показалось ему таким ужасным, что он нажал на спуск? Какова причина его самоубийства? Если вам что-нибудь известно, постарайтесь разгадать это. Ну, до свидания!

Я вышел из дома. Полицейский у двери взглянул на Олса и пропустил меня. Я сел в машину и поехал прямо по газону, чтобы объехать служебные машины, прибывшие сюда. В воротах на меня посмотрел второй полицейский, но ничего не сказал. Я надел солнечные очки и двинулся на автостраду. Улица была тихая и безлюдная. Послеполуденное солнце падало на подстриженные сады и большие просторные виллы.

Приехав домой, я выпил чего-то холодного, поел, открыл окна, расстегнул рубашку и стал ждать, что произойдет дальше. Ждал я долго. В девять вечера позвонил Берни и сказал, что я должен тотчас ехать к нему, не останавливаясь по пути, чтобы нарвать цветов.