Неро стоит, привалившись к стене, из уголка рта свисает сигарета. Он изображает полнейшее равнодушие, но мне лучше знать.

— Это Томми, — Джио указывает на парня, сидящего на стуле рядом с Неро, и он при виде меня улыбается и приветственно машет рукой. Он - единственный здесь, у кого нет темных волос и оливкового цвета кожи. Зеленые глаза, светлая кожа и каштановые волосы выдают в нем кого угодно, но только не итальянца. — И Джексон, — он небрежно машет рукой в сторону здоровяка. Я понимаю, что передо мной круг доверия Неро. У каждого капо, босса или главаря он есть. И у меня тоже есть люди, нужные мне для определенных целей. Никто не сможет удержаться в одиночку. Это невозможно.

Вздохнув, я подхожу к стене, возле которой стоит Неро, готовая наблюдать, как они будут разминать мышцы, избивая подвешенного парня, словно боксерскую грушу. Рука Неро в паре футов от моей – я стою, прижавшись спиной к холодному бетону, – но каким-то непонятным образом ощущаю ее. Он стоит и молча наблюдает, словно властвует над всем, что видит, и все в нем – и слова, и действия – придает ему устрашающий вид.

Николай всегда говорил, что авторитет человека зависит от того, какое впечатление он производит, а впечатление - вещь переменчивая. Сила Неро в том, как он себя преподносит: человеком, излучающим угрозу. Человеком, с первого взгляда на которого ясно - он способен на насилие. Неро ведет себя так, потому что чувствует, что он должен закрепить свое положение. И хочет, чтобы я уничтожила его врагов! Ему не нужно ничего доказывать – он далек от этого и намеренно старается этого избегать. Ему нет нужды угрожать или убивать людей – он знает себе цену и уверен в своих способностях.

Его взгляд скользит по моему лицу, но я не обращаю на него внимания и со скучающим видом скрещиваю руки на груди. Честно говоря, если вы хоть раз присутствовали при допросе, считайте, что видели их все. Засунув руки глубоко в карманы, Джио подходит к подвешенному мужчине и толкает его плечом, отчего тело начинает вращаться на цепях.

— Труп? — спрашивает он с ухмылкой.

Джексон раздраженно дергает головой из стороны в сторону, хрустя шейными позвонками. Для себя отмечаю: он - накачанный здоровяк, самый безбашенный из этой троицы, легче всех ведется на провокации и впадает в бешенство.

— Это можно устроить.

— Если бы мы хотели, чтобы он умер, я пристрелил бы его и сохранил чистоту твоей рубашки, — говорит Джио, и звук его негромкого голоса подобен бархату. — Приведи его в чувство.

Джексон поднимает стоящее рядом ведро и окатывает водой бессознательное тело. Человек захлебывается и мгновенно приходит в себя, дергаясь на цепи, как рыба на леске. Краем глаза я замечаю, как Неро отбрасывает сигарету, топчет ее ботинком, оставляя черную отметину на бетонном полу, и делает шаг вперед. Атмосфера в помещении мгновенно меняется, словно предшествующее этому избиение было всего лишь разминкой, а главное только начинается.

Томми усмехается себе под нос и поворачивается ко мне.

— Надеюсь, ты не брезгливая.

Я ничего не говорю в ответ. Единственная причина моего местонахождения здесь – это вынужденное ожидание того, когда Неро, наконец, соизволит отдать мне свой царский приказ. Не люблю, когда меня заставляют ждать. А особенно ненавистно ожидание момента, когда он отвезет меня к себе домой – к этому я не испытываю ни малейшего желания. Поэтому просто постою в сторонке и посмотрю, как парни будут выяснять, чьи яйца крепче. Хотя, скажу честно, мне любопытно. Хочу увидеть, что же такого сделает Неро, раз они все ждут этого, затаив дыхание. Или они сами не знают, чего ожидать?

Неро останавливается перед висящим мужчиной. Его молчание по эффекту сравнимо с громким выстрелом. Дотянувшись до кармана пиджака, он вытаскивает пачку сигарет и достает одну - взамен той, которую только что выбросил. Медленным, целенаправленным, умышленно неторопливым движением он убирает пачку обратно в карман и вытаскивает зажигалку. Негромкий щелчок, и ярко-оранжевое пламя танцует у кончика сигареты, зажигая на нем красный огонек. Я подмечаю каждую деталь, каждую незначительную мелочь, потому что он требует этого, не произнося ни слова. Это врожденный талант. И когда Неро начинает говорить, все обращаются в слух.

— Да будет вам известно, мистер Чанг, я всегда получаю то, чего хочу, — он разглаживает лацкан пиджака, смахивая несуществующую пылинку.

— Не в этот раз, — хрипит подвешенный парень, заходясь в кашле.

Неро улыбается. Его улыбка почти очаровывает и, наверное, даже обезоруживает.

— Ты не выйдешь отсюда живым, — говорит он. Ну, что ж, теперь он не будет вешать лапшу на уши. Не поймите меня неправильно: я уверена, мужик понимает, что умрет, но надежда способна творить чудеса с человеческим рассудком. Та самая хрупкая надежда, благодаря которой люди готовы выложить всю подноготную взамен неминуемой смерти.

— Пошел ты! — парень сплевывает сквозь распухшие губы и выбитые зубы. Его тело слегка раскачивается, и трущиеся друг о друга звенья цепи издают зловещий скрежет. Неро делает затяжку и выдыхает струйку дыма. Я впервые замечаю, как сжимаются его полные губы вокруг сигареты, как изгибается его четко очерченный подбородок, покрытый темной щетиной, когда он делает очередную затяжку. Неро поворачивается и слегка кивает Джио, который немедленно покидает комнату.

— Один из моих парней был убит, попав в вашу засаду, — говорит он абсолютно нейтральным тоном. — Я знаю, что Хуан здесь ни при чем, а значит, все подстроено кем-то из своих.

На этот раз висящий ничего не говорит, и единственный издаваемый им звук – это его хриплое дыхание. Судя по звуку, у парня пробито легкое.

Неро пожимает плечами.

— Ладно.

Я хмурюсь, но не стану скрывать, что заинтригована. Джио возвращается с металлическим ведром, ставит к ногам Неро и что-то достает из него. Бутылку. Неро кивает и делает шаг назад, не отрывая глаз от своего излучающего злобу пленника. Джио открывает бутылку и выливает ее содержимое на висящего головой вниз мужчину. Через несколько секунд я распознаю запах. Бензин. Жидкость впитывается в ткань джинсов и стекает вниз по изуродованному телу, пока жертва не начинает кашлять и задыхаться.

— Что ты делаешь? — испуганно спрашивает он.

Неро приседает на корточки, чтобы поравняться с подвешенным взглядом.

— Получаю то, что хочу, — он делает еще одну – последнюю - затяжку и бросает сигарету прямо в лицо парню. От горящего окурка моментально вспыхивает пламя и охватывает все его тело. Бетонные стены подвала эхом отражают крики, сопровождаемые звуком полыхающего огня, сжигающего кожу. Пытки для меня не в новинку, но это ужасный способ.

Подходит Джио и снова что-то вытаскивает из ведра, но я не могу рассмотреть, что именно – мне мешает Неро, стоящий и наблюдающий за горящим кричащим человеком, словно это обычный костер. Помещение наполняется шипящим звуком, и пламя мгновенно угасает. С противоположной стороны от дымящегося тела стоит Джио с огнетушителем в руках. Они его потушили. Подожгли, а потом потушили. Зачем? Я не чувствую ничего, кроме запаха паленых волос и обгоревшей плоти, и от него к горлу подкатывает желчь.

Очередное ведро воды выплескивается на висящего парня, и он снова, дергаясь, приходит в чувство. Только на этот раз он должен чувствовать себя пленником, запертым в преисподней. Крикам, срывающимся с его губ, ужаснулся бы даже самый бесчувственный человек. Его кожа, расплавленная огнем, обгорела и свисала лохмотьями. Он стал совершенно неузнаваем, хотя предыдущий раунд с кастетами тоже не пошел ему на пользу.

Неро подходит ближе и смотрит на страдальца сверху вниз.

— Больно, не правда ли?

Мужчина не перестает стонать.

— Твои легкие обожжены изнутри, а это значит, что ты умрешь. Тебе осталось несколько часов, а, может, даже дней – все зависит от того, насколько силен твой организм, — Неро делает паузу, но парень может только стонать в ответ. Черт, я бы даже пожалела его, если бы могла. Но, честно говоря, в данный момент я была просто влюблена в Неро.

— Назови мне имя, и я тебя пристрелю. Если нет, то надеюсь, что последние твои часы на этой земле доставят тебе удовольствие.