Принц был идеальным танцором, уверенно ведя меня в вальсе, он не допустил ни единой ошибки. Слава богу, этот танец я знаю, до этого тут танцевали что-то невообразимо невозможное. И почему никому и в голову не пришло, что мы не знаем здешних танцев?

Хотя, кому мы нужны…

— Как вам живется в нашем мире? — бархатным голосом спросил наследник.

— Пожалуй, даже лучше чем дома, — ничуть не лукавя, ответила я.

— Это же прекрасно! Чем собираетесь заниматься после окончания академии?

— A y меня, что есть выбор? — грустно хмыкнув, я, наконец, решилась поднять голову и посмотреть принцу в лицо.

— Ну… я могу его вам предоставить.

Я чуть не споткнулась, запутавшись в собственных ногах, благо принц меня поддержал и даже стоически вытерпел, когда я наступила ему на ногу.

— Простите?

— Прощаю, — благосклонно улыбнувшись, ответил наследник.

— Кхм, простите, я не совсем поняла, что вы имеете в виду?

Какое-то время всматриваясь в черты моего лица, принц изволил объясниться.

— Вы помните нашу первую встречу? — получив мое согласие, принц продолжил. — Как я уже говорил, грядут перемены, и ты будешь в центре этих событий.

— Все дело в пророчестве? — спросила я спустя время.

— Ив этом тоже, — уклончиво ответил наследник. — Я предлагаю тебе свою дружбу, дитя двух кланов.

Мелодия прекратила свое звучание, обозначая окончание танца, принц, приложив руку к своей груди, слегка склонился и поцеловав мою руку, дождался, когда я отвечу ему реверансом и тут же ретировался, не сказав больше ни слова.

Обдумывая слова принца, я постаралась как можно быстрее покинуть центр зала. Козел. По правилам приличия, он должен был провести меня на место, с которого меня похитил.

Внезапно дорогу мне заступила мужская фигура, непонимающе подняв глаза, я тут же потерялась во взгляде голубых глаз.

— Разрешите, сьера? — произнес Целестин, протягивая мне свою ладонь.

Кивнув, боясь произнести какую нибудь чушь, я вложила свою ладошку в теплую руку и второй раз за вечер позволила увлечь себя в танце.

— Вы сегодня превосходно выглядите…

— Только сегодня? — иронично спросила я, приподнимая одну бровь.

Да-да, я просто напрашивалась на комплимент, ну а что нам дамам незамужним еще делать?

— Нет, конечно, просто сегодня особенно прекрасно…

Смутившись от очередного комплимента, я неуверенно проблеяла:

— Вы тоже…

Весь оставшийся танец мы танцевали в полной тишине. Не знаю как Целестину, но мне разговоры были ни к чему. Мне было просто уютно находиться в объятиях этого мужчины. Вдыхать неповторимый запах лесных цветов и закрывать глаза от удовольствия, когда при каждом развороте, длинные волосы мужчины взметались и опадали, задевая мою кожу.

Несмело подняв глаза на мужчину, я с удивлением отметила, что он смотрит прямо на меня.

Как же он красив, я и раньше это замечала, но сегодня он был по-особенному красив.

Он был настолько идеален, что в глазах темнело от зарождающегося желания обладать им. Тонкие, аристократичные черты лица, аккуратный точеный нос и поразительно прекрасные голубые глаза. Светлые брови вразлет забавно приподнимались каждый раз, когда мой взгляд задерживался на той или иной части мужского лица. Красивые чувственные губы на заостренном лице притягивали взгляд больше всего прочего.

Возмутительно идеальный мужчина, такая как я и рядом с ним не стоит.

Целестин был пожалуй единственным мужчиной, на котором не было пиджака, что давало мне возможность рассмотреть очертания фигуры стоящего передо мной мужчины. Серая рубашка плотно облегала могучий торс, будоража фантазию.

Боже, я схожу с ума.

Очередной танец закончился до безобразия быстро, мне не хотелось покидать теплые объятия. Мне еще никогда в жизни не приходилось ощущать себя на небесах просто от того, что нужный человек стоит рядом с тобой и нежно сжимает в своих руках твою ладонь.

Все так же держа меня за руку, Целестин отвел меня к одному из стоящих фуршетных столов и, поклонившись, вдруг стремительно перевернул мою руку и запечатлел на моем запястье короткий, нежный поцелуй, который вызвал толпу мурашек, разбежавшихся по спине.

Господи, что же ты со мной делаешь…

Сверкнув глазами и довольно улыбнувшись напоследок, удалился, направляясь к преподавательскому составу.

Вообще само мероприятие было интересным, но, спустя долгий и мучительный час, меня начало потихоньку потряхивать от нетерпения. Когда уже это все, наконец, закончится. В глазах уже рябило от этой разношерстной компании. Тут и там мелькали дамы в разнообразных нарядах, каждая пыталась превзойти другую, видимо, считая, что раз на ней будет больше дорогих побрякушек, то именно она затмит всех на этом празднике жизни. Как бы не так, смотря на весь этот цветник, у меня четко прорисовывалась параллель с нашими земными клубами. Вот один в один, только там юбки покороче, вырезы побольше, да такие, чтобы было видно, как грудь заманчиво колыхается, когда дама подпрыгивает. Мир другой — понятия те же.

Я совсем не хочу сказать, что я другая, не такая, как все. Я также люблю клубы и с удовольствием их посещаю, но не могу находиться там больше двух часов, ну выпили вы, потанцевали, возможно, кому-то улыбнулись… и что дальше-то? Что вы там делаете до самого утра?

Когда я уже откровенно была готова клевать носом, передо мной возникла Габриэлла с красным заплаканным лицом и потекшей тушью. Она остановилась передо мной и нервно кусала свои губы.

— Зайка, ну чего ты…

Я двинулась в сторону подруги, намереваясь если не обнять ее, то, как минимум утащить ее отсюда. Но подруга внезапно отшатнулась от меня и, обняв себя руками, начала сбивчиво говорить:

— Помнишь, я оставила тебя с Рионом наедине? Он попросил меня об этом, взамен пообещав уговорить Урсула пойти со мной на бал… — всхлипнув, подруга глубоко вздохнула и с ненавистью посмотрела на меня.

Ее взгляд заставил меня, отшатнувшись, отступить назад.

— Он весь вечер не сводил с тебя глаз, скажи, Ари, что в тебе такого особенного?

— Эль, перестань… я думаю, ты просто его неправильно поняла…

— Что, Ариса?! — вскрикнула девушка, привлекая к нам внимание близстоящих людей.

Стиснув зубы, я молча подняла руки, и продемонстрировала их Габриэле.

— Это знак принадлежности к двум кланам. И по их традициям я должна в течение года выйти замуж, но ведь ты уже знаешь об этом? Или все что я тебе когда-либо говорила, не задерживалось в твоей голове? Так что можешь не беспокоиться, Эльчонок, он явно не испытывает теплые чувства в мою сторону…

Я развернулась и целенаправленно направилась в сторону выхода, уверенная, что я в последний раз назвала подругу ласкательным именем.

Это плохо, что мне было ее совсем не жалко?

Выход мне перекрыли два парня, явно старшекурсники, которые, видимо, втихаря попивали спиртное, разило от них хуже, чем от людей после недельного запоя.

— Выпускать никого не велено, — проблеял один из парней, вяло орудуя своим языком.

— Мне позволил Его Высочество наследный принц, или ему что, лично для вас записку написать нужно было?

Парни переглянулись, после чего в разговор встрял второй парень, даже не пытаясь скрыть сарказм:

— Мы так и поверили, чем докажешь?

— Так пойди и спроси у него сам.

Я сомневалась, что он решится на такой поступок, как минимум по двум причинам. Первая — он был безоговорочно пьян, а вторая — он знает, что его ждет, если вдруг попадет в немилость.

После целой минуты, которая потребовалась парням для переваривания информации, меня все же пропустили наружу и даже дверь придержали.

Даже если бы кто-то из них вдруг набрался смелости и пошел уточнять полученные от меня сведения, мне бы хуже от этого не стало. Наследник там, кажется, дружбу предлагал? Так пусть она будет равносторонняя.

Во всей академии было поразительно тихо, все люди сейчас развлекались на балу, как-никак веселье все-таки, как я понимаю, тут довольно таки редко радуют молодежь.

Странно, что Виссарион так и не подошел ко мне за весь вечер. Стоило мне только об этом подумать, как я тут же увидела его.

О, вот он нисколечко не ожидал меня увидеть, я бы даже сказала, что меня не заметили.

Мой не состоявшийся парень стоял у входа в наш корпус и, держа девушку под ягодицы, страстно прижимал ее к каменной стене. Парочка настолько самозабвенно целовалась и лапала друг друга, что даже не заметила посторонних.