— О?

— Но ты должен обещать, что не скажешь никому ни слова, — умоляющие нотки в моем голосе звучат жалко, но я готова на унижение, когда дело касается Анны. Что есть - то есть.

— Хорошо, — неохотно соглашается он.

— Мне нужно, чтобы ты узнал место, где картель Синалоа держит своих секс-рабынь.

Он молчит.

— Ты понимаешь, что этих рабынь у них тысячи?

Я вздыхаю и сжимаю переносицу.

— Ищешь кого-то конкретного?

— Да.

Он долго молчит, а потом протяжно вздыхает.

— Ну, и ты скажешь мне кого?

— Вряд ли у нее сейчас прежнее имя. Тебе нужно найти девушку, проданную в картель три года назад. Светлые волосы, голубые глаза, — отвечаю я.

Он откашливается.

— Ладно, обещать ничего не могу, но я проверю.

Ко всему прочему, Саша – профессиональный хакер. Черный рынок в интернете, банковские счета, электронная почта, даже записи камер наблюдения – если есть хоть малейший след Анны, он его отыщет. Хотя, признаю, шансов мало.

— Спасибо, — я завершаю звонок и провожу рукой по волосам. Сейчас мы все живем онлайн, и даже преступность шагнула в новую эру. Торговля оружием, сексуальное рабство, наркотики…в даркнете можно купить даже пусковую установку для ракет. У торговцев оружием есть своя версия интернет-магазина. Но даже в скрытой от посторонних глаз сети у них есть свое темное, мерзкое подполье, существующее испокон веков. Именно там мы с Сашей обычно и находим своих жертв. Но не надо считать нас благородными мстителями. Мы убиваем их для кого-то. Для тех, кто, вероятнее всего, претендует на их место, или чья собственная подпольная торговля оказывается под угрозой.

Так устроен мир: чтобы получить власть, нужно пройти по головам других. Такие люди, как Анна, продаются и покупаются, словно домашний скот, и люди, которые этим занимаются, по большей части неприкосновенны. Хотя время от времени из ниоткуда появляется кто-то вроде меня. В каком-то смысле у меня точно также отняли жизнь, но я тешу себя единственной надеждой: когда найду Анну – а я так или иначе найду ее – я убью каждого, кто приложил к этому руку. Может, Неро и знает, где Анна, но я не собираюсь сидеть сложа руки и позволять ему оттягивать время поисков просто из-за того, чтобы получить от меня желаемое. Он хочет использовать меня в своей игре, но я - не пешка. Мне нужно больше информации.

Если Саша ничего не найдет, то я останусь с Неро, потому что он единственная надежда отыскать Анну. Меня это не очень устраивает. Я хочу испытывать к Неро ненависть. Хочу убить его и с улыбкой наблюдать, как он будет истекать кровью, но не могу и не буду. Он нашел Анну. Несмотря на мои почти безграничные ресурсы и репутацию, которая делает людей разговорчивыми, мне это не удалось. Он преуспел там, где я потерпела неудачу. Как? Я искала, но никогда до конца не верила, что найду ее, а теперь…когда появилась реальная возможность…когда я увидела ее, она вдруг перестала быть угасающим воспоминанием.

Шелест травы под чьими-то шагами прерывает мои мысли – долгожданная передышка для мозга. В глубине души я надеюсь, что этот кто-то нападет на меня. В данный момент мне нужна схватка. Нужны драка и кровь, чтобы напомнить мне, кто я. Прислушиваясь, я тихо выдыхаю, облачко пара клубится перед моим лицом. Несмотря на то, что в Нью Йорке апрельские дни довольно теплые, ночью все-таки прохладно. Само собой, по сравнению с Россией здесь просто жара. Но, живя в этом каменном мешке, я совершенно не скучаю по тем лютым зимним морозам. По мере приближения шагов я замечаю одного из людей Неро – он тихо подкрадывается. Его черный костюм сливается с темнотой, словно растворяясь в ней. Как только он подходит, на его лице появляется легкая улыбка, но глаза сканируют ночь, как будто ищут в ней незримую угрозу. Я опускаю голову, скрывая от его взгляда свое лицо.

— Меня зовут Джио. Я правая рука Неро, — представляется он. Коротко и ясно. В голосе едва уловимый нью-йоркский акцент и ни намека на итальянский.

— Это значит, что я должна тебе доверять?

Он смеется.

— Это значит, что я ему предан, и на данный момент ты должна иметь это в виду.

— Приятно слышать, но ты и я – мы оба – знаем, что я представляю для него угрозу.

Он улыбается, и от этой улыбки в уголках его глаз собираются мелкие морщинки.

— Неро не нуждается в моей защите. Поверь мне.

И я верю.

— Почему ты здесь? — спрашивает он, нахмурившись.

Со вздохом, закатив глаза, я срываю капюшон, скрывающий мое лицо. Он - правая рука Неро, и если я буду работать на него, не сомневаюсь, мне придется иметь дело и с Джио тоже. У меня не получится вечно прятать лицо.

— Я не собиралась убегать. Пока.

Джио – воплощение классического итальянца, только карий цвет его глаз имеет зеленоватый отлив. Оба оттенка смешиваются в радужке, как краски на палитре.

— Я заключила сделку.

— Но от этой сделки ты не в восторге, — возражает он. Неро явно ввел его в курс дела.

Я склоняю голову набок и ухмыляюсь: — С чего ты взял? — и вздрагиваю при виде несущихся в нашу сторону темных силуэтов. Мышцы напрягаются, но у Джио не дрогнул ни один мускул. Когда они приближаются на расстояние нескольких футов от нас, я понимаю, что это собаки. Два черных добермана взволнованно закружили вокруг Джио, пока он не рявкнул им команду «сидеть». Они тут же послушались, усевшись по обеим сторонам от него.

— Хорошие псы, — говорю я, видя, как они внимательно меня изучают.

— Они принадлежат Неро. Это Зевс, — он кладет руку на голову сидящего справа пса, — и Джордж, — указывает он на того, что слева. И этот Джордж срывается со своего поста, словно не может сдержаться. Он вскакивает и бросается ко мне, прижимая уши и виляя обрубком хвоста. С улыбкой я наклоняюсь и провожу ладонями по его гладкой черной шерсти.

— Джордж, ты настоящий подлиза, — фыркает Джио. — Какой из тебя сторожевой пес?

Зевс продолжает неподвижно сидеть на месте, а Джордж вьется вокруг моих ног, умоляя обратить на него внимание.

— Он назвал свою собаку Джорджем? — я смотрю на Джио, вскинув брови.

Джио пожимает плечами.

— Пойдем. Я покажу тебе территорию.

Я оглядываюсь на уродливый дом, расположенный на холме прямо над нами.

— Не стоит. Где Неро?

Он окидывает взглядом мое лицо.

— У него возникло неожиданное дело.

Я закатываю глаза.

— Ладно, либо ты отводишь меня к нему, либо я ухожу. И можешь передать ему: я никого не жду.

Откинув голову, он смеется и направляется к дому.

— Хорошо.

Плечо к плечу мы идем в полной тишине. Меня окутывает запах ночных лилий, когда мы проходим через сад. На клумбах красуются розы – их бутоны безмолвно благоухают в ночи. Собаки оторвались от нас, рванув к террасе в задней части дома. Мы входим, и я натягиваю на голову капюшон. Меня напрягает, что я нахожусь среди людей, у всех на виду. Джио ведет меня по коридору, пока мы не подходим к двери. Он открывает ее, приглашая меня войти. Череда бетонных ступеней ведет вниз, в подвал, и поток холодного воздуха, поднимаясь вверх, словно тянет к нам свои пальцы.

Звук шагов Джио эхом разносится по лестнице. Мы спускаемся в самый низ. Он обходит меня и, подойдя к старой ржавой металлической двери, набирает на клавиатуре код. Раздается громкий щелчок. Сильным рывком он открывает ее – дверные петли протестующе скрипят.

— Проходи, — он отступает, жестом предлагая мне войти первой. Мне это не нравится, но я напрягаю спину и, не сводя с него глаз, делаю шаг внутрь. Джио – худший из вариантов опасности. На первый взгляд, хорош собой, умен, улыбчив и производит впечатление добряка. Все это заставляет забыть о том, что он, не моргнув глазом, прострелит тебе голову, если этого потребует ситуация. Однако меня не проведешь. Он не стал бы правой рукой Неро, имея мягкий характер.

Я прохожу через дверь, и моим глазам открывается ужасная картина. Комната - не что иное, как большая камера с бетонными стенами и полом. Пол немного покатый по направлению к центру, где вмонтирован небольшой металлический слив. Все помещение пропахло кровью и смертью, и цвет пола наглядно свидетельствует обо всем, что творилось в этих стенах. Обстановка похожа на ту, в которой я выросла: цемент и кровь. Прямо над сливом – тело, подвешенное за лодыжки на цепях, перекинутых через крюк в потолке. Человек больше похож на кусок мяса: лицо изуродовано до неузнаваемости. Перед ним стоит здоровенный бугай – тот, что раньше был в кабинете Неро. Рукава его рубашки закатаны, на пальцах кастеты. Кровь, покрывающая его пальцы, стекает по запястьям и пачкает рукава. Чуть поодаль стоят Неро и еще один парень – он тоже был в кабинете.